Доступность ссылок

Срочные новости:

Январь-2022: список политзаключенных вырос более чем в 11 раз


На этом фото, облетевшем социальные сети в январе, запечатлен житель города Талдыкоргана Азамат Батырбаев с множеством гематом на руках и спине, а также со следами от ожогов. Родственники и земляки Батырбаева заявили, что после задержания его избивали, тело прижигали утюгом

Группа казахстанских и международных правозащитных организаций сообщает, что в Казахстане резко увеличилось число политических узников после драматических событий января 2022 года. В предварительном списке сейчас 140 имен, и это, вероятно, не конечные цифры, говорят правозащитники. В конце прошлого года в аналогичном списке было около дюжины имен. То есть список вырос более чем в 11 раз.

Коалиция правозащитных организаций «АктивистыНеЭкстремисты», объединяющая семь казахстанских правозащитных организаций и две международные, опубликовала 25 июля заявление, что после январских событий в Казахстане список политических узников пополнился именами как минимум 128 человек. Это, по всей видимости, самый обширный список политических узников с тех пор, как в 2013 году в Казахстане правозащитники начали вести такой список.

С заявлением Коалиция выступила вслед за задержаниями в Нур-Султане группы граждан, чьи родственники погибли во время январского кровопролития. Протестующие требовали оправдания родственников — многие из погибших посмертно обвинены в участии в «массовых беспорядках», некоторых погибших обвиняют в «терроризме».

РЕПРЕССИРОВАННЫЕ И ПО-РАЗНОМУ ПОДСЧИТАННЫЕ

Участвовавший в составлении списка правозащитник Данияр Хасенов предоставил Азаттыку файл с именами около 130 задержанных граждан. География задержаний содержит более десятка городов и других населенных пунктов, а также районов: Актобе, Алматы, Кокшетау, Костанай, Кызылорда, Павлодар, Семей, Тараз, Талдыкорган, Шымкент, Усть-Каменогорск, поселок Ащибулак (Алматинская область), район имени Турара Рыскулова (Жамбылская область), Меркенский район (Жамбылская область). Инкриминируемые задержанным преступления разнообразны и включают такие статьи, как «Массовые беспорядки», «Акт терроризма», «Нападение на здания, сооружения, средства сообщения и связи или их захват», «Хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств».

По словам Хасенова, в список включены люди, которые не занимались гражданским активизмом. При этом он обращает внимание на то, что список пока еще «обрабатывается» и данные в нем могут претерпеть изменения. Ранее некоторым людям из списка меру пресечения заменили на меру, не связанную с лишением свободы. Кроме того, власти сообщали, что часть людей, представших перед судом, приговорены к условным срокам или ограничению свободы. Между тем в списке указаны уже известные активисты, которые недавно были приговорены к длительным срокам заключения в рамках дел, начатых по Январским событиям.

Данияр Хасенов, правозащитник
Данияр Хасенов, правозащитник

Данияр Хасенов признаёт, что информация может быть неполной ввиду ее отсутствия в открытом доступе, однако, по его мнению, «политузников» больше, чем заявлялось до сих пор. Он отмечает, что некоторые другие правозащитные группы в основном включали в списки преследуемых активистов тех лиц, по которым «имеется история мирного активизма».

«Мы, конечно, проверяем данные от людей по Январю, насколько это возможно, но мы не полиция и точно знать не можем, поэтому если человек подпадает под наши критерии, то включаем в списки», — говорит Хасенов.

«Для кого-то это может быть вопросом спасения их жизни и здоровья».

Появление подобного «большого» списка политзаключенных Данияр Хасенов объясняет в первую очередь тем, что включенные в него люди «подпадают под два простых критерия», а именно находятся в заключении и преследуются «по политически мотивированным делам». На стратегическом уровне он указывает на попытку обратить внимание правительств стран Запада на этих людей для защиты их прав.

«Для кого-то это может быть вопросом спасения их жизни и здоровья», — говорит Данияр Хасенов.

Список политзаключенных, связанных с январскими протестами, имеется пока только на английском языке. Отдельно правозащитники приводят список примерно из дюжины политических заключенных, которые с январскими протестами не связаны. Это имена из списка, публикуемого правозащитной организацией «Альянс "Тирек"». У некоторых других местных правозащитников — своя, другая арифметика.

В «Актуальном списке политзаключенных» сейчас 13 имен, в ближайшие несколько дней будут рассмотрены дела еще пяти человек, сообщает алматинский правозащитник Бахытжан Торегожина в ответе под постом в Facebook’e активиста из Атырау Сергея Шутова.

Между тем Сергей Шутов, который в январе пережил пытки и сообщил о массовых пытках в отношении задержанных в своем городе, считает, что в стране «много людей, которых сажают по политическим мотивам, подкидывают им уголовные статьи». По его мнению, после Январских событий таких людей «не менее 700 человек».

Сергей Шутов, гражданский активист
Сергей Шутов, гражданский активист

— В этот список, как я понял, попадают именно те, кто вёл до этого правозащитную или активистскую деятельность длительное время и пострадал за свои убеждения. Грубо говоря, вот эти случайные люди, которые вышли в январе на митинги и потом попали под пытки, потом под суды, они зачастую без истории активизма и правозащиты. Они только сделали первый шаг и попали в такие ситуации, — говорит Сергей Шутов Азаттыку.

По его словам, те люди, которые, возможно, вынужденно подписали так называемое процессуальное соглашение, также непременно должны вноситься в этот список. И он уверен, что для этого нужны годы и список политзаключенных будет еще пополняться.

— Многие подписывали соглашение. Ведь в то время были разные ситуации и разные истории. Я вот через день смотрю интервью, что одному под ногти засовывали шило и в ухо засовывали, в такой ситуации люди всё что угодно подпишут, даже если этого не делали. А они уже не могут считаться узниками совести, они уже «согласились», что они «преступники». Но, учитывая то, какие у нас суды, какое у нас следствие, как с людьми поступили, я считаю всех этих людей, пострадавших за свою позицию, в первую очередь должны внести в список, — считает Шутов.

По его словам, «настоящих преступников никто ловить не собирается, они прятали свои лица за масками и внезапно исчезли, растворились».

В ТЮРЬМЕ НЕ УМЕР — ИЗ СПИСКА ПОЛИТЗАКЛЮЧЕННЫХ ИСКЛЮЧЕН

Казахстанские эксперты свои критерии отнесения лиц к политическим заключенным основывают на рекомендациях Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), а также международной правозащитной организации Amnesty International, когда считают, что в уголовном преследовании какого-либо лица есть политический подтекст.

Еще в пандемийном 2020 году директор Казахстанского бюро по правам человека Евгений Жовтис в онлайн-дискуссии после смерти в кыргызской тюрьме правозащитника Азимжана Аскарова высказался за признание политзаключенными людей, имена которых «не на слуху» у правозащитников и в медиа, а также за введение персональных санкций в отношении представителей власти за репрессии и пытки. Азимжан Аскаров, осуждённый на пожизненный срок по делу об Ошских событиях 2010 года, 24 июля 2020 года поступил в тюремную больницу с диагнозом «правосторонняя пневмония», а днем позже тюремные власти сообщили о его смерти. Дело вызвало большой резонанс, ведь Азимжан Аскаров, этнический узбек, был выставлен одним из главных зачинщиков Ошских событий. При этом в Ошских событиях больше всего пострадали именно местные узбеки, многим из них пришлось на некоторое время бежать в соседний Узбекистан. Сам Аскаров и его сторонники называли уголовное дело сфабрикованным и политически мотивированным. После смерти Аскарова международная правозащитная организация Amnesty International заявила, что Аскаров был «узником совести, который не дождался своего освобождения».

«При жизни Аскарова мы должны были быть более настойчивыми и последовательными, например, в представлении [аналога] списка Магнитского или чего-то в этом роде, — сказал Жовтис в подкасте Majlis под заголовком «Смерть Азимжана Аскарова и судьбы других политических заключенных в Центральной Азии». — Мы должны очень много работать, чтобы привлечь виновных к ответственности. Хоть на информационном (неразборчиво. — Ред.), хоть с какими-нибудь санкциями и так далее в отношении отдельных лиц, если нет возможности ввести санкции против страны».

«И второе, что важно и что уже было сказано некоторыми участниками, — мы должны приводить все имена. Не только людей, чьи имена хорошо известны. Потому что это сотни людей, иногда тысячи людей. Это окажет им моральную поддержку, с одной стороны, и создаст определенное количество дел, чтобы заставить определенный режим реагировать и нести ответственность», — добавил Жовтис.

В Казахстане также был свой международно признанный политзаключенный, просидевший в тюрьме более 15 лет, потерявший там здоровье. С одним только отличием от ситуации с Азимжаном Аскаровым: он умер не в тюремной больнице, а спустя несколько недель после поспешного освобождения по состоянию здоровья. Это Арон Атабек, который протестовал против своего досрочного освобождения из-за неизлечимых болезней и, лежа на больничной койке на онлайн-суде, требовал своего полного оправдания.

1 октября 2021 года Атабека внезапно выпустили на условную свободу и на рейсовом самолете доставили из Павлодара в Алматы, в дом его родственников. Поэт и диссидент Арон Атабек до самой своей смерти отрицал предъявленные ему обвинения — «организация массовых беспорядков» во время Шаныракских событий 2006 года в Алматы. Несмотря на то что фактически он еще оставался условно освобожденным, Арон Атабек был исключен из списка политзаключённых вскоре после его освобождения из тюрьмы. Поспешному его освобождению предшествовала кампания открытых писем, среди подписантов были и депутаты парламента, которые таких призывов до и после случая с Ароном Атабеком уже не высказывали.

В январе нынешнего года, вскоре после освобождения из тюрьмы, умер активист Кенжебек Абишев, несколько лет находившийся в списке политзаключенных. Абишев за три месяца до своей смерти был выпущен из тюрьмы условно-досрочно и «на воле» находился также под пробационным контролем.

ЗАЯВЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ И ПРИЗЫВЫ К САНКЦИЯМ

Во время Январских событий по всему Казахстану, по данным властей, было задержано более 10 тысяч человек, сотни были помещены под стражу как подозреваемые. Всего по Январским событиям, по последним данным, в суды было направлено 474 уголовных дела, 717 человек были осуждены по обвинениям в участии «в массовых беспорядках», «совершении краж», «грабежей», «незаконном хранении или ношении оружия». По данным Генпрокуратуры, по делам, связанным с Январскими событиями, к тюремным срокам приговорены 92 человека, которые «совершили тяжкие преступления, связанные с причинением насилия представителям власти, уничтожением имущества». По состоянию на 1 августа под стражей содержались 286 подозреваемых. В Генпрокуратуре заявляли также о прекращении «необоснованных уголовных преследований в отношении 1077 лиц». Из служебных помещений и изоляторов временного содержания было освобождено свыше 500 человек.

В минувшем месяце прокуратура города Шымкента сообщила, что прекратила уголовные дела, связанные с Январскими событиями, в отношении 21 человека, обвиненных по статье «Массовые беспорядки». Правозащитники уже в январе говорили, что многие произвольно задержанные и арестованные подвергаются пыткам. Заявление по «январским» политзаключенным подписали казахстанские правозащитные группы «405», «Qaharman», «Elimay», «Bostandyq Kz», Femina Virtute, Article 14, Veritas, международный фонд «Открытый диалог» и Итальянская федерация по правам человека (FIDU).

«В отношении задержанных применялись пытки, жертв пыток заставляли оговорить себя и признаться в причастности к "терроризму" или "участии в массовых беспорядках"», — говорится в заявлении Коалиции.

Сотни людей из числа задержанных после Январских событий, унесших жизни по меньшей мере 238 человек, заявили о применении к ним пыток и недозволенных методов следствия. К началу июля было известно об аресте девяти сотрудников по подозрению в пытках. Из них восемь сотрудников комитета национальной безопасности и один полицейский. Всего в совершении пыток и недозволенных методов следствия, по данным властей, предоставленным 29 июня, подозреваются 15 человек. Общее количество потерпевших от пыток не сообщается. Известно, что в Алматинской области 25 человек признаны потерпевшими по делам о пытках с использованием раскаленного утюга.

Власти утверждают, что большинство потерпевших не могут опознать причастных к пыткам, поскольку те «были в масках либо без обмундирования». Эксперты-правозащитники говорят, что в случае невозможности установить виновных в пытках из числа сотрудников, непосредственно причастных к пыткам, ответственность возлагается на начальников, командиров их подразделений.

«Власти Казахстана взяли на себя обязательство провести объективное и полное расследование Январских событий», — говорится в заявлении правозащитной коалиции. При этом власти начали «масштабные репрессии против участников мирных акций протеста, мирных граждан, арестованных во время протестов, а также против правозащитников и журналистов, которые фиксировали нарушения прав человека и права на мирные собрания».

В заявлении правозащитников содержится призыв ввести санкции против высших должностных лиц Казахстана, как подчеркивается не допустивших международного расследования фактов пыток задержанных и массовых расстрелов мирных граждан. 6 января в Алматы на площади Республики, по рассказам свидетелей и видео очевидцев, производилась стрельба «людьми в военной форме». Власти утверждают, что в городах проходила «антитеррористическая операция».

Нур-Султан отверг призывы правозащитников провести международное расследование Январских событий. Президент Касым-Жомарт Токаев заявил, что не считает необходимым проводить такое расследование, и добавил: «Справимся сами». Международная правозащитная организация Human Rights Watch заявила, что объявленные правительством Казахстана меры после трагических Январских событий «далеки от необходимого независимого расследования».

Нур-Султан отрицает обвинения правозащитных групп в преследованиях неугодных и не признаёт наличия в стране политических заключенных, в своих редких комментариях по этому поводу чиновники ссылались на отсутствие в уголовном кодексе «политических статей».

КОММЕНТАРИИ

Вам также может быть интересны эти темы

XS
SM
MD
LG