Доступность ссылок

Многодетная мать, прикованная к постели в ветхом доме


Многодетная мать-одиночка Дильбар Куттыбай с младшими детьми. Шымкент, 13 марта 2017 года.

46-летняя мать-одиночка из Шымкента Дильбар Куттыбай, воспитывающая шестерых детей, прикована к постели из-за запущенного онкологического заболевания. Азаттык ранее писал об этой оставшейся без кормильца семье, где дети вынуждены собирать на улице полиэтилен, чтобы прокормить себя и нетрудоспособную мать. После первой публикации горожане собирали помощь для этой социально уязвимой семьи.

Состоящая с мая 2015 года на учете в онкологическом диспансере Южно-Казахстанской области Дильбар Куттыбай — мать шестерых детей, пятеро из которых несовершеннолетние. Сейчас женщина, похоронившая четыре года назад мужа, прикована к постели из-за осложнений. «Доход» многодетной семьи — пособие по утере кормильца в размере 46 тысяч тенге и выплата за подвеску многодетной матери «Кумис алка» в сумме 12 тысяч тенге. Дильбар Куттыбай говорит, что этих денег недостаточно для семьи из семи-восьми человек (брат Дильбар тоже живет с ними, сейчас он занимается сбором полиэтилена), в конце месяца дома не хватает продуктов.

«НИЧЕМ НЕ МОЖЕМ ПОМОЧЬ, ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ ДОМОЙ»

Дом, в котором находится прикованная к постели женщина, трудно назвать жилищем, это скорее сарай. Штукатурка внутри и снаружи осыпается. Дильбар Куттыбай рассказывала репортеру Азаттыка ранее, что дом, который она снимает за пять тысяч тенге в месяц, не прогревается, сколько бы она ни топила печь. Она жаловалась, что из-за холода и сквозняков ее дети часто болеют. 13 марта, когда репортер Азаттыка пришла к Дильбар, она сказала, что уже месяц прикована к постели.

Дильбар Куттыбай, многодетная мать-одиночка, прикованная к постели. Шымкент, 13 марта 2017 года.
Дильбар Куттыбай, многодетная мать-одиночка, прикованная к постели. Шымкент, 13 марта 2017 года.

— Не встаю уже месяц. Я сначала думала, что у меня цистит. Лечилась безуспешно, потом пошла в больницу (имеет в виду онкологический диспансер. — Ред.), мне сказали сдать анализы. Вчера была на УЗИ, пошла к врачу. Врачи сказали: «Ничем не можем помочь, возвращайтесь домой». Я не знаю, что теперь делать. Ходить не в состоянии. По малой нужде хожу с трудом, по большой нужде — только с помощью лекарств, — говорит Дильбар Куттыбай.

Год назад ей делали операцию на матке по поводу злокачественной опухоли. Дильбар Куттыбай вспоминает, что после операции ей на протяжении несколько месяцев казалось, что болезнь отступила, но затем проблемы со здоровьем вновь напомнили о себе.

— Держусь на лекарствах. Моему второму ребенку 17 лет (старшему сыну — 21 год, он уехал в Актау. — Ред.). Он не может официально устроиться на работу. Не работать тоже не может, нужда заставляет. Нанимается на работу, в день зарабатывает 1000–1500 тенге, он приносит хлеб, чай, продукты. Мой брат живет с нами. Он сейчас собирает целлофан, сдает, в неделю получает четыре-пять тысяч тенге. На заработанное мы выживаем, — сказала она.

Дом, в котором живет Дильбар Куттыбай с детьми. Шымкент, 13 марта 2017 года.
Дом, в котором живет Дильбар Куттыбай с детьми. Шымкент, 13 марта 2017 года.

Первый сын Дильбар, которому сейчас 21 год, живет в Актау, у него нет возможностей помогать семье материально. Трое сыновей Дильбар учатся в школе, младшим ее детям – по пять и шесть лет.

Семья с трудом пережила зиму в однокомнатном обветшавшем доме. Прямо с порога в нос бьет запах дыма. Двое маленьких детей дошкольного возраста ходят рядом с постелью (это несколько одеял на полу), к которой прикована их мать. Она лежит под одеялом, не в состоянии встать. Еле дотянувшись до стоящего рядом стола, Дильбар попыталась накрыть его, собрав оставшуюся там после завтрака еду. На столе были хлеб и вода. Утром, похоже, разогревали еду, приготовленную вчера.

По словам Дильбар Куттыбай, с каждым днем она чувствует себя хуже и хуже, в последние дни она уже не в состоянии хлопотать по хозяйству. Дети школьного возраста готовят еду, моют посуду, таскают воду.

— Мой младший сын, понимая, что я болею, спрашивает: «Почему ты не идешь к врачу? Если не будешь пить лекарства, умрешь, как наш папа». Врачи вернули меня домой. Теперь не знаю, что будет с нами, — вздыхает Дильбар Куттыбай.

Сын Дильбар Куттыбай греется у печи. Шымкент, 13 марта 2017 года.
Сын Дильбар Куттыбай греется у печи. Шымкент, 13 марта 2017 года.

ЧТО ГОВОРЯТ В ОНКОДИСПАНСЕРЕ

Гинеколог онкологического диспансера Южно-Казахстанской области Зульфия Мирякипова сказала репортеру Азаттыка, что Дильбар Куттыбай после сделанной весной 2016 года операции не прошла необходимый курс лечения.

— Вчера (13 марта. — Ред.) мы ее проверили. Один анализ нормальный, два других анализа плохие. Она должна сдать дополнительные анализы. Потом направим на лечение, — говорит врач.

По словам главного врача диспансера Нургали Орманова, заболевание Дильбар Куттыбай обострилось, она не получила вовремя курсы химиотерапии.

— Мы проверим больную, направим на комиссию. Один врач не может решить судьбу человека. Обсудим. Будем лечить или отправим домой — это решит комиссия, — сказал главный врач.

Здание областного онкологического диспансера. Шымкент, 13 марта 2017 года.
Здание областного онкологического диспансера. Шымкент, 13 марта 2017 года.

Репортер Азаттыка спросила главного врача онкодиспансера Нургали Орманова, знает ли он о том, что Дильбар Куттыбай пыталась получить пособие по инвалидности, однако проблема осталась нерешенной.

— Мы выдаем необходимые документы. Вопросы инвалидности решает областной департамент комитета социальной защиты. Некоторым нашим пациентам дают инвалидность, другим нет. Но дают только на один год. Затем вновь проверяют документы, — ответил главный врач.

Ранее Дильбар Куттыбай говорила, что спрашивала о возможности оформить инвалидность, но специалисты, как она утверждает, «попросили взятку». Представитель департамента по Южно-Казахстанской области комитета социальной защиты Торехан Дауытов опроверг слова Куттыбай, сказав, что его подчиненные не могли требовать деньги для оформления инвалидности. Дауытов пояснил, что у онкологических больных есть возможность получить инвалидность, если диспансер после четырех месяцев наблюдения за пациентом даст ему соответствующее направление в комиссию для оформления инвалидности.

Дом, который снимает семья Дильбар Куттыбай. Шымкент, 13 марта 2017 года.
Дом, который снимает семья Дильбар Куттыбай. Шымкент, 13 марта 2017 года.

Дильбар Куттыбай в ноябре 2016 года говорила репортеру Азаттыку, что не принимает лекарств, прописанных врачами после операции. Она объясняла это дороговизной препаратов. «Самое дешевое из лекарств стоит 37 тысяч тенге. Я лучше на эти деньги накормлю своих детей, чем пойду покупать лекарства. Если бы мы получали помощь от государства, если бы мои дети были сыты, я бы понемногу поправилась», — говорила тогда Дильбар Куттыбай.

В Южно-Казахстанской области зарегистрировано более 12 тысяч онкологических больных. Ежегодно на учет ставится около трех тысяч пациентов с онкологическими заболеваниями. Большинство — люди за 45 лет. Медики говорят, что при своевременной диагностике и правильно подобранной терапии излечение онкологических больных возможно.

  • 16x9 Image

    Дилара ИСА

    Дилара Иса - репортёр Азаттыка в городе Шымкенте. Родилась в феврале 1986 года. Окончила Северо-Казахстанский университет имени М.Козыбаева и Казахский национальный педагогический университет имени Абая в Алматы. Работала в газете «Жас Алаш». С 2012 года сотрудничает с Азаттыком.

Ваше мнение

Показать комментарии

В других СМИ

Loading...

XS
SM
MD
LG