«У всех по трое-четверо детей. Их нужно кормить каждый день. Что нам делать? — вопрошает разнорабочий Хасан Алиев. — Где ещё искать заработок?»
Хасан и тысячи других безработных с раннего утра выходили на стихийную «биржу труда» в Душанбе. Горожане, которым нужны были рабочие руки для сезонных работ на дачах, в садах и огородах, для мелкого ремонта в квартирах, перевозки стройматериалов и других разовых услуг, знали, где им найти людей.
Но в последнее время ситуация изменилась. Рынки поденного труда, которые, несмотря на их неформальный статус, существовали годами, теперь опустели. Власти, прежде периодически критиковавшие эти точки, взялись за них всерьез: милиция разгоняет людей, не позволяя им собираться.
«ДАЛИ БЫ НАМ ПРОСТО НОРМАЛЬНО РАБОТАТЬ»
Сейчас вместо привычных рядов мужчин с рабочими сумками и инструментами там можно увидеть разрозненные группы людей, стоящих на расстоянии от дороги. Рабочие говорят, что после недавних рейдов они не приносят с собой лопаты, пилы, перфораторы — боятся, что их заберут.
«Раньше здесь было всё, — рассказывает разнорабочий Шерали Тоиров. — Лопаты, "кроты", пилы, сумки с инструментами. Если человеку нужно было перекопать участок или спилить дерево, он сразу видел, кто на что способен. А сейчас вы ничего этого не увидите. Люди прячут инструменты и просто стоят. Бедняги ждут, не зная, будет ли работа и не подойдут ли в этот момент милиционеры».
Рейды начались два месяца назад и стали регулярными. По словам рабочих, сотрудники милиции регулярно выгоняют их с привычных мест сбора и предупреждают, чтобы они больше там не появлялись.
«Дали бы нам просто нормально работать, — говорит Сафарали, один из рабочих. — Мы же не живём здесь целыми днями. Приехали, нашли работу, сделали её и уехали домой. В чём проблема?»
Большинство мужчин, которые приходят на эти рынки подённого труда, — бывшие трудовые мигранты, депортированные из России, где усилились рейды против иностранных рабочих и участились их высылки.
Многие стоявшие на неформальных «биржах труда» в Душанбе прежде зарабатывали на стройках и ремонтах за пределами страны, но после вынужденного возвращения в Таджикистан оказались без работы, сбережений и чёткого понимания, как обеспечивать свои семьи. На родине они не нашли приемлемых вариантов трудоустройства.
«На официальных вакансиях предлагают такие зарплаты, что на них просто невозможно прожить», — объясняет Хасан Алиев.
Его коллега Зафар Ходжаев добавляет, что предложения, которые публикуются на государственных биржах труда, не подходят депортированным мигрантам: «Там либо требуется специальность, либо диплом, которого у многих нет. А если и берут, то платят копейки. Мы всю жизнь работали руками и умеем зарабатывать честным трудом».
По его словам, вытеснение людей с рынков подённого труда может иметь серьёзные социальные последствия. «Когда человек остаётся без работы и без выхода, он способен на всё. Если нет возможности честно заработать, люди идут на плохие поступки. Поэтому лучше дать нам возможность работать», — считает Зафар Ходжаев.
В отделе милиции столичного района Фирдавси ситуацию с разгонами стихийных рынков подённого труда комментировать отказались. Ранее представители столичного хукумата объясняли такие меры тем, что подобные точки портят облик города и демонстрируют масштаб проблемы с безработицей.
«ГОРОД СТОЛКНЕТСЯ С РОСТОМ СОЦИАЛЬНОЙ НАПРЯЖЕННОСТИ»
Нехватка работы и низкая оплата труда подталкивает таджикистанцев уезжать на заработки за границу. Основным направлением, несмотря на ужесточение правил пребывания иностранцев, остается Россия. В прошлом году российский лидер Владимир Путин во время визита в Душанбе заявил, что в его стране живут и трудятся более миллиона граждан Таджикистана. Учитывая, что численность населения страны составляет 10 миллионов, это почти каждый десятый таджикистанец.
После теракта в подмосковном «Крокус Сити Холле» в марте 2024 года, в исполнении которого Москва обвинила в основном граждан Таджикистана, в России усилились ксенофобские настроения, участились нападения на почве расовой ненависти. Власти пересмотрели правила пребывания мигрантов в сторону ужесточения, депортировав тысячи выходцев из Центральной Азии домой.
Таджикистан, беднейшая страна региона, экономика которой существенно зависит от денежных переводов трудовых мигрантов, не может предоставить работу вернувшимся. Экономисты и наблюдатели недоумевают, зачем в таких условиях нужно прибегать к силовым разгонам рынков подённого труда.
«Эти люди уже пережили депортацию, унижение и потерю дохода. Если вытолкнуть их и здесь, город столкнётся с ростом социальной напряжённости, теневой занятости и преступности. Интеграция депортированных мигрантов в рынок труда — это инвестиция в стабильность столицы», — считает экономист Абдулазиз Рахимов. Он подчёркивает, что для Душанбе трудоустройство депортированных мигрантов — это вопрос не только экономики, но и общественной безопасности.
По разным оценкам, в Душанбе работали как минимум четыре стихийных «биржи труда». Эксперт по трудовой миграции Шухрат Латифов убежден, что силовой подход в попытке решить проблему является тупиковым.
«Разгоны не решают проблему. Если государство пойдёт по пути формализации подённого труда, как это сделано в Узбекистане и ряде других стран региона, выиграют все. Можно оформить статус самозанятых, установить символический налог, условно один процент, и вывести эту сферу из тени», — говорит Латифов.
Ранее представители министерства труда и миграции Таджикистана уже заявляли о намерении регулировать деятельность стихийных точек и создавать более безопасные и прозрачные условия работы. Однако на практике присутствие соискателей здесь, напротив, становилось всё более затруднительным.
Пресс-центр Минтруда сообщил Радио Озоди (Таджикской службе Радио Свободная Европа/Радио Свобода), что запрос относительно разгонов рынков подённого труда будет рассмотрен и комментарий будет предоставлен позже. На момент публикации ответ не поступил.
По данным на 1 июля 2025 года, в Таджикистане официально зарегистрировано 33,8 тысячи безработных, что составляет 1,2 процента от общей численности рабочей силы. Эксперты при этом подчёркивают, что реальное число людей без работы значительно выше.
Власти регулярно проводят ярмарки вакансий, заявляя о сотнях доступных рабочих мест, однако сами соискатели говорят, что предлагаемые условия их не устраивают.
Несколько лет назад в Душанбе организовали ярмарку вакансий прямо рядом с точкой сбора разнорабочих, предложив сотни вакансий в частных компаниях и государственных учреждениях. Однако желающих оказалось немного: узнав, что зарплаты начинаются от 500 сомони (чуть более 50 долларов), многие быстро покидали ярмарку и возвращались на стихийные рынки труда.
