Доступность ссылок

Как донские шахтеры борются за возвращение своих долгов по зарплате.

Уже больше полугода три тысячи шахтеров города Гуково Ростовской области в России пытаются выбить свою зарплату за полтора года. Общий долг предприятия "Кингкоул" ​составляет, по разным оценкам, от 320 до 350 миллионов рублей. К решению проблемы подключились региональные и федеральные власти, деньги шахтерам постоянно обещают выплатить. Но время идет, люди продолжают накапливать долги за "коммуналку" и проценты по просроченным кредитам. Без работы остается почти тысяча человек. Выживать многим семьям помогают лишь родительские пенсии и социальные выплаты.

Гуково. Встреча шахтеров с чиновниками и конкурсными управляющими.
Гуково. Встреча шахтеров с чиновниками и конкурсными управляющими.

Гуково, 11 января, дом детского творчества. В зале сотни людей – мужчины и женщины, молодые и пенсионеры. Все это бывшие работники предприятия "Кингкоул", они пришли на очередную встречу с чиновниками и конкурсными управляющими, чтобы выяснить: когда им выдадут заработанные тяжелейшим трудом деньги.

– Мы с мужем работали до последнего, – говорит табельщик шахты "Замчаловская" Алла Тарарыкова. – Потому что некуда больше идти, работы нет, а я с двумя детьми. Но муж, как пришел на шахту летом 2015 года, так ни разу зарплату и не получал. Мне они должны 162 тысячи, а ему 583. В конце года перечислили зарплату за два месяца, но это все копейки. Перебиваемся как можем – спасибо родителям.

Компания "Кингкоул" стала владельцем нескольких угледобывающих предприятий в Ростовской области в конце 2012 года. Четыре шахты: "Алмазная", "Ростовская", "Замчаловская" и "Гуковская", а также обогатительная фабрика "Замчаловская" ранее принадлежали "Русскому углю" Михаила Гуцериева. Сумма сделки не раскрывалась. Несмотря на то что шахта "Гуковская" уже три года как была законсервирована, а остальные требовали серьезной модернизации, в "Кингкоул" намеревались добывать к 2014 году 4 миллиона тонн угля. А еще через два – нарастить эти объемы на треть и занять половину угольного рынка Южного федерального округа.

– Приход нового инвестора у нас отмечали с военным оркестром, –усмехается Алла Тарарыкова. – Были воздушные шары, нам обещали, что все будет хорошо.

В 2013 году новый инвестор вложил в покупку горнопроходческого и углеперерабатывающего оборудования около миллиарда рублей собственных и заемных средств. Еще через год в эксплуатацию ввели новую лаву (горная выработка, в которой производится добыча полезного ископаемого. – Радио Свобода). Однако громким планам в итоге не суждено было сбыться. До анонсированных объемов добычи "Кингкоул" так и не дошел, вскоре начались иски от новых и старых кредиторов.

Бывший шахтерский поселок.
Бывший шахтерский поселок.

Как говорят шахтеры, первые задержки зарплаты случились уже в 2014 году.

– Нам все время говорили: "Подождите, отдадим", – вспоминает электромеханик шахты "Замчаловская" Дмитрий Коваленко. Ему в компании "Кингкоул" сейчас должны 360 тысяч рублей. – Каждый месяц задерживали. Мы постоянно останавливались, то на три дня, то на неделю, делали забастовки. Заплатят – начинаем опять работать.

В 2015 году добыча угля на всех четырех шахтах остановилась. На сегодня все они затоплены.

Бывший шахтерский поселок.
Бывший шахтерский поселок.

– Мы вообще не думали, что нашу "Замчаловскую" могут закрыть, – говорит Дмитрий Коваленко. – Здесь такой уголь – во всей России нет, он на экспорт идет. Антрацит. Наш бывший директор заверял: спокойно можно еще 50 лет работать. Мы надеялись, что этот "Кингкоул" уйдет. Столько этих хозяев пережили, только при мне трое сменилось.

Один из лидеров инициативной группы шахтеров Дмитрий Коваленко.
Один из лидеров инициативной группы шахтеров Дмитрий Коваленко.

– У нас сложилось впечатление, что руководство компании было некомпетентно, они не разбирались в горном деле, – добавляет маркшейдер "Алмазной" Татьяна Авачева. – Например, закупали оборудование, которое не подходит для наших условий, тот же горный комбайн. Его, кстати, так и затопило потом…

Летом 2016 года, когда задолженность по зарплате у большинства шахтеров достигла более 12 месяцев, они стали проводить у здания администрации компании одиночные пикеты. В начала августа под стражу был взят гендиректор и совладелец "Кингкоула" (имеет 10%, остальные 90% – у кипрской "Кингкоул груп лимитед") Владимир Пожидаев. Его обвинили в намеренной невыплате зарплаты и злоупотреблении полномочиями, что, по мнению прокуратуры, привело к экономическому ущербу предприятия. Пожидаеву грозит до 13 лет лишения свободы.

А уже в конце августа больше сотни горняков объявили голодовку, требуя вернуть долги по зарплате, общий объем которых достиг, по разным оценкам, от 320 до 350 миллионов рублей. Причем это долги только перед рабочими. Сумма обязательства по кредитам, лизинговым платежам, а также налоговым и пенсионным отчислениям превышает миллиард рублей.

К решению проблем подключились донские власти. На встрече с шахтерами 24 августа губернатор Ростовской области Василий Голубев заявил о невозможности рассчитаться с людьми по долгам за счет резервного фонда региона:

– Как только я выплачиваю из резервного фонда, у меня сразу отзывают все кредиты, почти 7 миллиардов рублей, предоставленные области, – рассказал он. – Это условие Минфина – ни копейки на другие цели.

Тем не менее Голубев пообещал начать выплаты – этим занялась "Ростовская корпорация развития" (РКР отвечает за повышение инвестиционной привлекательности области). Первые 20 миллионов (их источник не раскрывается) рублей были распределены между рабочими в октябре 2016 года. Списки получателей составляли конкурсные управляющие: все донские предприятия, входящие в "Кингкоул" (10 юрлиц: "УК "Алмазная", "Замчаловский антрацит", "Ростовгормаш", "Гуковтелеком", "Гуковинфоком", "ЦЭСК", "Империя чистоты", "Спецуглестрой", "Горный проходчик", "Кингкоул "Юг") находятся в различных стадиях банкротства. В ноябре донской глава обратился к правительству России с просьбой выделить еще 300 миллионов уже из федерального резервного фонда. Эту идею поддержали парламентарии, представляющие область в Госдуме. Однако положительное решение до сих пор не принято.

– Я думаю, так происходит потому, что потом эти средства придется в резервный фонд возвращать, – говорит Татьяна Авачева. – Но ведь возвращать нечего, часть оборудования затоплена, другая разворована – там вывозили металл машинами.

Один из лидеров инициативной группы шахтеров Татьяна Авачева.
Один из лидеров инициативной группы шахтеров Татьяна Авачева.

В декабре полторы сотни шахтеров собирались поехать в столицу на встречу с депутатами Госдумы. Но полиция фактически не выпустила их из города: в Гуково объявили антитеррористическую спецоперацию "Анаконда".

– Мы заказали автобус, чтобы ехать в Москву, – вспоминает Татьяна Авачева. – Но накануне позвонил представитель компании-перевозчика и отказался везти нас, хотя деньги были заплачены! Мы выбрали группу делегатов и решили добираться рейсовым автобусом. Но не смогли выбраться из Гуково – в кассе автовокзала нам не продали билеты. Это было какое-то издевательство. Мы поехали в соседнее Зверево на машине, но и там в кассах запретили продавать нам билеты. А когда мы уже ехали домой, простояв несколько часов на морозе, нашу машину без видимых причин задержали гаишники и долго проверяли документы. В следующие несколько дней вообще никто не мог выехать в Москву из Гуково. И потом еще к нам в дома приходили из полиции, все спрашивали что-то, записывали...

В декабре РКР перечислила горнякам "Кингкоул" еще около 50 миллионов рублей.

Однако получили их далеко не все: по данным инициативной группы, отстаивающей интересы работников, вообще без выплат остались почти 600 человек.

Всего возвращения задолженности ждут 3,1 тысячи. За вычетом уже перечисленных 70 миллионов недостающая сумма – около 275 миллионов рублей.

– Самая большая проблема – это работники малых (обслуживающих. – Радио Свобода) предприятий ГК, – рассказывает член инициативной группы, шахтер Николай Надкерничный. – Им не выдали ни копейки. Вопрос с этими предприятиями не можем решить уже полгода. В свое время они были выделены решением Пожидаева в отдельные юрлица – и на них поставили крест.

Член инициативной группы шахтеров Николай Надкерничный.
Член инициативной группы шахтеров Николай Надкерничный.

По словам гуковского прокурора Валерия Поцелуйко, ситуация тут действительно сложная.

– Единственный законный способ получить задолженность по зарплате – это реализовать имущество должника, – объясняет он собравшимся в доме творчества. – Но на некоторых малых предприятиях требования по зарплате превышают размеры оцененного имущества. К примеру, в "Спецуглестрое" его примерно на миллион рублей, а в "Империи чистоты", в "Горном проходчике" его практически нет. Но мы не опускаем руки. В первую очередь, мы составили сводные списки тамошних рабочих, они заверены печатями, подписаны и переданы в областное правительство. Возможно, удастся погасить их задолженности по той же схеме, как действует РКР.

Кроме того, отмечает Поцелуйко, сейчас сотрудники сервисных компаний пытаются через суд признать, что, как и остальные, они полноценно работали на угледобывающих предприятиях. Это позволит им претендовать на получение зарплаты после реализации имущества.

По данным управления информационной политики донского правительства, на сегодня продолжаются торги по продажи административных зданий УК "Алмазная" и права аренды земельного участка в Гуково. Завершается оценка имущества "Замчаловского антрацита" (включает в себя обогатительную фабрику и одноименную шахту). Торги по реализации имущества ЗАО "Ростовгормаш" назначены на 13 февраля.

– Почему так долго? – возмущаются люди.

– Все зависит от кредиторов – когда они утвердят оценку, – говорит один из конкурсных управляющих Андрей Реук. – Оценена только часть, а надо все в комплексе. Возьмите ботинок – кому он нужен один? А вместе это уже пара.

Чиновники и конкурсные управляющие на встрече с шахтерами.
Чиновники и конкурсные управляющие на встрече с шахтерами.

Несмотря на то что шахтеры пессимистично настроены относительно результатов предстоящих торгов, гуковский прокурор призывает не торопиться с выводами.

– Только завод (обогатительную фабрику. – Радио Свобода) оценили в 191 миллион рублей, а долгов по зарплате на предприятии 38 миллионов, – говорит Валерий Поцелуйко. – Так что давайте дождемся реализации. Долги по зарплате включены во вторую очередь погашения задолженности. Первая – это кредиторы, в третьей очереди – налоговая и все прочее.

Многие шахтеры уверяют, что долги по зарплате накопились в том числе потому, что Владимир Пожидаев якобы выводил средства за рубеж, в офшоры. Однако по словам Валерия Поцелуйко, в изъятых документах эти предположения не подтверждаются.

– Расследование еще ведется, но я ознакомился с предварительными результатами. Ответственно заявляю: данных о том, что деньги уходили за рубеж, нет. Еще говорят, что он налогов не платил ни копейки. Я поднял документы – нет, это не так. Долг за полтора года в 400 миллионов есть, не отрицаю. Но никто не говорит, что 250 миллионов они все-таки заплатили. И взносы в Пенсионный фонд – еще 160 миллионов.

А заместитель председателя российского профсоюза угольщиков (Росуглепроф) Рубен Бадалов комментирует происходящее в Гуково так:

– Ситуация на гуковских шахтах была тяжелой еще до Пожидаева – он пришел на проблемное предприятие. И хотя на различных совещаниях, вплоть до кабинета министра топлива и энергетики России, он клялся, что все решит, отчасти сразу было понятно, куда мы идем. Наверное, тут повлиял еще экономический кризис. Ситуация на Украине наложила свой отпечаток: начался демпинг цен на уголь из стран ближнего зарубежья. Все это подорвало "экономику" предприятия.

Я бы не назвал Пожидаева жуликом – наверное, скорее неудачливый бизнесмен. И компанию потерял, и сам находится в местах не столь отдаленных. Можно ли было спасти шахты? На мой взгляд, да. Активы, конечно, требуют реструктуризации – там имеются предприятия, которые уже вряд ли будут работать. А есть те, что имеют право на жизнь, за них нужно бороться.

Есть ли в случившемся вина донских властей? Мы много на эту тему спорили, ситуация развивалась на моих глазах. Думаю, если бы раньше начали бить тревогу, то спасли бы компанию. Но получилось вот так.

Это важный момент: нам не нужно, чтобы Пожидаев сидел. Он нужен нам, шахтерам, профсоюзам, работающий. Когда еще есть действующее производство, экономика, мы можем прищемить хвост работодателю, вплоть до забастовки. А когда все стоит… Делай что хочешь – остаются только крайние меры, голодовки и тому подобное, – говорит Рубен Бадалов.

До конца января донские власти обещают перечислить шахтерам очередные собранные 50 миллионов рублей. Но люди требуют возвращения полной суммы до первого марта. В ответ обязуются прекратить ежедневные одиночные пикеты у административного здания ГК "Кингкоул".

– Нам нужно поскорее получить зарплату и бежать устраиваться на работу, – говорит Татьяна Авачева. – С середины ноября, когда официально ликвидировали мое предприятие, я не работаю, потому что не могу бросить людей, нужно быть в инициативной группе. Иначе о нас забудут. Мне должны около 700 тысяч, в конце прошлого года дали 60 тысяч и все. Держусь за счет маминой пенсии, так же и остальные: одни на детские пособия, другие у себя на огороде летом что-то выращивают.

Как говорит Татьяна Авачева, после ликвидации горных предприятий почти тысяча человек до сих пор остаются нетрудоустроенными.

– Ну невозможно найти здесь работу. Ни в Гуково, ни в соседнем Красном Сулине, Зверево. Все было завязано на уголь. Предлагают зарплату в семь тысяч рублей – как на них прожить? У меня кредитов на 15 тысяч, набрала, пока учила ребенка. А отдавать нечем, за коммуналку платить нечем. У всех огромные долги. Было даже такое: людям пришли в конце года какие-то гроши по зарплате, а их автоматически банк снял в счет долга. У некоторых отключают электроэнергию. Вот, недавно в инициативную группу приходила женщина, она заплатила за свет две тысячи, а ей все равно электричество отрезали. Хотя зима.

На августовской встрече с шахтерами губернатор Василий Голубев обещал им "гуманитарную помощь" в виде тысячи тонн угля: почти 900 работников "Кингкоул" имеют в домах печное отопление. Но на сегодня привезли только 500 тонн.

– В конце прошлого года позвонили с одной шахты, в 120 км от Ростова: "Забирайте срочно 50 тонн", – говорит Николай Надкерничный. – Но сами понимаете, каково это – найти накануне праздников машину, людей посылать... К тому же уголь был украинский, грязный, несеяный. Пришлось отказаться.

Встреча заканчивается очередным хрупким компромиссом: шахтеры просят прокуратуру предоставить списки всех, кому утверждены выплаты, – для контроля. Мэр города Гуково Виктор Горенко, молчавший почти все время встречи, уверяет, что вопрос "на контроле губернатора".

Окончание встречи.
Окончание встречи.

– Мы разговаривали с Василием Юрьевичем о малых предприятиях, – говорит он. – Списки переданы в министерство промышленности (региона. – Радио Свобода). Там обещали проработать с юридической точки зрения все возможные варианты. Сейчас у нас есть наработки по 150 миллионов (предварительные суммы для выплаты задолженности. – Радио Свобода).

Формально власти не ответственны за происходящее на частном предприятии. Но, по словам Татьяны Авачевой, шахтеры так не считают.

– Мы считаем, что губернатор тоже отвечает за происходящее, – говорит она. – Потому что пустил этого нерадивого собственника в область. Мы ждем, что нам помогут решить проблемы с задолженностью. В противном случае вновь придется объявлять голодовки.

Губернатор Ростовской области Василий Голубев на ежегодной пресс-конференции 26 января прокомментировал ситуацию, сложившуюся в связи с банкротством предприятий "Кингкоул".

Про протестные выступления шахтеров глава региона высказался так:

"Ничего, кроме болтовни и возбуждения людей, из этого не происходит. Мне известны совершенно конкретные факты, когда людям предлагалась работа, но они от этих предложений отказывались. Им было интересно другое. То, что шахтеры правы, это даже не обсуждается. И тут я не снимаю вины с Минпромэнерго области, потому что они были отследить ситуацию и вмешаться несколько раньше. Когда предприятия стали банкротами, управленческие решения, принятые этими бизнесменами, были абсолютно неграмотными и только усугубляли ситуацию. Все кадровые службы были распущены, директоров не было, все управлялось из Москвы. И когда люди перестали выходить на работу, общаться было не с кем. При этом руководство компании сидело в Москве в комфортных офисах", – заявил губернатор.

По его словам, сейчас предпринимаются необходимые действия для того, чтобы зарплата горнякам была возвращена за счет продажи имущества бывшего собственника.

"Мы наметили действия в этом направлении и выполняем их. Несомненно, претензии к власти могут быть, но только в том, что взаимодействие с собственниками бизнеса было неправильным и неконструктивным на определенном этапе, и это не позволило вовремя вмешаться в ситуацию", – признал глава региона.

Ранее Голубев говорил, что продать конкурсную массу "Кингкоула" в Ростовской области новым инвесторам, полностью решив вопрос с выплатами задолженности по зарплате шахтерам, планируется в течение шести месяцев.

Статья Тимура Сазонова, корреспондента Русской редакции Азаттыка - Радио Свобода.

Ваше мнение

Показать комментарии

В других СМИ

Loading...

XS
SM
MD
LG