Доступность ссылок

Срочные новости:

«Пародия на правосудие». Почему в Казахстан не допускают международных расследователей? Интервью с Хью Уильямсоном


Женщина задаёт вопросы полицейскому у здания суда после вынесения приговора по делу о «захвате» алматинского аэропорта во время Январских событий. Алматы, 11 июля 2023 года

Нежелание властей Казахстана всесторонне расследовать Январские события и привлечь к ответственности силовиков за гибель 238 человек подрывает приверженность Казахстана этическим принципам и добропорядочности, считает Хью Уильямсон, директор международной правозащитной организации Human Rights Watch по Европе и Центральной Азии. Уильямсон ответил на вопросы Азаттыка. Мы спросили в том числе, почему Казахстан не допускает в страну международных расследователей и могут ли ОБСЕ или ООН расследовать Кровавый январь без согласия казахстанских властей.

«ЗАЩИЩАТЬ ТЕХ, КТО БЛИЗОК К ВЛАСТИ, — АВТОРИТАРНАЯ ТЕНДЕНЦИЯ»

Азаттык: В своём письме, опубликованном в Financial Times, вы говорите, что «приверженность Казахстана этическим принципам висит на волоске». Не могли бы вы пояснить, почему вы так думаете?

Хью Уильямсон, директор международной правозащитной организации Human Rights Watch по Европе и Центральной Азии
Хью Уильямсон, директор международной правозащитной организации Human Rights Watch по Европе и Центральной Азии

Хью Уильямсон: Потому что страна пытается обрести очень респектабельную международную репутацию и имидж и такая принципиальность является частью этого имиджа. Но недавние действия правительства, в частности, в отношении Январских событий, столь значимых для страны, показывают, что принципиальность подрывается тем, что власти не восприняли всерьёз необходимость расследования произошедшего и не посчитали нужным привлечь к ответственности силовиков, которые потенциально ответственны за гибель более 230 человек.

Азаттык: Во время протестов погибли 238 человек. Представители силовых структур были осуждены всего по трём делам. О чём это говорит?

Хью Уильямсон: Казахстан остаётся авторитарной страной, где по-прежнему редкость независимая работа следователей. Тщательное расследование поставит под сомнение роль силовых структур, которая имеет принципиальное значение для властей Казахстана. Тем не менее я думаю, что жизненно необходимо [начать расследование], потому что они должны показать, что власти готовы разоблачить тех, кто несёт ответственность за гибель стольких людей, чтобы убедить общественность в том, что никто не находится под протекцией государства, когда дело доходит до принципа верховенства закона в Казахстане. Верховенство закона должно применяться ко всем, и никто не должен пользоваться протекцией. Авторитарная тенденция защищать тех, кто близок к власти, например силовиков, к сожалению, в данном случае по-прежнему видится как важнейший аспект.

Азаттык: В конце января президент Касым-Жомарт Токаев заявил, что под видом трудовых мигрантов сюда привезли обученных боевиков. Их якобы провели через стойки паспортного контроля, выпустили в город, а затем поставили во главе операции. Но на данный момент никаких доказательств его словам представлено не было. В итоге недавно суд в Алматы приговорил группу лиц, в том числе двух активистов, к тюремному сроку от четырёх до восьми лет за участие в «захвате» алматинского аэропорта во время Январских событий. Что вы можете сказать о приговоре суда?

Хью Уильямсон: Этот приговор не уникален, так как были и другие приговоры в отношении активистов после Январских событий. Мы не знакомы с какими-либо выдвинутыми обвинениями, заслуживающими доверия с точки зрения судебного решения о том, что эти активисты должны быть приговорены к столь суровым срокам.

Подробностей этого дела я не знаю, но боюсь, что будет то же самое: были мирные протестующие, которые тогда участвовали в акциях протеста, а сейчас их используют как «козлов отпущения». Их используют как людей, на которых государство может указать пальцем и сказать, что вот это были смутьяны, например временно «захватившие» аэропорт (как в этом случае). И это пародия на правосудие. Вполне возможно, что эти люди не сделали ничего плохого, кроме того что протестовали. Поэтому такие приговоры на срок от четырёх до восьми лет совершенно необоснованны. Но я очень надеюсь, что суды после подачи апелляции отменят эти приговоры, если будет доказано, что они действительно необоснованны.

«ВОЗМОЖНО, ПРАВИТЕЛЬСТВО НЕ ЖЕЛАЕТ ПРОВОДИТЬ РАССЛЕДОВАНИЕ, ПОСКОЛЬКУ ОНО МОЖЕТ ЗАТРОНУТЬ ВЛАСТЬ»

Азаттык: Считаете ли вы, что одной из причин нежелания властей расследовать гибель 238 человек может быть то, что если силовики предстанут перед судом, то возникнет вопрос: кто отдал приказ стрелять и кто несёт ответственность — а это, в свою очередь, может затронуть непосредственно президента…

Хью Уильямсон: Мы не можем предсказать, как всё будет развиваться, но прокуроры должны следовать по пути верховенства закона. В такой ситуации нужно смотреть на цепочку инстанций. Мы много работаем над такими ситуациями. Нужно смотреть на людей, которые совершили преступление, стреляя боевыми патронами в протестующих. Нужно смотреть на тех, кто отдавал приказы.

С точки зрения политического анализа, возможно, вы правы, говоря, что это может быть причиной, по которой правительство не желает проводить расследование, поскольку оно может затронуть власть напрямую или бросить вызов её авторитету. Но Казахстан претендует на то, чтобы быть страной, где главенствует закон, и поэтому, когда власти заявляют, что поддерживают стандарты прав человека и верховенство закона, за этими заявлениями должны стоять реальные поступки, а не только слова. Поэтому он [Токаев] должен пройти через этот процесс, если хочет быть президентом, которому доверяют.

Азаттык: Сотни людей в нескольких городах Казахстана заявили о жестоком обращении и пытках после протестов. При этом лишь несколько дел было передано в суд. Прокуратура принесла извинения за безосновательное преследование и пытки нескольким пострадавшим. О чём это говорит?

Хью Уильямсон: Тот факт, что было возбуждено лишь несколько дел и что было так мало извинений, говорит о том, что государство не настроено на расследование всех этих обвинений. Было очень много заявлений от жертв пыток. И при этом так мало расследованных дел, что свидетельствует о малой политической воле со стороны властных структур, в данном случае прокуратуры, расследовать произошедшее. Это неприятный вердикт в отношении приоритетов политики Казахстана, потому что, опять же, если посмотреть на общую картину, то в центре внимания будут дела, подобные вчерашнему о «захвате» аэропорта, а не дела о жертвах пыток после Январских событий.

Антиправительственные демонстрации в Алматы. 5 января 2022 года
Антиправительственные демонстрации в Алматы. 5 января 2022 года

Азаттык: Но дело в том, что со времени Январских событий прошло уже 18 месяцев, а правительство по-прежнему отказывается от проведения независимого расследования, несмотря на призывы международных организаций. Могут ли международные правозащитные организации сами проводить независимые расследования?

Хью Уильямсон: Казахстанские НПО провели два или три важных расследования, которые мы поддержали. Было очень важно, что мы оказали здесь поддержку. Мы сделали отчёты о том, что произошло. В конце января прошлого года, в течение двух-трех недель после событий, Human Rights Watch представила доказательства произошедшего, предоставив их казахским властям для проведения дальнейших расследований. Но в действительности дело за казахскими властями.

Мы говорили о международном расследовании с правительством Казахстана. Совсем недавно мы говорили об этом с заместителем министра иностранных дел во время нашего визита в Астану. Он отметил, что казахстанское законодательство не допускает участия международных прокуроров в уголовных делах Казахстана. Это оправдание правительства, почему не должно быть международного расследования.

Что же, правительство неправильно понимает запрос Европейского союза, комиссара ООН по правам человека, который был в Казахстане несколько месяцев назад и сделал такой же запрос: он заключался в том, что [следует провести] расследование в рамках международных норм в области прав человека, которые помогут понять, что произошло, каковы основные нарушения и как были убиты люди.

Уже после этого по некоторым делам следует провести уголовное расследование. Так что дело не в уголовном расследовании. Речь идёт о международном расследовании в рамках международных норм в области прав человека. Я думаю, что правительство это понимает, но они прикрываются этим положением в казахстанском законодательстве о том, что международные прокуроры не могут участвовать в казахстанских уголовных делах. Поэтому мы считаем, что Казахстан должен инициировать международное расследование, которого требуют ЕС и комиссар ООН по правам человека.

«КАЗАХСТАН УСИЛИЛ АВТОРИТАРНЫЙ ПОДХОД ПОСЛЕ ЯНВАРСКИХ СОБЫТИЙ»

Азаттык: ОБСЕ начала независимое расследование в Беларуси (ОБСЕ заявила, что сотрудники государственной службы безопасности совершали «систематические» нарушения прав человека в ответ на мирные демонстрации, спровоцированные голосованием в августе 2020 года. Это побудило «Московский механизм» ОБСЕ в 2020 году изучить предполагаемые нарушения прав человека в Беларуси). Почему ООН и ОБСЕ не инициировали такое же независимое расследование Январских событий без разрешения казахстанских властей?

Хью Уильямсон: ОБСЕ провела расследование в Беларуси, а также недавно — в России. «Московский механизм» действительно может быть инициирован небольшим числом членов ОБСЕ самостоятельно. Им не нужно на это согласие государства. Проблема в том, что они делали это в Беларуси и России, так как знали, что эти государства на такое расследование не согласятся. Эти государства были в некотором смысле враждебными. Я думаю, к сожалению, в случае с Казахстаном они хотят непосредственного участия Казахстана в процессе организации расследования. Именно поэтому этого до сих пор не произошло.

Азаттык: Но, полагаю, уже ясно, что государство не хочет в этом участвовать.

Хью Уильямсон: Думаю, это так. Поэтому, возможно, настало время для ОБСЕ пересмотреть свой подход к этому, объявить об этом и инициировать такое расследование. Прошло уже 18 месяцев, ведь это уже о чём-то говорит. Мы, конечно, призываем к этому государства ОБСЕ. Это было бы абсолютно правильно для них, чтобы они признали через 18 месяцев, что Казахстан не собирается добровольно начинать расследование, к большому сожалению. Так что, возможно, вариант с «Московским механизмом» хорош.

Азаттык: Зарубежные и отечественные эксперты считают Январские события борьбой за власть, после чего Токаев укрепил свои позиции. Можно ли сказать, что после событий власти закручивают гайки в отношении активистов?

Хью Уильямсон: Я думаю, да, они закручивают гайки и ищут способы сдвинуть повестку дня с Январских событий. Обе эти вещи произошли. Они расправились с активистами — они начали столько судебных дел.

Во-вторых, они переписали Конституцию. Прошли президентские выборы, предложили некоторые реформы. Так что на обоих фронтах правительство разработало стратегию преодоления шока от Январских событий. По моему мнению, правительство продолжит эту стратегию. Я думаю, что для международных партнёров, ЕС, европейских стран, США, Великобритании важно сказать, что этого недостаточно: «Мы будем вашими экономическими партнёрами, партнёрами по безопасности, международным отношениям. Но вы должны внести свой вклад, проявив принципиальность и расследовав то, что произошло в январе. Только если вы сделаете это, вы сможете стать настоящим партнёром и двигаться с нами вперёд». Именно к этому мы призываем страны ЕС и США.

До тех пор пока эти страны чётко не скажут это Казахстану, не ясно, смогут ли силы внутри страны попытаться изменить направление действий правительства в отношении того, что произошло в январе прошлого года. Как мы уже говорили, они закрутили гайки против гражданского общества в Казахстане. Так что они очень храбрые, но всё же немного ослабленные по сравнению с тем, что было до этого.

Азаттык: Куда в итоге нас может завести это закручивание гаек?

Хью Уильямсон: Казахстан — авторитарное государство, и я бы сказал, что после Январских событий оно усилило свой авторитарный подход. Я обеспокоен тем, что эта ситуация может ухудшиться в отношении людей, выступающих против действующей власти: независимых СМИ, политических активистов, активистов оппозиции и гражданского общества. Поэтому я обеспокоен тем, что эта модель поведения сохранится в течение года или двух лет.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG