Доступность ссылок

Срочные новости

Истории подвергшихся бытовому насилию женщин и суд над сбившим пешехода полицейским


Женщина, которая стала жертвой бытового насилия. Иллюстративное фото.

На уходящей неделе региональные СМИ пишут о судебном процессе над сотрудником полиции, который сбил насмерть пешехода в Атырауской области, о матери-одиночке, живущей с сыном в строительном вагончике, а также о женщинах, оказавшихся в кризисном центре из-за домашнего насилия.

СУД НАД ПОЛИЦЕЙСКИМ

Издание «Ак Жайык» пишет, что в Махамбетском районе Атырауской области начался судебный процесс над полицейским, который насмерть сбил пешехода. Сотруднику полиции Айболату Жумашеву предъявлено обвинение по уголовным статьям «Нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека» и «Оставление места дорожно-транспортного происшествия».

Из материалов уголовного дела следует, что ночью 13 октября 2019 года Жумашев на автомашине «Ауди-100» в селе Зинеден Исатайского района совершил наезд на 25-летнего пешехода. В результате ДТП пострадавший погиб на месте, а полицейский скрылся с места происшествия.

На предварительном судебном заседании подсудимый признал свою вину, раскаялся в содеянном и попросил прощения у потерпевшей стороны. Следующее судебное заседание состоится 29 января, где будут допрашивать свидетелей и врача-нарколога, который проводил медицинское освидетельствование полицейского.

МАТЬ-ОДИНОЧКА ЖИВЕТ В СТРОИТЕЛЬНОМ ВАГОНЧИКЕ

Издание Mgorod.kz опубликовало материал о матери-одиночке, которая с сыном-школьником живет в строительном вагончике. Как пишет сайт, семья вынуждена так жить из-за нехватки денег. 42-летняя женщина подрабатывает техничкой и моет посуду в кафе, чтобы прокормить сына.

Она стоит в очереди на жилье как неполная семья с 2013 года, однако ждать еще долго, перед ней около трех тысяч человек.

Строительный вагончик. Иллюстративное фото.
Строительный вагончик. Иллюстративное фото.

— В октябре этого года нам пришлось съехать со съемного жилья, потому что платить было совсем нечем. Я не смогла заработать на квартиру, техничкам, посудомойкам и уборщицам много не платят. Оставшись на улице, начала искать работу по объявлениям. И вот один предприниматель согласился впустить нас с сыном в вагончик, чтобы я охраняла объект. Работодатель оплачивает расходы за электроэнергию, покупает газовые баллоны. У своих родственников я ничего не прошу, у каждого своя семья и заботы. Несколько раз ходила в акимат, просила помощи. Ответили, что свободных комнат в общежитии нет, — рассказала женщина журналистам.

Айнура рассказывает, что ушла от мужа после того, как он начал пить. Их брак был неофициальным, поэтому она не получает алименты. Сын учится в восьмом классе.

По словам старшего инспектора отделения ювенальной полиции Уральска Мадины Куспановой, эту семью обнаружили участковые инспекторы в сентябре прошлого года. Женщина характеризуется положительно, говорит Куспанова.

— Постоянно находится на контакте и с нами, и с администрацией школы, в употреблении спиртных напитков и наркотических средств женщина замечена не была. Ребенок опрятный, учится хорошо, — говорит Мадина Куспанова.

«ЖИВЕМ В ПОСТОЯННОМ СТРАХЕ»

Сайт Mgorod.kz также рассказал о женщинах, которые, спасаясь от бытового насилия, оказались в кризисном центре. В статье, опубликованной 24 января, автор рассказал истории Нургуль и Индиры (имена изменены), которые стали жертвами насилия в семье. «Женщины живут в постоянном страхе», — пишет издание.

Нургуль рассказывает, что четыре года терпела издевательства мужа и жила в надежде, что он исправится.

— У меня это второй брак. Когда мы сошлись, все было нормально, я родила сына. Спустя 10 месяцев он первый раз поднял на меня руку, причем без какой-либо причины. Тогда я не понимала, что он просто ненормальный, решила простить его. Жалела, все время его жалела. Он употребляет трамадол. Я всегда думала, если я его брошу, ему никто не поможет. На свои деньги лечила его от наркотической зависимости. Но нет, ничего не получилось, он не исправился, дальше избивал меня. За эти годы я не видела нормальной жизни. Ранним утром я отводила ребенка в сад, а сама — на работу. Приходила с работы, а он лежал на диване. Содержала его я. Я все это время жила в надежде, что все у нас наладится. Делала для семьи всё: готовила, стирала, убирала, — рассказывает Нургуль.

По словам женщины, за годы совместной жизни, она все время ходила в синяках, бывало, доходило до переломов костей. Сейчас она снова на лечении, у нее сильнейшая гематома на лице, ей трудно говорить, и она не может есть.

По словам Нургуль, она ушла от мужа и сняла квартиру, но он нашел ее и снова избил. Женщина была вынуждена обратиться в кризисный центр. «Тут хотя бы охрана есть», —​ говорит она.

— Я боюсь, что он просто меня убьет. Я даже уволилась с прежней работы, лишь бы он меня не нашел. Когда он успокаивается, говорит, что ничего не помнит. Еще у него хватило совести оформить на мое имя кредит, я не знаю, чем буду платить даже, сейчас в моей жизни сложный период, — говорит Нургуль.

По словам Нургуль, из-за постоянных конфликтов в семье ребенок испытывает страх, вздрагивает ночами и кричит «папа».

Доходило до судов, он платил штрафы и снова избивал меня.


— Я не знаю, но, кажется, у ребенка психологическая травма. Последний раз он таскал меня избитую с шестого до первого этажа за волосы, а ребенок плакал и кричал «папа». Я живу в постоянном страхе. Вы думаете, что я не заявляла в полицию? Доходило до судов, он платил штрафы и снова избивал меня. Он не дает мне жить в комнате, которую мы совместно приобрели, — говорит женщина.

Еще одна постоялица, Индира, рассказала, что приехала из другого города после несчастливой семейной жизни.

— Я шесть лет назад вышла замуж, через год родила. Жили не очень, признаюсь, меня все эти годы избивал муж. Не выдержала этой боли, уехала к своим родителям. А у папы сложный характер. Он говорит, что у казахов не принято приходить домой после свадьбы, меня не приняли в моей семье, осталась с пятилетним ребенком на улице, идти было некуда, и вот я здесь, — рассказала Индира. — Сейчас меня устраивают на работу нянечкой в детский сад. Думаю, мне надо жить ради своего сына. А дальше, я надеюсь, что всё наладится.

Директор кризисного центра для жертв бытового насилия отдела занятости и социальных программ Уральска Талшынай Жунис рассказала, что центр одновременно может принять до 10 человек сроком на шесть месяцев. На начало этого года в центре получили услуги 16 человек, из них пятеро — женщины, остальные — дети, говорит она.

По ее словам, в основном поступают женщины из молодых семей, которые прожили в браке до 10 лет.

В 2019 году центр принял 60 человек. Талшынай Жунис говорит, что имена своих людей, которые к ним приходят, они держат в секрете.

— Город у нас маленький, и если даже мы увидимся на каком-либо мероприятии, не подходим к ним. Если же они сами изъявят желание поговорить или поздороваться, то мы, конечно, поддержим, ответим. А так мы делаем вид, что их не знаем. Все проблемы остаются в наших стенах, — пояснила Талшынай Жунис.

По словам директора кризисного центра, многие мужчины осознают свою вину, приходят и становятся даже на колени, лишь бы вернуть жену в семью. С такими мужчинами работают психологи.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG