Доступность ссылок

Срочные новости

«Документы изъяли». Истории казахов, которые не могут выехать из Синьцзяна в Казахстан


Полицейский проверяет документы у мужчины в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая. Иллюстративное фото.

Прошло три года с тех пор, как появились первые сообщения о массовых притеснениях и помещении этнических казахов, уйгуров и других мусульман в «лагеря политического перевоспитания» в Синьцзяне. В результате политики в Синьцзяне многие казахстанцы были разлучены со своими родственниками и до сих пор пытаются воссоединиться с близкими. Казахстанские организации, занимающиеся проблемами китайских казахов, говорят, что часть заключенных в лагеря вышли на свободу, но некоторым не удается получить обратно изъятые паспорта. Кроме того, из-за пандемии коронавируса появились сложности с получением информации из Синьцзяна.

«ЗАСЫПАЮ СО СНОТВОРНЫМ»

Житель города Алматы Женис Заркан говорит, что его жена Сауле Мелтайкызы и старший сын Мухтар третий год не могут выехать из Синьцзяна. По его словам, Сауле отправилась в Китай в 2017 году, чтобы погостить у сына в Синьцзяне, и не смогла вернуться.

— Мы переехали в Казахстан из округа Алтай в Китае в 2015 году. Старший сын, работавший врачом в районной больнице, остался в Китае. Жена часто ездила к сыну. Она не стала получать гражданство Казахстана, чтобы свободно ездить между двумя странами, и жила с видом на жительство (документ, подтверждающий право на долгосрочное проживание на территории страны, выдается зарубежным казахам до получения гражданства. — Ред.). Я один получил гражданство Казахстана. В сентябре 2017 года жена поехала в Китай. Сотрудники местной полиции изъяли у нее документы и не дали выехать обратно. Проведя год в лагере политического перевоспитания в Синьцзяне, Сауле вышла оттуда больной. Я с младшим сыном живу в Алматы, — рассказывает он.

Женис говорит, что на протяжении трех лет обращается к властям Казахстана и Китая. Казахстанская сторона, по его словам, на заявления «тактично отвечает», что «не может вмешиваться во внутренние дела другой страны».

— Моя жена тоже врач. В Китае врачи считаются госслужащими. Ссылаясь на это, не отдают на руки документы жены и сына, — говорит Женис.

Одно из учреждений в китайском регионе Синьцзян, называемых властями Китая «центрами профессиональной подготовки», которые правозащитники и международные организации характеризуют как лагеря для интернированных. Хотан, 7 сентября 2018 года.
Одно из учреждений в китайском регионе Синьцзян, называемых властями Китая «центрами профессиональной подготовки», которые правозащитники и международные организации характеризуют как лагеря для интернированных. Хотан, 7 сентября 2018 года.

Женис выслал редакции Азаттыка видеозапись своего разговора с женой, который у них состоялся в феврале. На видеозаписи женщина, которую Женис называет женой, плачет: «Они требуют, чтобы я заставила тебя замолчать. Говорят, что иначе никогда не выедешь из Китая и не увидишь сына. Угрожают, что проставят в паспорте черную отметку. Нет ни одного человека, кто выслушает. Надеюсь только на вас, что вам удастся вывезти нас. Здесь нас никто не услышит. Соскучилась по сыну. Засыпаю со снотворным». Женщина на видеозаписи говорит, что испытывает трудности с деньгами, и жалуется на здоровье.

Женис не знает, когда его жена и сын вернутся в Казахстан, но надежды не теряет.

«МУЖ СИДИТ ПОД ДОМАШНИМ АРЕСТОМ»

Жительница города Алматы Фарида Кабылбек говорит, что ее муж Рахыжан Зейнолла выехал в Китай в 2003 году и с тех пор не может вернуться к семье в Казахстан.

— Муж стал гражданином Казахстана в 2003 году, но документы на руки не получил. Он поехал в Синьцзян с китайскими документами и был там арестован. В 2005 году китайские власти приговорили мужа к 13 годам тюремного заключения как политического преступника по обвинению в шпионаже. Вся его вина заключалась в том, что он помог оформить документы около двадцати молодым людям, желающим получить образование в Казахстане. Наказание отбывал в тюрьме в Урумчи, на свободу вышел в 2018 году. Позднее его на год поместили в лагерь политического перевоспитания. Сейчас находится под домашним арестом, — говорит Фарида Азаттыку.

Фарида Кабылбек минувшей зимой провела одиночные пикеты перед консульством Китая в Алматы и китайским посольством в Нур-Султане. Она потребовала, чтобы ее мужа вернули в Казахстан. По ее словам, после пикета сотрудники посольства Китая в Казахстане пообещали ей дать ответ в течение трех недель, однако ответ еще не поступил.

— Я с двумя детьми живу в Казахстане. Надеемся, что [мужу] разрешат выехать в Казахстан. Сейчас мы только справляемся о состоянии здоровья. Начался карантин (из-за пандемии коронавируса. — Ред.), и границы закрылись. Надеемся, что его отпустят, когда откроют границы, — говорит женщина.

«ОТЦА АРЕСТОВАЛИ ЗА МОЕ ОБУЧЕНИЕ В МЕДРЕСЕ»

Родители, брат и сестра проживающего в Алматы Данияра Бактиярулы также не могут выехать в Казахстан. «Отца арестовали за мое обучение в казахстанском медресе», — говорит он.

Мать, брат и сестра находятся под домашним арестом. Их никуда не выпускают.


— Я приехал из китайского уезда Кульджа в 2016 году, чтобы получить религиозное образование в Алматы. Отец привез меня в медресе в городе Талгаре. Вернувшись в Китай, он подвергся давлению со стороны местной полиции, и его около года продержали под домашним арестом. В 2018 году его осудили за мое обучение в религиозном учебном заведении. Сейчас он находится в заключении. Мать, брат и сестра находятся под домашним арестом. Их никуда не выпускают. Я остался один в Алматы. У меня нет родственников. Сейчас ночую в медресе, — рассказывает он.

Бактиярулы говорит, что неоднократно обращался в министерство иностранных дел Казахстана с просьбой заступиться за отца. Он часто выступает с видеозаявлениями в сети YouTube, обращаясь за помощью международных правозащитных организаций.

— Представители органов власти Синьцзяна оказывали давление на моих родственников, требуя, чтобы я закрыл рот. «Если он прекратит писать заявления, мы освободим его отца», — пообещали они родственникам. Я поверил их обещаниям и молчал на протяжении шести месяцев. Всё было безрезультатно, поэтому я снова обратился в международные правозащитные организации, — говорит он.

«НЕ МОГУТ ПОЛУЧИТЬ ОБРАТНО ПАСПОРТА»

Казахстанские организации, поднимающие проблемы казахов Синьцзяна, говорят, что ситуация с «лагерями перевоспитания» нормализовалась, но есть те, кто не может вернуть обратно свои паспорта.

Бекзат Максутханулы.
Бекзат Максутханулы.

По словам руководителя незарегистрированной организации «Нағыз Атажұрт» Бекзата Максутханулы, несмотря на карантин, объявленный в связи с распространением коронавируса в Казахстане, обращающихся с жалобами на то, что «родственники в Китае не могут выехать в Казахстан», меньше не стало.

— Из-за режима карантина жалобы принимаем по видеосвязи, стараемся решить возникающие проблемы, — говорит он.

Кайрат Байтолла, состоящий в организации «Атажұрт еріктілері», которая занимается проблемами этнических казахов в Китае, говорит, что из-за распространения коронавируса стало сложнее получать информацию из Синьцзяна. По его словам, после критики со стороны международного сообщества «лагеря в Синьцзяне могут закрыть», но «многие казахи не могут получить обратно изъятые документы».

— Казахи, проживающие в некоторых районах в Синьцзяне, всё еще терпят притеснения. У них изъяли документы и не возвращают их. Им не выдают на руки паспорта, поэтому мы не можем сказать, что они избавились от притеснений. В целом ситуация с лагерями в Синьцзяне, кажется, наладилась, — говорит он.

Руководитель общественной организации «Жебеу» Омарали Адилбек, занимающийся проблемами китайских казахов, также говорит, что «заключенные лагерей могли быть освобождены, но есть люди, которые не могут получить паспорта или приговорены к длительным срокам тюремного заключения за религиозные убеждения».

В этих организациях говорят, что сейчас из Синьцзяна сложно получить какую-либо информацию, поэтому не могут уточнить, сколько казахов не могут получить документы.

По данным казахстанского МИД, во время пандемии коронавируса количество обращений в связи с ситуацией в Китае сократилось. В министерстве сообщили, что с начала года поступило около 300 заявлений о выходе из китайского гражданства и примерно 100 заявлений об оказании содействия в возвращении родственников из Китая. В ведомстве не сообщили, какую работу проводят в связи с этими обращениями.

  • Первые сообщения о массовых арестах мусульман в Синьцзяне и их заключении в лагеря политического перевоспитания стали поступать весной 2017 года. Китай, который сначала отрицал существование «лагерей», позже признал их наличие, но назвал эти учреждения «центрами профессиональной подготовки», созданными для противодействия экстремизму и терроризму в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР).
  • Летом 2018 года в правозащитной структуре Организации Объединенных Наций заявили, что около миллиона мусульман в Китае содержатся в «лагерях политического перевоспитания» в Синьцзяне. С 2018 года жители Алматы и Нур-Султана, родственники которых «находятся в заключении в Синьцзяне», провели несколько встреч и обратились к казахстанским властям за помощью. Казахстанские власти неоднократно заявляли, что «это внутреннее дело Китая». Позднее в министерстве иностранных дел сообщили, что ведутся переговоры с китайской стороной и проблемы казахов в Синьцзяне решаются по дипломатическим каналам.
  • В конце февраля — начале марта Австралийский институт стратегической политики (ASPI) и New York Times заявили, что тысячи заключенных сразу из лагерей в Синьцзяне перемещались для принудительного труда на предприятия. В докладе, основанном на открытых источниках, спутниковых снимках, материалах СМИ и исследованиях, систему принудительного труда населения Синьцзяна назвали «следующим этапом антимусульманской политики Китая».
  • По оценкам экспертов института ASPI, за период с 2017 по 2019 год более 80 тысяч уйгуров были принудительно перемещены за пределы Синьцзян-Уйгурского автономного района в различные регионы страны для работы на 27 предприятиях в девяти провинциях Китая. В докладе ASPI говорится, что предприятия, на которых работают уйгуры, поставляют продукцию для 83 мировых брендов, в числе которых Nike, Zara, Adidas, H&M, Uniqlo, Victoria's Secret, BMW и Land Rover, Lenovo, LG, Dell, ASUS, Acer, Samsung, Apple и многие другие.

    Институт призвал мировые бренды расторгнуть контракты с китайскими партнерами.

    Бывшие заключенные лагерей из числа этнических казахов ранее также рассказывали, что привлекались к принудительному труду.
  • 16x9 Image

    Нуртай ЛАХАНУЛЫ

    Нуртай Лаханулы родился в 1973 году. В 1998 году окончил филологический факультет Казахского национального университета имени Аль-Фараби. Работал в газете «Казахстан-Заман» и на Казахском радио. С 2010 года работает на Азаттыке.

КОММЕНТАРИИ

Вам также может быть интересны эти темы

XS
SM
MD
LG