Доступность ссылок

Срочные новости

«Мощное лобби» Китая и «бессилие» Нур-Султана


Министр иностранных дел Казахстана Бейбут Атамкулов (слева) и его китайский коллега Ван И, Пекин, 28 марта 2019 года.

На минувшей неделе иностранные СМИ писали, что, несмотря на все попытки, Казахстан, экономически глубоко зависимый от Китая, никак не может избавиться «от головной боли в Синьцзяне». Международные издания отмечают, что в похожей ситуации находится и соседний Кыргызстан. СМИ также поднимали вопрос о последствиях ядерного полигона, от которых страдает не одно поколение, и рассказали о положении трансгендерных людей в Казахстане.

БЕССИЛИЕ ПЕРЕД КИТАЕМ

Автор статьи «Казахстан и Кыргызстан подчиняются воле Пекина по cиньцзянскому вопросу», опубликованной в издающемся в Японии международном онлайн-журнале Diplomat, обращается к теме «бессилия» Нур-Султана и Бишкека, когда дело касается защиты казахов и кыргызов, насильно помещенных в «лагеря политического перевоспитания» в Синьцзяне.

«Каждая история душераздирающая», – пишет журнал.

«Этнический кыргызский студент из Китая, который помог возродить классический кыргызский танец, приехал в Синьцзян в октябре 2018 года и после не смог вернуться в Кыргызстан; молодая уйгурка из Турции, проживавшая в Урумчи с родителями, вернулась в Турцию, чтобы продлить визу, и узнала об аресте отца и матери; двое детей в возрасте семи и шести лет, имеющие гражданство Турции, отправились в Синьцзян со своей матерью по китайским паспортам, и с тех пор от них нет никаких вестей; 75-летний отец жителя Калифорнии, имеющий право на проживание в Соединенных Штатах, поехал в Синьцзян и исчез…» – рассказывает издание.

Родственники людей, пропавших в Синьцзяне. Алматы, декабрь 2018 года.
Родственники людей, пропавших в Синьцзяне. Алматы, декабрь 2018 года.

Как отмечает издание, по последним данным, в «лагерях политического перевоспитания» в Синьцзяне может содержаться до 1,5 миллиона человек: уйгуры, казахи, кыргызы, представители других этнических групп, исповедующих ислам. Страны мира не знают, как ответить на эти действия Китая, считает журнал.

«Правительство Кыргызстана придерживается осторожного и спокойного подхода к синьцзянскому вопросу. В конце ноября 2018 года, когда в кыргызстанском парламенте некоторые депутаты потребовали ответа, а родственники [узников «лагерей»] и гражданское общество начали объединяться, правительства не было слышно. Затем в декабре президент Кыргызстана Сооронбай Жээнбеков заявил: «Мы работаем по дипломатическим каналам. В этом вопросе мы должны учитывать, что речь идет о гражданах Китая. Как мы можем вмешиваться во внутренние дела другой страны?»

По мнению автора, Казахстан придерживается аналогичной стратегии, использует дипломатические каналы для освобождения своих граждан, а проблемы этнических казахов в Китае трактует как «внутренние дела» соседней страны.

«В последние недели Казахстан предпринял активные шаги по сдерживанию пропаганды, направленной на усиление давления на Китай в связи с проблемой этнических казахов, задержанных в Синьцзяне. Арест Серикжана Билаша (лидера незарегистрированного объединения "Атажұрт еріктілері", поднимающего проблемы казахов в Китае. –​ Ред.) 10 марта показал границы терпимости Нур-Султана в этом вопросе. Билаш, как сообщается, обвиняется в разжигании межнациональной розни. Хотя он был отпущен под домашний арест, будущее возглавляемой им группы активистов неясно», – пишет The Diplomat.

Затем издание в качестве примера приводит судьбу гражданки Китая, этнической казашки Сайрагуль Сауытбай, которая работала в одном из лагерей в Синьцзяне. Она незаконно пересекла границу и бежала в Казахстан. По словам автора, неоднократно отказывая Сауытбай в предоставлении политического убежища, Нур-Султан придерживается именно той политики, которая не будет раздражать Китай.

Президент Кыргызстана Сооронбай Жээнбеков (справа) и глава Китая Си Цзиньпин.
Президент Кыргызстана Сооронбай Жээнбеков (справа) и глава Китая Си Цзиньпин.

Кроме того, пишет Diplomat, 28 марта министр иностранных дел Казахстана Бейбут Атамкулов встретился со своим коллегой Ван И в Пекине. Согласно китайскому отчету об этих переговорах, «казахстанская сторона понимает и поддерживает меры, принятые в Синьцзяне для борьбы с «тремя силами зла» и обеспечения региональной безопасности и стабильности».

Как пишет издание, доказательств массовых нарушений Китаем прав человека в Синьцзяне достаточно, но «правительствам соседних стран, находящимся в глубокой экономической зависимости от Китая… в конечном итоге не достает сил не подчиняться воле Пекина», – заключает Diplomat.

«ПРИЗНАНИЕ» ВЛАСТЕЙ И ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ

Как пишет англоязычный сайт Eurasianet, «как бы Казахстан ни пытался, головную боль Синьцзяна он не исцелит».

«С одной стороны, ему необходимо умерить внутреннее недовольство, вызванное тем, что Нур-Султан не может помочь этническим казахам, ставшим узниками антимусульманской кампании по интернированию (принудительному ограничению свободы передвижения. –​ Ред.) в западном регионе Китая. Но это может вызвать раздражение руководства Китая – главного экономического партнера Казахстана», – пишет сайт.

Тем не менее, полагает Eurasianet, «министр иностранных дел Казахстана Бейбут Атамкулов «вышел из укрытия» и занял на сегодняшний день «самую открытую официальную позицию» относительно ситуации в Синьцзяне.

Отказавшись от терминологии Пекина, который предпочитает использовать эвфемизм «центры профессионального обучения», Атамкулов, выступая в парламенте 5 марта, назвал их «лагерями». Отметив, что, «к сожалению, это давление направлено не только на казахов», Атамкулов тем самым косвенно признал масштаб притеснений, пишет Eurasianet.

Но, продолжает издание, смелость министра, по-видимому, пошла на спад, когда он встретился с министром иностранных дел Китая Ван И 28 марта. Доказательство тому – заявление МИД Китая, в котором, среди прочего, говорилось, что Казахстан поддерживает политику Китая по борьбе с «тремя силами зла».

Последовавшие в СМИ сообщения, в которых это заявление воспринималось как выражение казахстанской поддержки китайской политики в Синьцзяне, вызвали смятение среди политического руководства в Нур-Султане. Министерство иностранных дел сразу же распространило сообщение с пояснениями, призвав средства массовой информации «правильно передавать заявления, не искажать, не заменять концепции и не вырывать фразы из контекста, особенно по вопросам, чувствительным для населения». Организации, отслеживающие ситуацию вокруг казахов в Китае, подвергли критике это заявление, назвав его «двуличной пиар-политикой».

«В правительстве есть несколько хороших людей, которые пытаются сделать всё возможное для казахов в Китае… Однако этого недостаточно. Китайское лобби здесь очень сильное. Вокруг плавают их деньги, они способствуют местной коррупции», – сказал проживающий в Германии этнический казах Омирхан Алтын в комментариях сайту Еurasianet.

ОТ ПОСЛЕДСТВИЙ ПОЛИГОНА СТРАДАЮТ ПОКОЛЕНИЯ

Международный научно-публицистический журнал Nature опубликовал обширный материал о последствиях испытаний на Семипалатинском ядерном полигоне. Автор статьи утверждает, что вред, нанесенный здоровью людей, еще полностью не изучен.

«Многое из того, что известно о воздействии радиации на здоровье, получено в результате исследований острого облучения, – например, атомных взрывов, которые произошли в Хиросиме и Нагасаки в Японии, или после ядерной катастрофы в украинском Чернобыле. Изучение этих событий показало, к каким тяжелым последствиям могут привести большие взрывы, доказало, что они продолжают воздействовать на окружающую среду и людей. Тем не менее в этих трудах мало доказательств того, что последствия для здоровья передаются из поколения в поколение», – пишет Nature.

Смотрите также: «Испытание». Документальный фильм Азаттыка

«Испытание». Документальный фильм Азаттыка
please wait

No media source currently available

0:00 0:24:14 0:00

Этот вопрос, по словам автора, начали изучать недавно.

«Исследователи и через 30 лет после закрытия полигона находят некоторые доказательства продолжающегося воздействия [радиации] на людей. Исследования показывают повышенный риск развития рака, и в одном из опубликованных в прошлом году работ сделали предположение, что воздействие радиации на сердечно-сосудистую систему может передаваться от одного поколения другому», – утверждает журнал.

Казахстанские генетики смогли собрать записи, оставшиеся в больницах близ полигона, изучить состояние здоровья жителей нескольких поколений, проживающих сейчас там, и направить собранные материалы специалистам Университета Лестера в Великобритании. Ученый Юрий Дуброва специализируется на изучении влияния факторов окружающей среды на эмбрион, ДНК в сперме и яйцеклетках. Сейчас он изучает передающиеся из одного поколения в другое генетические мутации в семьях, живущих в районе полигона.

Село Саржал в окрестностях бывшего Семипалатинского ядерного полигона, август 2009 года.
Село Саржал в окрестностях бывшего Семипалатинского ядерного полигона, август 2009 года.

«В 2002 году Дуброва и его коллеги сообщили, что частота мутаций в зародышевых линиях тех, кто подвергался непосредственному воздействию, была почти в два раза выше. Этот эффект продолжался и в последующих поколениях, которые непосредственно не подвергались воздействию взрывов. Между тем у их детей частота мутаций зародышевой линии была на 50 процентов выше, чем у контрольной группы», – пишет издание.

По словам Дубровы, если ученые смогут установить характер мутаций у потомков облученных родителей, у них может появиться способ предсказать долгосрочные риски для здоровья поколений.

НЕВЗГОДЫ ТРАНСГЕНДЕРОВ

В материале Жанны Байтеловой, опубликованном на медиаплатформе Open Democracy, рассказывается о проблемах трансгендеров в Казахстане.

По словам автора, положение ЛГБТ-сообщества и трансгендеров в стране значительно лучше, чем, например, в Чечне, но проблем у них много.

«В этом отношении у стран Центральной Азии много общего: однополые браки запрещены, а однополые партнерства не признаются, однополым парам также запрещено усыновлять детей. Представители ЛГБТ-сообщества сталкиваются с дискриминацией на военной службе: им просто запрещено служить или работать в правоохранительных органах. В странах Центральной Азии также слабые антидискриминационные законы», – пишет автор.

В качестве доказательства нарушения прав трансгендеров в Казахстане Жанна Байтелова приводит спор между трансгендерной женщиной Викторией Рай и Народным банком Казахстана. Виктория, клиент банка, 11 октября 2018 года не смогла снять деньги. Кассир свой отказ обосновал тем, что женщина внешне не похожа на мужчину, который указан в документах. Виктория записала весь разговор с сотрудником банка.

Все попытки Виктории получить объяснения по поводу отказа обслуживать ее как клиента не увенчались успехом, и она была вынуждена обратиться в полицию с заявлением «о нарушении прав личности и дискриминации». В полиции и в суде отказались принять ее заявление. Только после того, как Виктория Рай подняла эту проблему в соцсети, ситуация немного изменилась.

«Я не остановлюсь; если надо будет, обращусь в ООН. Я хочу, чтобы банк прекратил дискриминацию в отношении людей, особенно трансгендеров», – сказала она в беседе с журналистом.

Правозащитник из инициативной группы транссексуалов Alma-TQ Искандер Ксанов рассказал Open Democracy о ряде исследовательских проектов за последние несколько лет. Результаты показали, что трансгендеры часто сталкиваются с дискриминацией на рабочем месте, в образовательных и медицинских учреждениях и правоохранительных органах, а также при пересечении границ, в государственных и коммерческих учреждениях.

«Были ситуации, когда сотрудник скорой помощи отказывал в медицинской помощи, когда узнавал, что пациент является трансгендером. Или когда работодатель увольнял работника. В сфере образования то же самое. Трансгендеры после постоянных унижений и преследований со стороны сотрудников и однокурсников бросают университеты, колледжи и школы», – говорит Ксанов.

В некоторых случаях трансгендеры вместо понимания сталкиваются и с отчуждением со стороны друзей и семьи, пишет Open Democracy.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG