Доступность ссылок

Срочные новости

Еще один «бежавший из Китая» казах просит убежища


Багашар Маликулы, который просит политического убежища в Казахстане.

37-летний Багашар Маликулы рассказал репортеру Азаттыка, что в январе 2017 года бежал из Синьцзяна в Казахстан. 19 декабря он обратился в миграционную полицию Алматинской области и подал заявление о предоставлении статуса беженца. Представитель миграционной полиции Ерлан Райымбеков сообщил Азаттыку, что заявление Багашара Маликулы приняли, ответ дадут в течение 15 дней.

По словам Багашара, в 2015 году он переехал в Енбекшиказахский район Алматинской области из уезда Монголкуре в китайском Синьцзяне. В Казахстане он оформил удостоверение оралмана и получил вид на жительство. Двое из троих его детей родились в Казахстане, говорит он. Старшему ребенку 11 лет. Младшему — два месяца.

ЧЕРЕЗ ГРАНИЦУ ПЕШКОМ

Багашар Маликулы рассказал, что в ноябре 2016 года он поехал в Китай навестить родителей и прошел через таможенный пост «Хоргос». На китайской стороне он был задержан сотрудниками полиции. Они «конфисковали мои документы», говорит он.

Казахстанско-китайская граница. Иллюстративное фото.
Казахстанско-китайская граница. Иллюстративное фото.

— По возвращении в родное село меня на протяжении десяти дней подвергали допросу в местной полиции. Интересовались, с какой целью приехал в Китай, кого знаю в Казахстане. Позднее освободили под поручительство младшего брата. Спустя два месяца я поехал в полицию и попросил вернуть документы. Мне ответили, что документы не вернут, пригрозили судом, если «буду часто приходить». В те дни я как раз говорил по телефону со своей семьей в Казахстане. Жена сказала, что дома холодно, дров нет, ситуация плачевная. Если честно, я поехал в Китай, чтобы попросить у родителей денег, — говорит он.

Багашар вспоминает, что «в 2016 году в Синьцзяне начали притеснять уйгуров и казахов». Он говорит, что тогда в течение двух месяцев в селе, где он жил, задержали около десяти человек. По словам Багашара, он боялся попасть в лагерь и «стал искать способ бежать в Казахстан».
Багашар говорит, что в январе 2017 года он пешком отправился в сторону казахстанской границы из уезда Монголкуре.

— Я две ночи провел в пути и на третий день добрался до Нарынкольского района. Днем отдыхал, передвигался ночью. Во время отдыха старался не спать, пинал деревья, двигался, чтобы согреться. С собой в дорогу взял две бутылки негазированной воды и две булки хлеба. Но спустя некоторое время вода превратилась в лед, а хлеб окаменел от холода. Питался снегом, — говорит он.

Багашар говорит, что «в пути простудил легкие и обморозил руки и ноги». «Вернувшись из Китая, три месяца лечился, не выходя из дома», — говорит он. После того как выздоровел, «боялся попасть на глаза людям».

ЗАДЕРЖАНИЕ И ДОПРОС

Багашар «внимательно следил» за судебным процессом над Сайрагуль Сауытбай, которая незаконно пересекла казахстанско-китайскую границу и позднее уехала в Швецию. Он говорит, что его насторожил тот факт, что Казахстан не предоставил Сауытбай статус беженки.

Обвиняемая в незаконном пересечении казахстанской границы гражданка Китая и этническая казашка из Синьцзяна Сайрагуль Сауытбай на суде по ее делу. Жаркент, 13 июля 2018 года.
Обвиняемая в незаконном пересечении казахстанской границы гражданка Китая и этническая казашка из Синьцзяна Сайрагуль Сауытбай на суде по ее делу. Жаркент, 13 июля 2018 года.

По словам Багашара, в ноябре 2019 года ему позвонил незнакомый человек и пригласил в акимат. После этого звонка он поехал в офис организации «Атажұрт еріктілері», которая занимается проблемами казахов Китая, и обратился за помощью.

— Позднее представители пограничной службы КНБ задержали меня в Талгарском районе Алматинской области и допросили. 12 декабря меня повезли в Нарынкольский район Алматинской области и сняли на видео мой маршрут через казахстанско-китайскую границу. На мой вопрос, будет ли суд, ответили, что, «может, будет, а может, и нет». Я испугался, что, если суда не будет, меня могут депортировать в Китай. Поэтому обратился в СМИ, — говорит он.

Репортер Азаттыка обратился в пограничную службу КНБ за комментариями в связи со сказанным о допросе Багашаром. Представитель пограничной службы сообщил, что «уточнит информацию и в ближайшие дни даст конкретный ответ».

Вместе с семьей Багашар Маликулы живет в селе Кызылшарык Алматинской области. По его словам, жена и дети получили гражданство Казахстана в 2018 году, а он сам живет без документов.

— До сих пор я работаю по найму за две тысячи тенге в день, — говорит он.

ПРОСИТЬ УБЕЖИЩЕ — ЕДИНСТВЕННЫЙ ВЫХОД

Правозащитник Айна Шорманбаева предполагает, что «Казахстан не оставит без внимания историю Багашара Маликулы».

Айна Шорманбаева.
Айна Шорманбаева.

— Его в обязательном порядке привлекут к уголовной ответственности, потому что он незаконно пересек границу. Вместе с тем, согласно соглашению с Пекином, Казахстан должен выслать за пределы страны граждан Китая, незаконно находящихся на его территории. Однако здесь есть угроза смерти, причинение вреда здоровью, разлука с семьей. Согласно международным законам, если человеку грозит смерть, его не должны возвращать обратно. Казахстан — страна, подписавшая международные конвенции. Этот международный закон стоит выше соглашения, подписанного между Казахстаном и Китаем. Если Казахстан привлечет его к уголовной ответственности, то может его не высылать в Китай. Поэтому у Багашара не осталось другого выхода, кроме как просить об убежище, — говорит правозащитник.

Ранее несколько этнических казахов, «бежавшие от притеснений в Синьцзяне», заявили о незаконном пересечении границы.

Суд оставил «бежавшую из-за притеснений в Синьцзяне и нарушившую границу» Сайрагуль Сауытбай в Казахстане. В июне 2019 года она, не сумев оформить убежище в Казахстане, вылетела с семьей за рубеж. Сауытбай оформила статус беженки в Швеции.

В суде города Жаркент Алматинской области в настоящее время рассматривается еще одно уголовное дело о «незаконном пересечении государственной границы», обвиняемой по которому проходит еще одна казашка из Синьцзяна, Кайша Акан.

Кастер Мусаханулы и Мурагер Алимулы, «бежавшие от притеснений в Синьцзяне и нарушившие границу», сейчас находятся под следствием.
Международные организации критикуют Пекин за проводимую им политику в Синьцзяне, откуда с 2017 года поступают сообщения о дискриминации этнических меньшинств, в основном исповедующих ислам, и отправке представителей коренных общин (уйгуров, казахов, кыргызов и других) в «лагеря политического перевоспитания».

Власти Китая вначале отрицали наличие закрытых учреждений, однако позднее признали существование заведений, назвав их «центрами профессионального обучения, созданными в целях борьбы с терроризмом и экстремизмом». В прошлом году в ООН заявили, что «в лагерях в Синьцзяне может содержаться до одного миллиона уйгур, казахов и других мусульман».

Между тем 9 декабря правительство Синьцзяна назвало ложными сообщения о том, что в «лагерях» в регионе на северо-западе Китая удерживается от одного до двух миллионов человек. По заявлению официальных лиц, в настоящее время все, кто находился в лагере, «закончили учебу».

Опубликованный 24 ноября на сайте Международного консорциума журналистов-расследователей (ICIJ) материал на основе секретных документов показывает, как власти Китая контролируют каждый аспект жизни представителей этнических меньшинств Синьцзяна. Среди множества документов в руки расследователей попала инструкция по управлению «лагерями политического перевоспитания».

В документе с грифом «секретно» говорится, что «из лагерей никто не должен бежать, поэтому за заключенными необходимо вести круглосуточное видеонаблюдение». «За ними должны наблюдать во время сна, учебных занятий, даже во время приема пищи. Освоение китайского языка является ключевым требованием», — говорится в документе.

Территория «лагеря политического перевоспитания» в уезде Акто в Синьцзяне. Июнь 2019 года.
Территория «лагеря политического перевоспитания» в уезде Акто в Синьцзяне. Июнь 2019 года.

16 ноября американская газета New York Times опубликовала документы, якобы принадлежащие китайским властям. В них говорится, что в регионах, где проживают мусульмане, необходимы постоянные проверки.

В документе содержится подробная инструкция для чиновников на тот случай, если к ним обратятся обучающиеся за границей или во внутреннем Китае студенты, родственники которых оказались в заключении. Согласно инструкции, на вопрос «где моя семья?» чиновник должен ответить, что «они находятся в учебных центрах, созданных правительством». «Занятия в центре проводятся под строгим контролем, и они не выйдут оттуда, пока полностью не исправятся. Если ваши родственники пожелают, мы можем установить с ними видеосвязь» — так должны отвечать чиновники на вопросы в соответствии с этой инструкцией.

Однако китайское правительство назвало просочившиеся документы «сфабрикованными» и «фейковыми».

  • 16x9 Image

    Нуртай ЛАХАНУЛЫ

    Нуртай Лаханулы родился в 1973 году. В 1998 году окончил филологический факультет Казахского национального университета имени Аль-Фараби. Работал в газете «Казахстан-Заман» и на Казахском радио. С 2010 года работает на Азаттыке.

КОММЕНТАРИИ

Вам также может быть интересны эти темы

XS
SM
MD
LG