«Людей интересуют не политические игры, а что происходит с кошельком». Найдут ли инициативы Астаны отклик у казахстанцев?

Азаттык: Предложения президента Касым-Жомарта Токаева, озвученные им на этой неделе, это действительно кардинальная реформа, как утверждает Астана, или простой ребрендинг, как уже успели отметить некоторые обозреватели?

Досым Cатпаев: Это тюнинг политической системы, создание определённого ореола, что в ней происходят кардинальные изменения. Но по факту система остаётся авторитарной. Многие прежние элементы сохраняются. При [первом президенте Нурсултане] Назарбаеве были четыре ножки, на которые опиралась система: семья, олигархи, силовики и бюрократий аппарат. У Токаева остались фактически те же самые ножки.

То, что сейчас делают с парламентом, связано с реализацией задачи подготовки к новому транзиту власти. Время идёт, семилетний срок Токаева закончится. Мы видим попытки смоделировать систему, при которой вопрос преемственности, как там считают, будет более контролируемым. Происходящее является, с одной стороны, политтехнологией — надо убедить, что есть «движуха», какие-то изменения. С другой стороны, мы видим подготовку к транзиту, и появление однопалатного парламента тоже укладывается в эту схему.

«ОТСУТСТВИЕ СВЯЩЕННОГО СТАТУСА». ОЧЕРЕДНАЯ ПЕРЕДЕЛКА КОНСТИТУЦИИ

Азаттык: Власти в очередной раз переписывают по своему усмотрению Конституцию. Они утверждают, что вынесут проект на референдум, посоветуются с народом. Зачем ее в очередной раз переделывают?

Досым Сатпаев: В этом и заключается основная ключевая опасность: как показывает мировой опыт, система, которая постоянно сопровождается конституционными изменениями, — политически хрупкая.

Политолог Досым Сатпаев

Конституция в Казахстане, к сожалению, не является Основным законом, к которому лучше лишний раз не прикасаться. Назарбаев любил вносить в нее изменения, исходя из политической конъюнктуры, а сейчас это делают Токаев и его окружение. Никто не гарантирует, что в случае ухода Токаева через какой-то период времени его преемник не захочет внести изменения, исходя из своих хотелок, и это будет создавать риски для самих представителей правящих кругов. Как показывает опыт стран Центральной Азии, находившиеся на вершине власти падают, против них заводятся уголовные дела — пример Кыргызстана очень наглядный.

Отсутствие у Конституции священного статуса неприкасаемого документа и постоянные эксперименты с ней создают большие проблемы для самой власти. И, естественно, приводят к высокому уровню недоверия населения. Общественность видит, что власть часто действует исходя из того, что она хочет на данный момент.

Токаев в интервью в начале года заявлял, что он государственник, понятие «государственник» предполагает, что он после себя оставляет сильные политические институты, которые выступают главным индикатором того, насколько эффективно была создана система, насколько она независима от конкретных персоналий. Назарбаев таких институтов не создал, всё завязал на себе, и сейчас мы видим примерно похожую ситуацию: институтов нет, есть в основном политтехнологические игры и ребрендинг, косметические ремонты старых политических институтов. Мощного реформирования всех институтов нет.

ОДНОПАЛАТНЫЙ ПАРЛАМЕНТ И НОВЫЙ СОВЕТ С ПРАВОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ ИНИЦИАТИВЫ

Азаттык: Что вы можете сказать по поводу того, каким будет влияние будущего однопалатного парламента, если ориентироваться на прозвучавшие на курултае заявления?

Досым Сатпаев: Количественно будущий парламент будет примерно таким же, как и двухпалатный. Разница небольшая. Были ожидания, что депутатов в однопалатном парламенте будет меньше. Выходит, что бюджет не слишком сэкономит.

Важный момент: однопалатному парламенту хотят доверить функции по согласованию назначения судей Конституционного и Верховного суда, членов Центральной избирательной комиссии. Всё это выглядит очень красиво. Но однопалатный парламент будет функционировать в рамках пропорциональной системы, депутаты будут избираться по партийным спискам — это сильное отличие от того, что было ранее. Одномандатников не будет. В Казахстане партийное поле сильно контролируется исполнительной ветвью власти, и в стране вряд ли появится оппозиционная партия. Выходит, что в новом парламенте будут те партии, которые хочет видеть власть.

Основная масса населения в Казахстане будет отрезана от избирательного процесса, потому что не хочет поддерживать политические партии — что понятно с учетом того, что партии не очень популярны. Избиратели могли бы поддержать одномандатников, но такого выбора у них не будет.

Азаттык: Халық кеңесі, или народный совет, хотят наделить правом законодательной инициативы. У Ассамблеи народа Казахстана таких функций нет. Зачем стране новый орган?

Досым Сатпаев: Новый орган будет схож со старой Ассамблеей народа Казахстана — не столько по составу участников, а именно по форме, которую когда-то Назарбаев задумал. Он создал АНК не только как некую витрину межэтнических отношений, но и как орган, который должен был легитимизировать решения от его имени и преподносить их как предложения общественности, например, инициировать проведение референдумов, оказывать поддержку его идеям, либо критиковать вещи, которые власти не нравятся. У нового народного совета будет примерно та же самая функция — легитимизировать те или иные решения власти как мнение широких народных масс.

Что касается права законодательной инициативы, то во многих странах мира граждане или группы граждан могут инициировать законы. Если есть какая-то проблема, которую необходимо регулировать через закон, то граждане обладают возможностью предлагать изменения. В Казахстане формально это тоже существует, но фактически была монополия в руках самой власти — парламента, правительства.

Когда аффилированному с властями органу дают законодательную инициативу, это не значит, что будет разгул демократии. Закон в любом случае будет проходить через парламент, который тесно связан с исполнительной властью, находится под её контролем. Эти же законы будет активно фильтровать администрация президента, как это сейчас и происходит. Никакой вольницы в этом плане не будет, и рассчитывать на то, что появится новый орган с законодательной инициативой, что позволит увеличить количество законов, отражающих интересы большинства, — слишком оптимистичная точка зрения.

«ГЛАВНЫЙ ОППОЗИЦИОНЕР — ХОЛОДИЛЬНИК»

Азаттык: В Казахстане достаточно социально-экономических проблем. Могут ли предлагаемые Астаной изменения улучшить социальное самочувствие населения?

Досым Сатпаев: Самая большая проблема власти — высокая некомпетентность отвечающих за социально-экономический блок. На курултае президент критиковал этот блок, критиковал экономистов, в которых, как он заявил, разочарован. Высказывал претензии по поводу принятого Налогового кодекса, что довольно странно, потому что сам его подписал. В прошлом году было много критических замечаний по поводу Налогового кодекса, много альтернативных предложений, в том числе со стороны бизнес-сообщества. Но чиновники к этому не прислушались.

В этом году, как мы видим, растёт определённое социальное напряжение по поводу экономической обстановки, которую ухудшает в том числе налоговый кодекс, оказывая сильное давление на малый и средний бизнес.

Власть в последние годы слишком активно боролась с политической оппозицией, не заметив важный момент: на кухнях многих казахстанцев появился главный оппозиционер — холодильник. В этом заключается самая большая проблема власти, которая с 2022 года, с Январских событий, своими действиями отсекла от себя определённую лояльную часть населения. До налогового кодекса было решение о введении единого часового пояса. Экономически никак не обоснованное и самовольное решение власти оттолкнуло политически нейтральную часть населения, и сейчас она уже критически относится к власти и из-за перевода времени, и из-за принятия налогового кодекса, который тоже нанес удар по лояльности, особенно в среде малого и среднего бизнеса. Власть теряет поддержку.

Инициативы, которые сейчас власть озвучивает в рамках якобы политических реформ, — попытка опять получить поддержку: «Ребят, мы тут проводим реформы, есть элемент демократизации». На самом деле людей сейчас больше интересуют не политические игры, а что происходит с их кошельком — какие доходы, какие экономические перспективы. К сожалению, здесь прогнозы не очень хорошие.