Доступность ссылок

Отец молодого человека, приговоренного к 18 годам тюрьмы по обвинению в совершении тяжкого преступления, подал кассационную жалобу в Верховный суд. Он говорит, что жалобы на пытки сына в полиции не дали результатов.

ПРИВЛЕЧЕНИЕ К УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

Житель села Кырбалтабай Енбекшиказахского района Алматинской области Сайлау Ажимолдаев считает, что следствие и суд по делу его сына Марата Ажимолдаева, приговоренного к 18 годам по обвинению в совершении кражи, разбоя и убийства, прошли несправедливо. После того как апелляционная жалоба Ажимолдаева не была удовлетворена, в феврале этого года он обратился с кассационной жалобой в Верховный суд.

По словам Сайлау Ажимолдаева, его сына Марата Ажимолдаева, 1990 года рождения, который работал сварщиком в одной из фирм в городе Алматы, 29 октября 2015 года вызвали в управление внутренних дел Енбекшиказахского района в городе Есик. Марата, который пришел в полицию вместе с отцом, задержали в качестве подозреваемого и затем вынесли решение о его аресте на время следствия.

Следственные органы выдвинули против Марата Ажимолдаева обвинение в совершении убийства пенсионерки Варвары Поповой, 1930 года рождения, тело которой с признаками насильственной смерти нашли 28 августа 2015 года в собственном доме в селе Кырбалтабай. Вместе с тем Ажимолдаева обвинили в совершении кражи имущества в двух домах в июне и июле 2015 года в селе Кырбалтабай. Согласно материалам досудебного расследования, основанием для обвинений стали показания несовершеннолетнего жителя этого села М., ученика восьмого класса, 2000 года рождения. Он подозревался в причастности к этому делу и, признав свою вину, дал свидетельские показания.

Уголовное дело, возбужденное против Марата Ажимолдаева, обвиненного в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления, краже, разбое и убийстве, и в отношении несовершеннолетнего М., обвиненного в краже и разбое, было рассмотрено в межрайонном уголовном суде Алматинской области.

В ходе следствия М. признал выдвинутые против него обвинения в совершении преступления. Он рассказал, что 20 июня 2015 года с Маратом Ажимолдаевым и еще одним парнем, которого называют Диким, они разбили окно и пробрались через него в дом к жительнице села Кырбалтабай Тынымхан Есиркеновой и выкрали некоторые вещи. Наружу также выбрались через окно. Подросток также рассказал, что 16 июля Марат Ажимолдаев посадил его к себе в машину и подвез к дому муллы села Кырбалтабай Бердибека Акимхана. М. проник в дом через открытую дверь и вынес оттуда лежавший на столе ноутбук и отдал его Ажимолдаеву, который ждал его в машине. По словам М., через неделю после кражи Марат Ажимолдаев дал ему 19 тысяч тенге.

Ограждение вокруг дома Бердибека Акимхана, который был ограблен летом 2015 года.
Ограждение вокруг дома Бердибека Акимхана, который был ограблен летом 2015 года.

В показаниях М. говорится, что до совершения двух преступлений, о которых он рассказал, он сообщил, что не хочет воровать, но Марат Ажимолдаев уговорил его пойти на кражи. По его словам, вечером 27 августа 2015 года Марат Ажимолдаев предложил ограбить дом одинокой пенсионерки Варвары Поповой, проживавшей в селе Кырбалтабай. В суде М. повторил, что во время этого разговора Ажимолдаев, у которого был свинцовый кастет в руках, пригрозил, что если он откажется, то сообщит полиции о его предыдущих кражах, и он был вынужден согласиться.

По словам М., Марат Ажимолдаев обманом проник в дом Поповой, сообщив ей, что они электрики. После того как зашли в дом, он приказал М. связать ноги пенсионерки платком красного цвета. М. говорит, что после того, как он связал пожилую женщину, вышел в коридор. В это время Попова освободилась и выбежала в коридор. Ажимолдаев якобы нанес ей два удара: один — в спину, другой — в область затылка. Подросток говорит, что хотел помочь Ажимолдаеву унести упавшую у двери старушку в комнату и увидел сочившуюся из ее головы кровь, когда поволок ее тело, и не выдержал — выбежал в коридор. Через некоторое время по просьбе Ажимолдаева он вынес ему пакет, а сам остался ждать в коридоре. Спустя какое-то время Ажимолдаев вынес из дома пакет с халатом Поповой синего цвета, деньгами, золотыми серьгами, кольцом и другими вещами. Он отдал пакет М. и снова зашел в дом. Через несколько минут он вышел из дома и после того, как взял пакет из рук М., они пошли в разные стороны, говорится в материалах следствия.

Дом, в котором жила пенсионерка Варвара Попова.
Дом, в котором жила пенсионерка Варвара Попова.

Вместе с тем в материалах указывается, что во время следствия в прихожей дома Варвары Поповой на двери, в коридоре, ведрах были обнаружены следы крови и было установлено, что все они принадлежали пенсионерке.

В ходе судебного процесса подросток М. полностью признал обвинение, сказал, что раскаялся, и сообщил, что его принудили совершить эти преступления. Марат Ажимолдаев заявил, что не признаёт ни одно из выдвинутых против него обвинений и никакого преступления он не совершал. Суд воспринял эти слова как способ избежать ответственности.

Межрайонный суд по уголовным делам Алматинской области, в котором рассматривалось дело, 18 февраля 2016 года признал Марата Ажимолдаева виновным в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления, в совершении кражи, разбоя и в убийстве, приговорив его к 18 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

Подросток М. был признан виновным в совершении кражи и разбоя. Суд приговорил его к пяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии.

Вместе с тем суд принял решение о взыскании с Марата Ажимолдаева и законного представителя М. судебных расходов в пользу государства и расходов на проведение экспертиз в размере 690 тысяч тенге, возмещении ущерба жительнице села Кырбалтабай Тынымхан Есиркеновой в размере 503 тысяч тенге. Суд также обязал Марата Ажимолдаева возместить родственникам Варвары Поповой имущественный ущерб в размере 150 тысяч тенге и моральную компенсацию в размере двух миллионов тенге.

Участвовавшие в суде в качестве потерпевшей стороны сын Варвары Поповой А.Попов, Тынымхан Есиркенова и Бердибек Акимхан сказали, что удовлетворены приговором.

«НИ ОРУДИЯ УБИЙСТВА, НИ ВЕЩЕСТВЕННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ»

Сайлау Ажимолдаев говорит, что следственные органы не предоставили ни одного доказательства того, что его сын причастен к совершению преступлений.

— Не смогли предоставить ни орудия убийства, ни вещественных доказательств. Как можно говорить, что человек виновен, если нет таких улик? Заключение судебно-медицинской экспертизы и заключение специалиста-криминалиста доказывают, что мой сын не имеет отношения к преступлениям. Однако суд не принял во внимание вещи, которые вызывают сомнения в виновности Марата, — говорит он.

Не смогли предоставить ни орудия убийства, ни вещественных доказательств. Как можно говорить, что человек виновен, если нет таких улик?

В материалах следствия указывается, что Марат Ажимолдаев нанес Поповой два удара свинцовым кастетом — по спине и надзатылочной части головы. В заключении судебно-медицинского центра министерства юстиции № 10-06-249 говорится, что на затылочной части головы тела обнаружены три продольные и кривые раны с повреждением волосяного покрова, царапины на носу и лобной части слева. В ране частицы свинца не обнаружены, говорится в документе. Следы от удара в спину женщины не проявились.

В судебно-биологической экспертизе № 416, проведенной алматинским филиалом центра судебно-медицинской экспертизы говорится, что на одежде и обуви Марата Ажимолдаева и М. следов крови не обнаружено. Среди отпечатков пальцев, обнаруженных в доме Поповой, отпечатки пальцев Марата Ажимолдаева и М. также не были идентифицированы.

В заключении дактилоскопической экспертизы, проведенной специалистом оперативно-криминалистического управления департамента внутренних дел Алматинской области, утверждается, что отпечатки пальцев, обнаруженные на шкафах в доме, коробках конфет и других вещах в доме жительницы села Кырбалтабай Енбекшиказахского района Тынымхан Есиркеновой, не принадлежат Марату Ажимолдаеву и М. В заключении судебно-биологической экспертизы одежды Ажимолдаева говорится, что следы крови, обнаруженные на его футболке и носках, похожи на пятна крови, обнаруженные на оконных стеклах в доме Есиркеновой.

Сайлау Ажимолдаев находит сомнительными свидетельские показания М., данные им во время следствия и ставшие основанием для вынесения приговора, где он обвиняет его сына.

— Он запутался в своих показаниях, данных касательно некоторых эпизодов и рассказал совсем по-другому. Однако во время судебного разбирательства такие важные расхождения в показаниях единственного свидетеля преступления не учли , — говорит Сайлау Ажимолдаев.

К примеру, во время следствия свидетель М. рассказал, что после того, как Попова упала после одного удара кастетом, нанесенного Ажимолдаевым в область спины, они протащили ее в другую комнату. В суде же он сказал, что Ажимолдаев «сначала нанес удар в спину, но она не упала, поэтому он ударил ее уже в голову». Если в одних показаниях он говорит, что «Попова умерла, когда упала от полученного удара», то в других свидетельствует, что «после падения она о чем-то шептала».

Сайлау Ажимолдаев считает, что после того, как мать подростка М. сообщила о том, что несколько лет назад ее сын стоял на специальном учете у врачей, суд должен был назначить специальную психологическую экспертизу.

Репортер Азаттыка обратился за комментариями по поводу участия М. в судебном деле к его законному представителю — матери. Однако она ответила категорическим отказом.

О смерти жительницы села Кырбалтабай Варвары Поповой 28 августа 2015 года первыми в полицию сообщили медсестра сельской больницы Людмила Вялкова и помощник участкового инспектора Татьяна Лотошникова. Соседям показалось подозрительным, что бабы Вари не видно третий день подряд. Она обычно вставала рано утром и занималась своими делами во дворе. Поэтому они и пошли к ней, чтобы разузнать, что случилось, и нашли ее мертвой.

Репортер Азаттыка встретился с Людмилой Вялковой и расспросил ее о событиях того дня.

— Ограда была закрыта. Я позвала соседей. Дом был заперт изнутри. Мы постучали в дверь и в окна, ответа не последовало. Заглянули через окно спальни, кровать стояла убранная. Искали ключи, но не нашли. Затем мы выломали окно в веранде, и я вошла внутрь через него. Открыла двери дома и прошла в коридор. Тогда и увидела Попову: она лежала на полу. Ее голова была укрыта черной курткой. Об увиденном рассказала соседям, они стояли на улице. Затем они принесли топор и взломали дверь, — рассказывает женщина.

В беседе с репортером Азаттыка Людмила Вялкова также рассказала, что вешалка в коридоре упала и одежда, висевшая на ней, лежала на трупе, от которого уже шел неприятный запах.

ЖАЛОБА

Постановлением апелляционной судебной коллегии Алматинского областного суда от 6 апреля 2016 года в удовлетворении жалобы Сайлау Ажимолдаева, отца и защитника Марата Ажимолдаева в суде, было отказано, приговор суда первой инстанции оставлен в силе.

Апелляционная коллегия установила, что приговор в отношении Марата Ажимолдаева был вынесен на основании достоверных улик, собранных в соответствии с законом. Суд первой инстанции основывался на свидетельских показаниях несовершеннолетнего М., данных им в ходе досудебного расследования и во время судебного следствия. В постановлении апелляционной коллегии указано, что свидетельские показания несовершеннолетнего М. были взяты в присутствии адвоката, законного представителя и педагогов-психологов и записаны на видеокамеру.

Сайлау Ажимолдаев выражает недовольство по поводу того, как было проведено расследование. Он не согласен с приговором суда первой инстанции и постановлением апелляционной коллегии. Он подверг критике действия представителей следствия, которые не приложили достаточно усилий для поиска человека, упомянутого в уголовном деле по прозвищу Дикий. Из шести судебно-медицинских экспертиз и заключения специалистов-криминалистов были взяты только те моменты, которые были нужны следствию, отмечает отец осуждённого. Также, говорит он, суд не учел показания свидетелей, которые указали, что во время кражи в доме Есиркеновой Марат Ажимолдаев находился далеко от места преступления, также не уточнили время смерти Поповой.

Отец считает, что его сына Марата Ажимолдаева «осудили незаконно, без каких-либо доказательств, лишь на основании ложных домыслов и сомнительных показаний». Сайлау Ажимолдаев 20-го числа прошлого месяца подал кассационную жалобу в Верховный суд Казахстана.

С момента возбуждения уголовного дела в отношении Марата Ажимолдаева у него сменилось несколько адвокатов. Во время апелляционного суда обвиняемый отказался от адвоката. Репортер Азаттыка дозвонился до одного из бывших адвокатов, который занимался делом Ажимолдаева, однако тот не изъявил желания говорить об этом деле.

«ЕГО ИЗБИЛИ В ПОЛИЦИИ»

В беседе с репортером Азаттыка Сайлау Ажимолдаев говорит, что его сын Марат Ажимолдаев был избит неизвестными в 2011 году. В результате нанесенных ударов пострадал его мозг, ему была сделана операция на черепе, фрагмент кости черепа был заменен пластиком. По словам отца, с тех за его сыном требуется особый уход.

За два месяца до ареста полиция задержала Марата Ажимолдаева в качестве подозреваемого в совершении преступления.

— О том, что Марата и младшего несовершеннолетнего сына Жениса полиция увезла со двора дома, не заметила даже жена, которая в это время находилась дома. Это произошло 20 августа 2015 года около 10 часов утра, — говорит Сайлау Ажимолдаев.

В тот день знакомые, которые шли на похороны односельчанина, заметили, что полиция увозит братьев, и сообщили об этому отцу. Сайлау Ажимолдаев позвонил на номер 102, в отдел полиции в Маловодном и селе Балтабай, однако ему ответили, что у них таких задержанных нет.

— Около 12 часов вернулся младший сын и рассказал, что их повезли в Балтабайское отделелие полиции. Когда выяснили, что он несовершеннолетний, его отпустили, а старшего брата стали избивать. Пока я доехал, сына увезли из Балтабая в Есик. Когда я доехал до Есика, мой сын весь в крови сидел районном отделении внутренних дел Енбекшиказахского района, — говорит Сайлау Ажимолдаев.

В связи с избиением сына возбудили дело, однако позднее на оснований показаний сотрудника полиции Икрама Есиркенова о том, что Ажимолдаев сам себя избил и разбил себе нос, дело закрыли.

Сайлау Ажимолдаев сразу же написал заявление в прокуратуру, и полиция освободила его сына.

— За день до этого в селе ограбили магазин. Его избили в полиции, хотели, чтобы он признался в ограблении. В протоколе также указали, что Марата Ажимолдаева задержали возле Балтабайского сельского отделения полиции, когда он курил. В связи с избиением сына возбудили дело, однако позднее на оснований показаний сотрудника полиции Икрама Есиркенова о том, что Ажимолдаев сам себя избил и разбил себе нос, дело закрыли, — говорит отец.

Сайлау Ажимолдаев говорит, что обращался с жалобой в областную прокуратуру, писал в Астану, но никаких результатов не добился. Дело так и осталось закрытым.

В управлении внутренних дел Енбекшиказахского района в комментарии репортеру Азаттыка отказали, сославшись на необходимость разрешения из областного департамента. В департаменте внутренних дел Алматинской области сообщили, что не могут комментировать дела, по которым вынесены судебные приговоры.

МНЕНИЕ АДВОКАТА

Репортер Азаттыка обратился за комментариями к адвокату Айман Умаровой, которая занимается судебными документами по делу Марата Ажимолдаева.

— Я не могу ничего сказать о законности приговора суда. Для этого нужно участвовать в судебном процессе от начала до конца. Однако, просматривая документы, я обратила внимание на несколько фактов, вызвавших сомнения, — говорит адвокат.

Она отмечает, что, во-первых, вызывает сомнения тот факт, что приговор суда вынесен на основании показаний, данных несовершеннолетним М. Айман Умарова не исключает, что во время следствия подростку могли пообещать, что он получит минимальный срок, или пригрозить, что его тоже будут судить. Показания М. больше похожи на слова человека, который пытается себя защитить, считает адвокат.

Адвокат Айман Умарова.
Адвокат Айман Умарова.

— Во-вторых, по результатам экспертизы, проведенной в связи со смертью, можно установить, какого именно числа и даже в какое время наступила смерть. Здесь в основу взято лишь заключение, данное районным специалистом. Но оно не основано на конкретных доказательствах. Заключение, данное городским специалистом, не учли. Почему? — вопрошает адвокат.

На месте преступления отпечатков пальцев Марата Ажимолдаева не нашли. В своих показаниях свидетель М. говорит, что, когда он уходил, Ажимолдаев остался в доме, чтобы всё вымыть. Если он действительно вымыл весь дом, то обязательно остались бы какие-то отпечатки пальцев, говорит адвокат. Вызывает вопросы и тот факт, что поиском человека по прозвищу Дикий по делу о краже не занимались, продолжает Умарова.

— В-пятых, в суде на вопрос судьи, указал ли свидетель на дом пострадавшего, следователь ответил, что не указал. Разве не вызывает подозрения то, что он не смог указать на дом, в котором, по его собственному признанию, он совершил кражу? Я бы хотела здесь отметить это. Иногда подозреваемый сознаётся в одной-двух кражах, тогда лица, проводящие расследование, стараются «повесить» на него еще несколько нераскрытых преступлений. Стоит также отметить, что ни одна из украденных вещей не была найдена, то есть нет никаких улик. В советское время в случае, когда не было улик или не могли выяснить, на что были потрачены деньги или кому они были отданы, дело возвращали. И самый последний вопрос: почему следовали не изъяли мобильные телефоны обвиняемого и свидетеля и не просмотрели ретрансляторы? Если бы они проверили, то можно было бы легко выяснить, где находился Ажимолдаев во время совершения преступления и где находился М. Такого рода недочеты в ходе следствия вызывают сомнения, — говорит адвокат.

В других СМИ

Loading...

XS
SM
MD
LG