Доступность ссылок

В деле «оккультного СССР» появился свидетель из полиции


Михаил Ткачев и Уали Алиаскаров, обвиняемые в «возбуждении розни», в суде. Караганда, 21 ноября 2017 года.

Приобщенные к делу двух предполагаемых членов «оккультной организации СССР» материалы экспертиз свидетельствуют, что книги, распространение и обсуждение которых вменяют подсудимым, не запрещены. Между тем в суд в Караганде по этому делу пришел действующий полицейский, фигурирующий в качестве свидетеля.

28-летний Михаил Ткачев и 66-летний Уали Алиаскаров почти 10 месяцев находятся под стражей в следственном изоляторе в Караганде. По словам родственников подсудимых, они содержатся в разных камерах. С родными видятся лишь на судебных заседаниях, и то на расстоянии. Сейчас оба подсудимых, которых обвиняют в «возбуждении национальной и религиозной розни», выглядят исхудавшими и бледными. В короткой беседе подсудимые сообщили репортеру Азаттыка, что сокамерники поддерживают их. Судебный процесс начался в ноябре 2017 года и, похоже, подходит к завершению.

«НЕ ЯВЛЯЕМСЯ ПРОТИВНИКАМИ»

Ткачев и Алиаскаров отвергают обвинения в «возбуждении розни», предъявленные им за якобы распространение идей оккультной организации «Союз Сотворцов Святой Руси» (СССР), чтение и обсуждение книг этого течения. Уали Алиаскаров, в прошлом сотрудник прокуратуры, сказал в суде, что сторона обвинения «нафантазировала».

Кто вам дал право за меня фантазировать на страницах постановления, поставив нас преступниками? Есть пожелание вам: осознать, что мы не являемся вашими противниками.

— Я благодарен за поддержку своим родственникам и единомышленникам. К нам проявляют уважение сокамерники. Ребята даже собрали мне «тормозок», потому что знают, что мы здесь целый день и зачастую даже воды нет. Я считаю, что нарушения закона нет, так как прокурор выразил свою личную позицию. Если бы вы осознавали ответственность, то при производстве следствия вы бы поговорили со мной лично, чтобы всё узнать. В книгах нет никаких призывов к насилию или чему-то плохому. Кто вам дал право за меня фантазировать на страницах постановления, поставив нас преступниками? Есть пожелание вам: осознать, что мы не являемся вашими противниками, — сказал подсудимый Алиаскаров, обращаясь к прокурору Кузбакову.

Адвокат подсудимых Игорь Кирьянов заявил в суде о психологическом давлении на Ткачева, которому, по его словам, предлагали признать вину и оговорить Алиаскарова. Прокурор Кузбаков, в адрес которого это прозвучало, отверг высказывание, сказав, что не мог оказать на Ткачева давление.

Адвокат настаивал на допросе специалиста из министерства по делам религий и гражданского общества, где ранее жена подсудимого Ткачева запрашивала религиоведческую экспертизу книг и другой литературы, которые, по мнению следствия, содержат противоправный контент. Но специалист не явился в суд, и судья назвал причину неявки уважительной, сказав, что в деле есть результаты экспертиз.

«Представленные на религиоведческую экспертизу вышеуказанные материалы не имеют строго религиозное содержание, однако носят оккультно-эзотерический и синкретический характер, и частично содержат религиозные тексты. Вместе с тем, доводим до Вашего сведения, что по итогам экспертизы сведений и фактов, препятствующих к использованию указанных материалов на территории Республики Казахстан, не обнаружено», — говорится в ответе комитета по делам религий от 4 мая 2017 года.

В ответе от 8 декабря 2017 года на другой запрос по поводу религиоведческой экспертизы четырех книг, которые, по данным обвинения, были запрещены судом в России, комитет по делам религий сообщил, что сведений и фактов, препятствующих использованию и распространению данного материала, также не обнаружено.

Формально книги не запрещены, но на минувшей неделе на процессе по этому делу один из привлеченных экспертов сказал, что в текстах есть «признаки возбуждения национальной и религиозной розни» и «высказывания о превосходстве» одной нации.

ПОЛИЦЕЙСКИЙ-СВИДЕТЕЛЬ, ПОСЕЩАВШИЙ «СОБРАНИЯ»

Один из многочисленных свидетелей по этому делу — действующий сотрудник полиции Дмитрий Р. несколько раз не являлся в суд. Поэтому, когда он пришел на допрос, родственники подсудимых и их сторонники, казалось, обрадовались, считая, что допрос свидетеля, возможно, прольет свет на многие моменты в деле. Как выяснилось, полицейский был одним из участников собраний в Караганде и даже приобретал литературу, за чтение, обсуждение и распространение которой теперь судят Ткачева и Алиаскарова. В беседе с репортером Азаттыка некоторые из родственников подсудимых говорят, что их терзают сомнения по поводу того, с какой целью этот полицейский посещал собрания.

Фото из зала суда, где рассматривают дело Ткачева и Алиаскарова. Караганда, 29 ноября 2017 года.
Фото из зала суда, где рассматривают дело Ткачева и Алиаскарова. Караганда, 29 ноября 2017 года.

Сам же полицейский рассказал в суде, что в 2015 году, когда сильно заболела его мама, он стал искать биологические добавки, в социальных сетях наткнулся на некие препараты, читая информацию о которых узнал о «движении СССР», и так вышел на страничку Ткачева, вскоре подружился с ним и узнал о книгах. Якобы из-за уважения и благодарности к Ткачеву за то, что тот хотел помочь его маме, он стал приобретать книги «Откровения людям нового века», газеты, находя в них что-то интересное для себя. Также Дмитрий Р. сообщил, что посещал собрания в Караганде, когда у него было время.

— Я читал чуть-чуть и оставлял на потом. Не то чтобы затягивало, но было интересно на будущее. Никто же не знал, что так дело обернется. Принимал наблюдательное участие в собраниях, это как клуб по интересам был. Меня не столько этот клуб интересовал, сколько общение с Михаилом. Там обсуждали книги, читали стихи, общались, пили чай, была дружественная обстановка, читали все по очереди, и я тоже читал, а что здесь такого? Когда меня вызвали на допрос и сказали, по какому делу, то я эти книги решил уничтожить, — сказал свидетель Дмитрий Р., отвечая на вопросы адвоката.

Там обсуждали книги, читали стихи, общались, пили чай, была дружественная обстановка, читали все по очереди, и я тоже читал, а что здесь такого? Когда меня вызвали на допрос и сказали, по какому делу, то я эти книги решил уничтожить.

В отношении него проводилось служебное расследование, по итогам которого Дмитрию Р. вынесли предупреждение о неполном служебном соответствии. Однако обжаловать это он не стал, сказав, что «руководству виднее».

На вопрос прокурора Кузбакова о содержании этих книг полицейский-свидетель ответил, что «там скорее что-то эзотерическое направление было». Когда адвокат спросил, говорилось ли на встречах о религии, свидетель сказал, что «может, номинально затрагивали». На просьбу рассказать, были ли негативные высказывания в отношении других религий, полицейский сказал, что «ничего такого он не слышал». Обыск у него дома, как уточнил свидетель, не проводился. В ответ на вопрос адвоката и подсудимых, закрадывались ли у него сомнения насчет того, что «что-то не так», свидетель Дмитрий Р. сказал: «На тот момент мне не было ничего известно, что что-то запрещено». Также у него поинтересовались, были ли разговоры с ним со стороны спецслужб. Свидетель ответил: «Такого не было, иначе меня бы не наказали».

Уали Алиаскарову и Михаилу Ткачеву вменяются «тяжкое преступление против мира и общественного порядка» и «умышленные действия, направленные на возбуждение национальной и религиозной розни, а также пропаганда исключительности и превосходства по признаку их отношения к религии и национальной принадлежности, совершённые публично, в группе лиц по предварительному сговору, с использованием информационно-коммуникационных сетей». Обвинение заявляет, что Ткачев и Алиаскаров «манипулировали сознанием и поведением людей, воздействовали на общественное мнение и мировоззрение граждан Казахстана», организовывали встречи адептов оккультной организации и поставляли им литературу.

Сторонники представших перед судом считают уголовное дело «вымыслом». Сами фигуранты дела жалуются на то, что в удовлетворении почти всех заявленных ими и адвокатом ходатайств было отказано.

По обращению родственников одного из подсудимых за ходом судебного процесса наблюдает и юрист из Казахстанского бюро по правам человека Данияр Ахмади. Ранее родственники Михаила Ткачева говорили репортеру Азаттыка, что несколько месяцев назад они писали письмо президенту Нурсултану Назарбаеву, но оттуда пришла, по их словам, «отписка» о передаче жалобы в генеральную прокуратуру, затем ее спустили в областную, а после в районную.

  • 16x9 Image

    Елена ВЕБЕР

    Елена Вебер - творческий псевдоним. Елена - репортёр Азаттыка по Карагандинской области. Живёт и работает в городе Темиртау.

    Елена окончила курсы журналистики в городе Темиртау и филологический факультет (кафедра журналистики) Карагандинского университета имени Е. Букетова в 2009 году. С Азаттыком начала сотрудничать в 2010 году.

     

Ваше мнение

Показать комментарии

В других СМИ

Loading...

XS
SM
MD
LG