Узбекистан — первое и пока единственное в Центральной Азии государство, прописавшее в законодательстве наказание за сексуальное домогательство. О чём говорит опыт Ташкента и почему, по мнению экспертов, проблема безнаказанности харассмента в регионе заключается не только в отсутствии законов или их слабости?
986 человек — столько граждан привлекли к ответственности в Узбекистане за приставания и сексуализированные домогательства в первом полугодии 2025-го. Среди них, по информации Верховного суда, — музейный сторож, пассажир метро, аксакал, притёршийся к женщине в самолёте. 358 человек были оштрафованы, 628 — подвергнуты административному аресту.
«Показатель в тысячу человек — это не цифра для гордости, и даже как статистика он не слишком значим. Это капля в море, — говорит учёная и активистка из Узбекистана Барногуль Санакулова. — Надо признать, что с 2023 года (когда ввели наказание за домогательства. — Ред.) эту тему стали больше обсуждать и активнее пропагандировать противодействие домогательствам. Мы должны понимать, что сообщать о таких случаях — это не стыдно».
Официальная статистика за второе полугодие и год ещё не опубликована, но информация о привлечённых к ответственности за сексуальные домогательства приводится регулярно. На центральных телеканалах общественности показывают мужчин, которые заявляют, что «сожалеют о содеянном».
В сентябре телеканалы освещали суд над жителем Ташкента, которого приговорили к пяти суткам ареста за домогательство к незнакомке в автобусе.
«Рядом со мной оказалась девушка. Не смог удержать себя, сдержать своё желание, и моя рука потянулась к её задней части. Своими грязными руками сделал такое. Мне стыдно, прощу прощения», — заявил мужчина в суде.
До этого в Маргилане председатель махалли был арестован на четверо суток за приставание к 17-летней девушке.
«РЯДОМ С ВАМИ СЛОЖНО БЫТЬ ПРИЛИЧНЫМ»
По данным ВОЗ, каждая третья женщина в мире сталкивается с сексуальным насилием или домогательствами в течение жизни. Но большинство пострадавших не подают жалобы, что затрудняет оценку масштабов проблемы.
Узбекистан стал первой страной в Центральной Азии, которая решилась на законодательном уровне защищать женщин от домогательств, буллинга и других форм насилия. В апреле 2023 года Кодекс об административной ответственности дополнили статьёй 41−1, введя понятие «сексуальное домогательство».
Как следует из официальных сообщений, в Узбекистане сексуализированным домогательствам подвергаются в большинстве случаев молодые женщины, и в основном в общественном транспорте. Но сексуализированное домогательство не выбирает социального статуса — ему подвергаются женщины вне зависимости от финансового положения.
Неприглядные эпизоды доходят до широкой общественности только в случае, если женщина или девушка сама придаёт ему максимальную огласку.
Одна из них — ташкентская предпринимательница Наргиза Маджитова, владелица магазина Ethno Line в торговом центре Tashkent City Mall. Её история получила широкий общественный резонанс после её выступления в социальных сетях.
По словам предпринимательницы, в конце 2024 года Торгово-промышленная палата Узбекистана и ассоциация «Узтекстильпром» проявили интерес к размещению в её магазине продукции под брендом Made in Uzbekistan. Между сторонами был подписан договор субаренды, по которому расходы должны были покрываться со стороны ТПП и ассоциации. Но на практике, по словам предпринимательницы, все затраты легли на её плечи.
Когда Наргиза Маджитова начала добиваться исполнения договора, ситуация перешла из деловой в унизительную. По её утверждению, председатель ассоциации «Узтекстильпром» Мирмухсин Султанов стал использовать своё положение и допускать в её адрес непристойные намёки. Маджитова разместила в соцсетях скриншот сообщений, отправленных ей Султановым.
«Даа хотел на массаж сходить, а то устаю. Вы же не сделаете. И мне можно вас нюхать? Рядом с вами сложно быть приличным», — писал ей Султанов.
По словам предпринимательницы, таких сообщений было много.
Дело дошло до суда. На фоне резонанса Торгово-промышленная палата признала договор легитимным и 15 декабря этого года выплатила предпринимательнице все причитающиеся средства. Позже в «Узтекстильпроме» заявили, что 30 июня Султанов освобождён от должности.
ДОМОГАТЕЛЬСТВА НА УЛИЦЕ И РАБОТЕ
Через полгода, в декабре 2025-го глава верхней палаты парламента Узбекистана Танзила Нарбаева потребовала от Минзанятости подготовить ратификацию Конвенции Международной организации труда по искоренению насилия и домогательств в сфере труда. Она подчеркнула, что отдельные работодатели и должностные лица прибегают к харассменту, что «совершенно не соответствует ценностям общества».
«Сегодня всё больше женщин работают на различных должностях, однако при этом есть факты давления, насилия и других недопустимых действий. В этой связи возникает вопрос: планируется ли ратификация Конвенции МОТ №190?» — обратилась Танзила Нарбаева к первому заместителю министра занятости и сокращения бедности Марату Джураеву.
В ответ Джураев заявил, что Узбекистан пока находится на стадии рассмотрения конвенции.
«В рамках матрицы реформ Всемирного банка мы достигли договорённости о том, что в 2026 году будут разработаны чёткие критерии и порядок выявления насилия на рабочих местах. В этой работе Всемирный банк окажет содействие, в том числе посредством предоставления соответствующих экспертов. Что касается конвенции, откровенно говоря, мы пока находимся на стадии её рассмотрения. Мне сейчас сложно однозначно сказать, что она уже включена в наши планы», — сказал вице-министр.
В 2024 году Кыргызстан первым из пяти стран Центральной Азии ратифицировал Конвенцию МОТ по искоренению насилия и домогательств в сфере труда, которая устанавливает права работников на безопасные и уважительные условия труда, обязывает государство разрабатывать законодательство и политики, предотвращающие харассмент, в том числе психологическое и сексуальное насилие, и гарантирует механизмы защиты всех работников вне зависимости от пола, возраста или должности.
В исследовании Ассоциации женщин-судей в Кыргызстане от 2019 года говорилось, что с сексуализированными домогательствами на рабочих местах и в вузах сталкивается каждая четвёртая женщина. Две трети опрошенных кыргызстанок рассказывали о дискриминации на работе.
КОГДА ХАРАССМЕНТ РАССМАТРИВАЕТСЯ КАК «ХУЛИГАНСТВО». ОПЫТ ТАДЖИКИСТАНА И КАЗАХСТАНА
Сексуальное домогательство в отношении женщин — явление распространенное и в таджикском обществе. С домогательствами женщины сталкиваются как на улице, так и на работе.
В свое время вызвал резонанс в Таджикистане кейс журналистки Радио Озоди из Душанбе Афсоны Акобиршо, которая подала заявление в милицию на посторонних мужчин. Это была первая жалоба девушки на уличные домогательства в стране.
Неприятный инцидент произошёл с журналисткой в августе 2018 года. По дороге на работу несколько строителей, занимавшихся реставрацией государственного комплекса «Кохи Вахдат», начали словесно домогаться журналистку, не стесняясь в выражениях.
Акобиршо признавалась, что поначалу хотела пропустить всё сказанное мимо ушей и не обращать внимания на строителей, которые, с её слов, стонали, имитируя оргазм, свистели, выкрикивали нецензурные слова в её адрес.
«Один из них сказал: "Интересно, а что у неё под платьем?" Другой подхватил: "О, я бы сделал ей.......". Когда я достала из сумки телефон, чтобы снять всю эту дикую картину, они разбежались, но один из строителей подошёл ближе, расстегнул ширинку брюк и уже намеревался продемонстрировать свой половой орган», — рассказывала Афсона Акобиршо.
Ей удалось привлечь к суду строителей. Каждого из них оштрафовали на 350 сомони ($37) по обвинению в «хулиганстве». Журналистка посчитала решение суда слишком мягким.
В 2022 году в Таджикистане приняли закон «О равенстве и ликвидации всех форм дискриминации», в котором впервые было введено понятие «сексуальное домогательство». В 2023-м в уголовный кодекс внесли поправки, ужесточающие наказание за домогательства к несовершеннолетним. Однако наказания за домогательства к совершеннолетним в кодексе нет. Если женщина жалуется на приставания, то обидчиков могут привлечь к ответственности по статье «Мелкое хулиганство». Так, например, было в случае с жительницей Душанбе, которая пожаловалась на парня, который предложил заплатить 100 долларов за интим, а когда услышал отказ, оскорбил её.
По мнению наблюдателей, пока многие женщины в Таджикистане, пострадавшие от харассмента, чаще всего предпочитают молчать, поскольку не верят в справедливость и знают, что общество обычно винит саму женщину: «не так была одета, не так разговаривала, не так смотрела».
Юристы утверждают, что столкнувшиеся с харассментом на рабочем месте тоже в основном молчат, чтобы не потерять работу и не давать поводов для пересудов и сплетен.
«Проблема в том, что женщины предпочитают молчание и никуда не жалуются. Зачастую единственным выходом из ситуации они видят увольнение “по собственному желанию”. Конечно, женщин можно понять, они не хотят огласки таких гнусных фактов, не стать объектом разговоров соседей и знакомых, ведь у многих мужья и дети», — говорит юрист из Душанбе, попросивший не разглашать его имени.
Как «мелкое хулиганство», которое наказывается штрафом или административным арестом, рассматривают домогательства и в Казахстане.
«В Казахстане вообще нет статьи "домогательство в отношении женщин". Есть статья "домогательство в отношении детей". Статья 121-1 ("Приставание сексуального характера к лицам, не достигшим шестнадцатилетнего возраста"). Мы, кстати, были возмущены, потому что неверно формулирована эта статья, и сейчас получается, что откровенные развратные действия подпадают под статью “домогательство”. Ну как можно домогательством, например, назвать, если мужчина достаёт интимный орган перед пятилетним ребёнком?! А это сейчас списывают на домогательство. Мы были сильно против. Нам как всегда власть заявила, что это как раз по просьбе трудящихся, то есть все просили, и мы сделали», — говорит Азаттык Азия Динара Смаилова (Дина Тансари), руководитель фонда «НеМолчи.kz», защищающего жертв насилия.
Она отмечает, что из-за отсутствия отдельной статьи о домогательстве в отношении женщин в Казахстане практически невозможно доказать харассмент. Но даже если приставание зафиксировано на видео, сохранена переписка с обидчиком, то его могут наказать лишь как «хулигана». Отдельной статистики по домогательствам, соответственно, в стране нет.
В 2025-м в стране ввели уголовную ответственность за навязчивое преследование, не связанное с насилием, — сталкинг (статья 115-1). Наказание — штраф до 200 месячных расчётных показателей (примерно $1485), исправительные работы, арест до 50 суток. В Генеральной прокуратуре заявили, что статья «направлена на защиту потенциальных жертв от преследователей, которые ещё не перешли к физическому воздействию или явным угрозам».
Смаилова смотрит на нововведение со скепсисом:
«У нас была статья 115 ("Угрозы"), по которой дела заводились, но не доводились до суда. Допустим, на тысячу дел только пять дошли до суда, и только потому что угроза воплотилась. То же самое будет со сталкингом. Это такая же гуманная статья по отношению к насильникам, абьюзерам, которые преследуют женщин. Они будут отделываться штрафом, замечаниями, предупреждениями. Действенных мер мы не видим. Даже если сталкеру выпишут защитное предписание, оно бесполезное. За нарушение предписания грозит 20 суток ареста. Ну и что? Если бы была уголовная ответственность за нарушение защитного предписания, тогда другое дело. Мы, например, предлагали такую норму: если первый раз нарушил — 50 суток, за второе нарушение — не меньше двух лет тюрьмы».
ПРИЧИНЫ БЕЗНАКАЗАННОСТИ: МНЕНИЯ ЭКСПЕРТОВ
Почему распространенное в странах Центральной Азии домогательство остается безнаказанным?
Активистка из Узбекистана Барногуль Санакулова отмечает, что даже в её стране, где в законодательстве предусмотрено наказание за харассмент, многие женщины не подают жалобы, опасаясь осуждения.
«Главная проблема у нас — обсуждение жертвы выходит на первый план. Если это девушка, говорят: "Наверное, была открыто одета". Пока агрессор остаётся в стороне и общество продолжает обсуждать именно жертву, такие взгляды сохраняются, и решение проблемы затягивается», — считает Санакулова.
Динара Смаилова называет главными препятствиями для решения проблемы сексуального домогательства в странах Центральной Азии коррупцию и непотизм.
«В наших странах родственников очень много у людей, у нас большие семья. И в менталитете нашем заложено, что семья — это на первом месте. И поэтому многие люди переносят семейные отношения в рабочие. Мы не можем отказать родственнику. А когда в многодетной семье родственники работают один в прокуратуре, другой в суде, третий в следствии — получается уже цепь целая. Мы понимаем, что это опасно для любого гражданина, но мы на это закрываем глаза и не можем это искоренить. Поэтому в первую очередь нужно работать с общественным сознанием, искоренить социальные нормы, которые нам навязаны много лет. Не должно быть родственных связей на работе, не должно быть коррупции, непотизма. Должна быть стопроцентная неотвратимость наказания. Потому что нам известны случаи, когда безнаказанность домогательств доводила до изнасилований», — заключает Смаилова.
