Доступность ссылок

Срочные новости

Анар Ахмадов: «В Казахстане не было демократизации»


Анар Ахмадов, азербайджанский ученый, ассистент-профессор Лейденского университета в Нидерландах.

Азербайджанский ученый, доктор политических наук, ассистент-профессор Лейденского университета в Нидерландах Анар Ахмадов, занимающийся изучением влияния демократии на экономическое развитие богатых природными ресурсами стран, в интервью Азаттыку поделился своим видением политических процессов в Казахстане.

Азаттык: На протяжении последних десяти лет вы изучаете происходящие в Казахстане политические процессы. Какие изменения вы заметили?

Анар Ахмадов: Я наблюдаю за изменениями, происходящими в казахстанском обществе, как политолог. Но не могу сказать, что произошли какие-либо существенные изменения. Если говорить об общих для постсоветских стран изменениях, то, по сравнению с 1993–1994 годами, видим централизацию власти. С политической и экономической точки зрения это выгодно группам, в руках которых сосредоточены крупные политические и экономические рычаги. К числу политиков, кроме представителей оппозиционных партий, мы относим чиновников разного уровня, которые обладают властью. В Казахстане или Туркменистане почти все, кто находится у власти, так или иначе незаконно владеют экономическими ресурсами и преследуют свои интересы.

Азаттык: Можно ли считать происходящее застоем в политике по демократизации Казахстана?

Анар Ахмадов: Не могу сказать, что в Казахстане застой в политике демократизации. Потому что в Казахстане не было демократизации. Насколько помню, Казахстан последним вышел из СССР. В то время, то есть в 1990-е годы, по сравнению с соседними Узбекистаном и Туркменистаном, в Казахстане были небольшие элементы политической либерализации, но только в экономическом плане. Вопрос в том, с чем сравнивать. В Азербайджане демократизация общества прошла в 1991–1993 годы. Тогда к власти пришел «Народный фронт», состоявший из нескольких политических систем с разной идеологией и политическими взглядами, который объединил позиции, выражавшиеся в том, чтобы противостоять идеологии советского периода, избавиться от доминирования России и выступать за развитие демократических институтов. В 1993 году они отдали власть Гейдару Алиеву. Вначале в его власти были элементы политического либерализма, однако позднее власть перешла к централизации. В Казахстане в этот период радикальных изменений не происходило, но наблюдалась политическая либерализация. Действовали политические партии, и среди них была определенная конкуренция, они участвовали в дебатах в парламенте, могли блокировать некоторые законопроекты. Однако власть Нурсултана Назарбаева в Казахстане никогда не обсуждалась.

Азаттык: Недавно прозвучали «смелые» предположения о том, что очередные президентские выборы в 2020 году могут пройти без участия Нурсултана Назарбаева. Может ли Казахстан перейти к парламентской системе правления?

Транзит власти в Казахстане завершится тем, что на смену одной политической элите придет другая.

Анар Ахмадов: С теоретической точки зрения, конечно, это возможно. Потому что у казахского народа есть право выбрать переход к парламентской системе правления. Однако возможно ли в стране с президентской властью установить парламентскую форму правления, относительно нестабильную? Это другой вопрос. Социально-политические науки бессильны, если вам нужны прорицатели. Однако с уверенностью могу сказать, что в ближайшее время на смену авторитарной власти в Казахстане не придет парламентское правление. Я часто обмениваюсь мнениями со своими коллегами о развитии политических институтов в Казахстане, одной из стран с богатыми природными ресурсами. У крупных чиновников и политиков, соответственно их весу, есть свои крупные интересы в бизнесе. Поэтому они не заинтересованы в утрате основанной на экономических и политических ресурсах монополии, очень глубоко укоренившейся олигополии. Это большая установившаяся система. В сферах, где сосредоточены их интересы, в больших национальных компаниях, их родственники или доверенные лица входят в советы правления или обладают другими важными рычагами. Поэтому транзит власти в Казахстане завершится тем, что на смену одной политической элите придет другая. Не нужно надеяться на коренные изменения политических институтов. То есть в Казахстане, как и в других авторитарных странах, передача власти пройдет тихо. К примеру, в Иране сменилась власть. Но разве эта страна стала демократической?

Азаттык: Кого вы имеете в виду, когда говорите о «чиновниках, обладающих экономическими ресурсами» в казахстанской власти? Можете уточнить? К примеру, в последнее время на высокие должности часто назначаются молодые кадры.

Анар Ахмадов: Сложно найти высокопоставленного чиновника, у которого нет своих интересов в каком-либо государственном проекте или компании. И если называть их имена, то можно перечислять всех подряд. Конечно, в последнее время в Казахстане во многие министерства назначаются молодые кадры. Я нисколько не сомневаюсь в их перспективности, однако не нужно возлагать на них большие надежды, смотреть как на молодых реформаторов. Их можно назвать свадебными генералами. За разделением власти стоит разделение ресурсов. Если внимательно присмотреться, можно увидеть определенные группировки. У каждого есть своя сфера: у одного – военная, у другого – скажем, образовательная. Это сформировавшаяся система – «клиент-патрон». Они должны уметь находить общий язык друг с другом. Самое главное – они должны уметь находить общий язык с [президентом] Нурсултаном Назарбаевым и посредниками в окружении.

Азаттык: Можно ли считать заключение в тюрьмы крупных чиновников, бывшего премьер-министра как результат «недопонимания с посредниками»? На самом деле эти чиновники выполняли указания, не выступали против Нурсултана Назарбаева, не говоря уже о том, что они не высказывали оппозиционных взглядов.

Анар Ахмадов: Это маневры между властями и группами, которые делят ресурсы. Конечно, обычно «жертва» об этом знает. Однако из-за отсутствия свободы слова и независимых СМИ народ не знает причин происходящего.

Азаттык: Часть гражданского общества в Казахстане возлагает определенные надежды на возглавляемое оппозиционной личностью, бывшим банкиром Мухтаром Аблязовым запрещенное движение ДВК, которое власти страны признали «экстремистской организацией». Власти Казахстана привлекают к суду сторонников Аблязова и пытаются таким образом ограничить его деятельность. К чему может привести эта политика?

Анар Ахмадов: Это может затянуться на годы. Большинство политических игроков – заложники своего положения. Конечно, после прихода к власти после Назарбаева другого игрока, возможно, наступит «политическая оттепель». Другой игрок ради своего авторитета в глазах народа может позволить Аблязову вести политические игры на каком-то определенном поле.

Азаттык: Спасибо за интервью.

  • 16x9 Image

    Сания ТОЙКЕН

    Сания Тойкен работает на Азаттыке с 2007 года, репортёр в Мангистауской области. После окончания факультета журналистики Казахского национального университета имени Аль-Фараби работала в газетах «Қазақстан пионері» и «Халық кеңесі». Была пресс-секретарём государственного комитета Казахстана по приватизации. Работала корреспондентом, затем редактором казахской редакции Атырауской областной газеты «Ак Жайық». До июля 2015 года была редактором еженедельника «Не хабар?!» в городе Актау.

    В 2017-м году Сания Тойкен удостоена премии Международного фонда женщин в СМИ (IWMF) в номинации «За мужество в журналистике». Она стала первой женщиной-журналистом из Казахстана, которая получает эту высокую награду.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG