Доступность ссылок

Срочные новости

Перепелиная ферма в «стране Илонов Масков». Как поднять сельское хозяйство Казахстана и не умереть


Бизнесмен Али Абдыгали со своей продукцией.

«Главное, что отличает казахстанцев от японцев, — это нежелание соблюдать правила бизнеса и вести дела в соответствии с законодательством страны, а также желание получить мгновенную прибыль» — такого мнения придерживается предприниматель Али Абдыгали — выходец из Казахстана и специалист в аграрном секторе, много лет живущий в Японии. Что мешает нормальному развитию сельского хозяйства и бизнеса в Казахстане? Абдыгали пытается ответить на этот вопрос рассказом о своем опыте запуска в стране перепелиной фермы и о том, чего ему это стоило.

Али Абдыгали окончил факультет востоковедения АГУ и Лияонинский университет в китайском городе Шэньян. Какое-то время работал в Казахстане в одной из китайских компаний. Женат на университетской подруге — японке Айко. Переехал в Японию, где семья осела, а Али занялся фермерством. Сегодня его опыт в этой сфере — без малого десять лет. А начиналось всё с идеи открыть перепелиную ферму в Казахстане.

«ЗАНИМАЙСЯ ЧЕМ ХОЧЕШЬ, КРОМЕ НАРКОТОРГОВЛИ»

Лет десять назад, когда мне перевалило за 30 лет, я принял решение уйти в свободное плавание. Это не было спонтанным решением. Я долго к этому шел. Советовался с супругой. Мы даже провели симуляцию: если у меня ничего не получится, то у нас как минимум останется квартира. Мы посчитали всё до мелочей, учли все риски.

Живущий в Японии казахстанец Али Абдыгали, основавший в Казахстане перепелиную ферму.
Живущий в Японии казахстанец Али Абдыгали, основавший в Казахстане перепелиную ферму.

Но это не мой подход, это подход супруги, она японка. Японцы — народ щепетильный, вникают во все детали. Мы в Excel внесли необходимые цифры, всё посчитали, обозначили сроки, составили бизнес-план на три года и пришли к выводу, что в случае, если у меня ничего не выйдет, я найду работу и остаток своей жизни проведу в спокойной японской компании. Без всяких «выпендрежей».

Приняли решение. И в этот момент я познакомился с парнями-бизнесменами из Казахстана. Они приехали в Осаку по туристической линии. Мы разговорились, я им рассказал, что занимаюсь небольшим бизнесом. И тогда они мне предложили заняться сельским хозяйством… в Казахстане. Я им — например? Они мне — например, перепелиной фермой.

Я признался им, что с сельским хозяйством на «вы». Да, я вырос в ауле, пас баранов, сажал помидоры и огурцы в огороде. Да, у нас были коровы, куры. Но это совсем другое! Вы мне предлагаете серьезное дело — создать ферму.

Тогда они мне говорят, мол, ничего страшного. «Находишь в Японии перепелиную ферму, идешь туда на обучение. Потом приезжаешь в Казахстан, и мы все складываемся и основываем перепелиную ферму "Узура Фарм "». «Узура» с японского — это перепелка, а «фарм» от английского — ферма. Хотя многие путают с фармацевтикой, но это ферма.

Я пришел домой после этой беседы, рассказал супруге, мол, так и так, перепелиная ферма. Она мне — занимайся чем хочешь, кроме наркоторговли, выбор за тобой! «Мне придется некоторое время жить отдельно, но я буду возвращаться, приезжать». Она мне — хорошо, но только дети будут расти без тебя.

Али Абдыгали с семьей.
Али Абдыгали с семьей.

«КТО ТЫ, ГДЕ ЭТОТ КАЗАХСТАН?»

Я решил сделать ставку на создание фермы. И тут началась другая эпопея — найти ферму. Это в Казахстане можно погуглить, найти адрес, связаться и пойти. В Японии всё по-другому. В Японии погуглишь, звонишь. Они: кто ты, где этот Казахстан? Я им объясняю. Только на то, чтобы объяснить, где находится моя страна, уходит целый час.

«Что ты от нас хочешь?» Я им — то-то и то. Они мне — нет. Отказывают без причины. Отказали первые, вторые, третьи. Так мне отказали 20 компаний. Сначала я опустил руки, но тут у меня включается казахская смекалка. Решил идти напрямую — звоню в Ассоциацию перепеловедов, они при Институте перепеловедов. Те мне: приезжай, парень!

Там все простые японцы — профессора, технологи — удивляются: ты прям оттуда приехал ради того чтобы?.. «Да». — «И что, тебе везде отказали?» — «Да». Они: «Ну это же дураку было понятно, что тебе откажут, потому что ты иностранец!»

А каждая ферма в Японии — это семейный бизнес, история которого занимает три-четыре века. И тут какой-то «инострашка» приходит и говорит: научите меня!

В ассоциации объяснили, что никто не будет мне помогать. Но я не отставал от них три месяца, в результате мне нашли самую крупную ферму — «Тоукай Юки». Мол, ее хозяин недавно получил руководство от отца, он четвертое поколение перепеловедов, учился в Америке. «Может, он тебе не откажет».

Для японцев те, кто учился на Западе, — другие люди. В ассоциации дали мне официальное письмо. Я по этому случаю торжественно оделся в «костюм-шалбар», взял это письмо и приехал на ферму к японцу. А он там в грязи, в комбикорме.

Хорошо, беру тебя на работу на год, но ничего платить тебе не буду, и работать ты будешь с утра до ночи.

«Кто ты?» Я ему показываю письмо: «Вот документ из ассоциации, в которой вы состоите». А для японцев документ — это важная вещь. «Ну, если тебя оттуда направили, значит, ты важный человек!» — говорит он мне. «Конечно, важный! Из самого Казахстана приехал», — отвечаю на английском. Он мне: «Давай без этого английского, я его уже подзабыл, хоть и учился в Лос-Анджелесе. Какие у тебя условия?» Я ему, мол, хочу у вас всему научиться! На что он мне отвечает: «Хорошо, беру тебя на работу на год, но ничего платить тебе не буду, и работать ты будешь с утра до ночи, а за это будешь бесплатно жить в общежитии».

«ТРИ МЕСЯЦА ПОДТИРАЛ ПОПЫ ЯПОНСКИМ ПЕРЕПЕЛКАМ»

И я пахал, как раб. Подъем был в 5 утра, отбой — в 12 ночи. И так каждый день, без выходных.

Три месяца чистил кормушки от отходов и подтирал попы японским перепелкам. Процесс автоматизирован, а я только сметал лишнее с ленты и выносил отходы на тачке. Толкал тачку перед собой и кричал, как на барахолке: «Жол! Жол!»

Толкал тачку перед собой и кричал, как на барахолке: «Жол! Жол!»

На ферме было 500 тысяч перепелок. Вы понимаете, что такое полмиллиона перепелок? Это трудно представить! Это страшно. Три месяца убирал за полумиллионом птичек. И только через три месяца хозяин фермы допустил меня к водопою.

Вот так, постепенно, работая по два-три месяца на разных начальных процессах, я дошел до инкубатора, до разделки и готовки туш, маринада яиц, научился селекции и изготовлению удобрения из отходов птичек. Одним словом, всю школу прошел!

Пришла пора уходить. А японец мне — оставайся, буду тебе платить. Что-то вроде: оставайся, мальчик, с нами, будешь нашим королем! Но я решил не быть на этой ферме королем, и свалил. Попрощались тепло, по-японски, он мне с собой гостинцев положил, мол, супруге и детям.

И я выехал в Казахстан.

«ЭТО ЖЕ КАЗАХСТАН, ЧТО ДЕЛАТЬ»

Бизнес был в Каскелене, Карасайский район. Приехал в Казахстан, думал, что тут всё готово, а я только буду ходить и команды раздавать. Но не тут-то было! Вместо фермы меня ждала какая-то избушка на курьих ножках. Партнеры ничего не построили! Это такой казахский кайдзен (японская философия о непрерывном совершенствовании процессов. —​ Ред.).

Кстати, оказалось, что хорошо, что меня ждали. Потому что я решал, какой должен быть градус наклона пола, какие использовать материалы, какая должна быть температура и влажность в помещении, где делать воздухоотвод.

Мои бизнес-партнеры — строители, и они построили ферму по моим наработкам. Я не архитектор, всё рисовал от руки: здесь инкубационная, здесь будем мясо разделывать, здесь надо установить санитайзеры, между помещениями должны лежать специальные дезинфекционные коврики, чтобы случайно не занести вирус в помещение. Одним словом, внедрил все японские санитарные и эпидемиологические стандарты. И ребята по ним построили небольшую ферму.

Казалось бы, вот, наконец, началась работа! Погодите. Мы же еще документы не собрали! Разрешения от пожарной службы, от эпидемиологической, от ветеринарной. Вот эти документы я собирал полгода. Зарегистрировали ИП, потом он превратился в ТОО. Сделали это быстро. Оказалось, что в Казахстане это очень хорошо развито. Настоящая «порнуха» началась с акимата, с земельного комитета.

Давайте я вам расскажу казахстанские реалии. Сидит такой пухлощекий чиновник. Я к нему с патриотическим запалом: «Ага, я супругу и двух детей бросил ради того, чтобы поднимать сельское хозяйство в Казахстане. Я казах! У меня паспорт казахский. Вы же понимаете, ага, чем я пожертвовал, — дети растут без меня. Я их три года не видел».

А чиновник мне размеренным тоном: «Да-а-а… Какой ты хороший парень! Вот таких патриотов нам надо побольше. Но всё равно, ты же понимаешь, сам же знаешь… Во-о-от».

А я же не понимаю!

Чиновники сами обязаны за мной бегать, поддерживать меня. Все документы должны собирать они, а не я.

Партнеры мне объяснили, мол, так и так, это же Казахстан, что делать… Но я им: «Нет, не понимаю я такого, был указ президента поднимать сельское хозяйство, поднимать малый бизнес. Чиновники сами обязаны за мной бегать, поддерживать меня. Все документы должны собирать они, а не я. Я же налоги приношу в государственную казну. Я буду кормить людей. Почему я должен кланяться чиновнику, как какому-нибудь хану?!»

Я пошел на принцип и собрал все необходимые документы. Конечно, мне потребовалось несколько больше времени для этого. Но я сделал всё по закону.

В Казахстане можно всё делать по-человечески. Есть в госструктурах бюрократы, которые мешают прогрессу. Но не все.

«НАШИ КОНКУРЕНТЫ — ЭТО БАБУШКИ»

Первую продукцию мы начали поставлять на базары. Так что для этого понадобились еще документы. Там требуют санэпидемиологические, ветеринарные документы. Я всё это сделал как надо. Более того, я даже сделал японскую лицензию о составе продукции. Подал заявку в лабораторию, специально для этого съездил в Японию.

Японцы, кстати, похвалили нашу продукцию. Сказали, что она подпадает под все японские стандарты. Японская лаборатория неподкупная. Наши «ага», «татешка» там не пройдут.

На базаре наши конкуренты — это бабушки, у которых есть небольшой курятник. Она работает без учета норм по комбикормам, у нее нет штата рабочих, она не платит налоги. Поэтому продает очень дешево. А у нас всё учтено в цене. Чтобы привезти на базар продукцию, мы промывали каждое яйцо специальным составом, чтобы не было сальмонеллы.

Продукция перепелиной фермы Али Абдыгали.
Продукция перепелиной фермы Али Абдыгали.

И торговля как-то пошла. Забирали продукцию оптом в другие города, были постоянные клиенты. Через некоторое время партнеры мне говорят: «Мы же всё это не для базара делали. Давай упаковывать в коробки, будем на супермаркеты выходить». Мы получили лицензию, получили штрих-коды. Это занято около трех месяцев.

Первый супермаркет, в который мы зашли, — «Тоймарт». Пришел туда такой напыщенный, а они мне: где твой бизнес-план? Потом вышли на «Рамстор», «Смолл», и процесс пошел.

«В КАЗАХСТАНЕ ДАЖЕ АДЕКВАТНОГО УЧЕНИКА СЛОЖНО НАЙТИ»

Но! Я застрял в Казахстане, а дети растут без меня. Надо же было передать знания перед тем, как уехать из страны. В Казахстане я столкнулся с отсутствием хороших технологов. Я обучал специалистов, но на это уходило слишком много времени. А потом не оказалось директора, не нашлось менеджера. И мне пришлось задержаться. Но я не жалею. Потому что я за это время пожил в Казахстане, с родственниками пообщался.

И всё же давайте признаём один негативный момент. В Казахстане не то что нехватка адекватных специалистов, у нас даже адекватного ученика сложно найти. Адекватного работника. Это большая проблема! Я с этим сталкивался. Потратил столько времени и денег, чтобы найти рабочих.

Работник через неделю работы приходит ко мне и говорит: «Ага, мне надо в аул вернуться. Дайте мне мою зарплату» — «А что случилось? Ты же только неделю проработал» — «Там той сейчас проходит, я не могу не поехать». Отвечаю: «Хорошо, только можешь не возвращаться».

Блюдо из перепелки.
Блюдо из перепелки.

Нанимаю следующего. Новый работник приходит ко мне с просьбой выдать ему аванс. Ты же уже получал аванс, говорю. А он: «Да я айфон себе купил, хочу теперь к нему наушники докупить». Я ему: «Тебе же деньги надо копить, чтобы домой привезти родителям» — «Да у них всё есть, они скот пасут. А я хочу купить джинсы, айфон, одеваться хочу».

Понимаете, они как дети! Я с ними возился, говорил, что важно научиться копить деньги. «Всякое может в жизни случиться. Надо ценить свой труд и свои деньги. Это твоя страховка. Это твоя подушка безопасности». Но они смотрели на меня как на инопланетянина.

В Японии очень серьезно относятся к деньгам. Потому что ты потратил свое время, ресурсы, силы, чтобы заработать.

Никто из моих работников не ценил деньги. Была только пара адекватных. Это рабочие. Но это относится и к сотрудникам другого уровня. Менеджеры, технологи. Они недалеко ушли от рабочих. Я был поражен.

«ТОГДА КАЗАХСТАН ОСТАВИТ ПОЗАДИ ЯПОНИЮ!»

Есть адекватные люди. Но бизнесом здесь заниматься очень сложно. Это я понял. Проблема заключается в нас. Мы относимся к работе безалаберно, безответственно. Причем безответственное отношение не только к работе, но и к своей личной жизни. Объясняешь работнику, что на работу надо приходить вовремя, а он может в ответ обидеться и сказать, мол, не нравится — я уволюсь.

Я ему замечание сделал по работе, а он взял и ушел. Даже не предупредив. И таких 99 процентов. Но возможностей для ведения бизнеса в Казахстане очень много. И именно потому, что мало адекватных работников.

Бизнес-поле в Казахстане еще не вспахано. Несмотря на пандемию, можно поднять бизнес. Плохо то, что сложно найти ответственных сотрудников.

Сталина не люблю, но он был прав: кадры решают всё, и это работает везде. В Казахстане возможностей валом! Можно заняться любым делом, и у вас не будет конкуренции.

Мы на своей ферме внедрили японскую систему, которая заключается в ответственности. Просто надо вовремя выполнять обязательства. Соблюдать правила.

Но у нас в ДНК прописано то, что нам очень сложно соблюдать правила. Надеть маску, мыть руки, не приближаться к человеку ближе чем на метр. Сложно! И в этом наш минус, но и плюс!

Вот я живу в Японии. Знаю эту страну изнутри. Не по книжкам, не по роликам в YouTube, не по фильмам. Я живу здесь, варюсь во всем этом. И вижу, что японское общество достигло всех своих высот за счет своего трудолюбия и исполнительности. Но время не стоит на месте. Исполнительность, конечно, хорошо. Но должен быть хотя бы один процент в обществе тех, кто выходит за рамки привычного.

А вот казахи… Здесь нам нет конкурентов! Мы выходим за шаблоны, за рамки. Если я свою историю карьеры расскажу какому-нибудь японцу, он скажет, что это уму непостижимо. Что это похоже на приключенческий сериал. А казаху расскажешь, он ответит: «Ну и что? Подумаешь, я могу и похлеще». Правда, он будет при этом лежать на диване, попивая чай с молоком.

Я за плюрализм, не могут все быть в одном обществе только физиками или только лириками. В обществе должны присутствовать и гуманитарии, и технари, и голубые, и розовые. Но единственное, что должно быть при этом, — баланс.

Японцам не хватает тех, кто нарушает правила. Таких, как Илон Маск. Ему говорили, что Роскосмос захватил эту сферу, а он взял и нарушил правила. Говорили, что у электромобилей нет будущего, а он взялся за них и создал новый тренд.

Если в обществе 99 процентов таких, как Илон Маск, получается Казахстан.

Если в обществе 99 процентов таких, как Илон Маск, получается Казахстан. У них мечты, они хотят всё получить сразу. А кто будет всё это исполнять? Почему Илон Маск добивается всего? Потому что у него куча исполнителей, которые претворяют в жизнь все его сумасшедшие идеи.

Мы — страна Илонов Масков! Нам не хватает простых рабочих, которые будут претворять в жизнь наши сумасшедшие идеи.

Всего можно добиться. Когда-нибудь закончится эта ситуация с коронавирусом. В Казахстане нужно просто работать по правилам. И не один день, а ежедневно. И всё! Больше ничего! Просто выполни свою работу, неси за нее ответственность. Тогда Казахстан пойдет к успеху. И оставит Японию позади!

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG