Джина Шарпа, 83-летнего мыслителя и бывшего исследователя Гарвардского университета, часто называют Карлом фон Клаузевицем в теории ведения боя ненасильственными методами. Его труды, включая широко известную работу «От диктатуры к демократии», использовались в качестве своего рода учебника для обоснования ненасильственного сопротивления в столь разных странах, как Сербия и Египет. В интервью Радио «Свободная Европа»/Радио «Свобода» он поделился мнением о массовых протестах, охвативших Ближний Восток и Северную Африку.
ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ СТРАХА
– Сербская НПО «Канвас», которую основали ветераны оппозиционного молодежного движения «Отпор», способствовавшие падению режима Слободана Милошевича, использует ваши книги для обучения диссидентов в Египте и других странах. Каково видеть, что ваше учение применяется на практике для построения демократии в странах Ближнего Востока?
– Я бы скорее назвал это не учением, а теорией, основанной на исследованиях и анализе. Я очень рад, что люди находят мои работы полезными. Однако все заслуги египетской революции принадлежат только народу Египта.
– Как вы оцениваете действия египтян, а также итоги этой революции?
Что же касается египтян, то они смогли выдающимся образом – не идеально, но все равно поразительно – сохранить дисциплину, даже когда режим начал применять силу.
– Они действовали очень мужественно. Они проявили мужество уже на раннем этапе борьбы. Си-эн-эн и другие средства массовой информации неоднократно отмечали, что люди потеряли страх. А именно это освобождение от оков страха всегда подчеркивал в своем учении Ганди применительно к борьбе в Индии.
Когда люди теряют страх, то диктатуре следует опасаться больших проблем. Что же касается египтян, то они смогли выдающимся образом – не идеально, но все равно поразительно – сохранить дисциплину, даже когда режим начал применять силу.
Да, были люди, которые хотели тоже перейти к силе, но большинство повторяли: мирный протест, мирный протест, мирный… И это – в ходе демонстрации, которая собрала больше миллиона человек. Замечательное достижение, которое и привело к успеху.
– Как бы вы хотели, чтобы дальше развивались события в Египте?
– Я надеюсь, что это приведет к построению демократии и что в этот переходный период никакая группировка не узурпирует власть и не создаст новую диктатуру, потому что такой риск существует.
– Что вы думаете о быстром распространении волны ненасильственных протестов на Ближнем Востоке и в Северной Африке?
– Если народ в этих странах будет придерживаться дисциплины, то это очень хорошо. Если же они собьются c этого пути и встанут на путь насилия, то, я считаю, они останутся в проигрыше. Если они будут подходить к этому обдуманно и организованно и продолжать сопротивление дисциплинированно и ненасильственно, то это приведет к успеху. Это основной инструмент для создания демократических институтов.
ДИСЦИПЛИНА НЕНАСИЛИЯ
– Сравнивая египетский и иранский режимы, к примеру, с режимами, существовавшими до революций в Сербии, Грузии или в Украине, как вы думаете, с какими трудностями могут столкнуться манифестанты в тех ближневосточных странах, которые гораздо более репрессивны и где существует больший риск насилия?
Протесты распространяются и если подходить к ним обдуманно и спланировано, анализируя то, что собираешься делать, то это может быть инструментом борьбы.
– Те революции тоже не всегда легко давались, и я бы не стал столь быстро списывать их со счетов. Мне кажется, самое важное то, что протесты распространяются и если подходить к ним обдуманно и спланированно, анализируя то, что собираешься делать, то это может быть инструментом борьбы.
Иногда протесты развиваются спонтанно и могут стать весьма мощными. В Тунисе, например, восстание было в основном спонтанным, его вызвал один акт неповиновения в одном небольшом городке далеко от столицы. Если движение получает распространение по стране, то это очень хорошо, но не надо думать, особенно когда сталкиваешься с трудностями, что можно легко победить правительственную армию и полицию. Нужно жестко следовать дисциплине ненасилия.
– Считаете ли вы, что социальные сети являются дополнением к вашему первоначальному учению и теории, и какое влияние они оказывают на координацию сил в целях свержения режимов?
– Это абсолютно очевидно, что они использовались в Тунисе и Египте. Я не специалист по этим технологиям, однако нельзя отрицать их огромную важность как средства общения между людьми и координации совместных дисциплинированных усилий.
– Что еще вы хотели бы сказать о вашей работе или о революциях?
– Я рад, что часть написанного мной пригодилась людям. Эти работы основаны на многих годах исследований, и какое-то время мне казалось, что они не применяются. Они очень важны. Я считаю, что эти ресурсы следует использовать для обучения и исследовательской деятельности, а также как руководство по развитию этой альтернативы. Это альтернатива не только насилию, но и пассивности и покорности угнетению. Это то, что люди пытались делать на протяжении столетий и столетий, и сейчас кажется, что они учатся делать это более умело и эффективно, там, где многие даже не допускали такую возможность.