Доступность ссылок

Срочные новости

«Мы терпим 26 лет». Минчанка — об «усталости» от Лукашенко, протестах и их подавлении


Протест в Минске после выборов, в ночь на 10 августа.

Что происходит в столице Беларуси после выборов, победителем которых назван правящий страной больше четверти века Александр Лукашенко? Как власти подавляют протесты и какую информацию транслируют официальные каналы? Какова атмосфера в городе? Азаттык поговорил об этом с жительницей Минска Анастасией Савицкой, на глазах которой разворачиваются поствыборные события.

С Анастасией, 28-летней минчанкой, филологом по профессии, мы беседуем через Telegram. Ее едва слышно. Она говорит, что в Минске с минувшего воскресенья, дня президентских выборов, перебои с Интернетом. «Я сижу через VNP. Без VNP'а, без прокси никуда вообще невозможно зайти», — объясняет она причину плохой связи.

Мобильная связь есть, сообщения отправляются, но мессенджеры не открываются, если не прибегать к обходным путям.

Азаттык: Как давно у вас проблемы с Интернетом? ​

Анастасия Савицкая: Началось в воскресенье. В Минске это началось с самого утра в день выборов. В некоторых регионах блокировать начали ближе к середине дня. Сначала перестал работать YouTube, мессенджеры, потом уже Интернет пропал вообще. Люди в вакууме. Всё, что у них есть, — телевизор. Я сегодня говорила со своим дедушкой. Он думает, что в митингах участвуют 16-летние пьяные подростки. Так, оказывается, сказали по телевизору, якобы [участники протестов] «не знают, чего хотят, и их на самом деле очень мало».

Азаттык: Какова сейчас обстановка в Минске? Мы видели кадры жестокого подавления протестов ОМОНом.

Анастасия Савицкая: Ночные митинги закончились. Люди скандировали: «Уходи!», «Беларусь!» У Лукашенко, по-моему, было намного меньше голосов, чем у Тихановской. После того как объявили итоги, люди вышли на улицы, пошли к стеле (мемориал в центре Минска. — Ред.). Против них вышел ОМОН с дубинками и щитами. Улица заполнилась слезоточивым газом. Мы не смогли открыть окно из-за этого. Всё усугубляется. Уже стреляли резиновыми пулями. Погибшие [во время подавления протестов] есть, минимум два-три человека (МВД подтвердило гибель одного участника протеста. — Ред.). Я получаю информацию по telegram-каналам и от знакомых, которые митингуют. Моя подруга выходила на митинги. Сейчас не могу с ней связаться. Пропала, не выходит на связь. Я не знаю [почему] — из-за того, что у неё нет связи, или потому, что ее задержали.

Ночь противостояния после дня выборов:

Ночь противостояния после дня выборов
please wait

No media source currently available

0:00 0:03:43 0:00


У меня далеко не самая главная улица, но [слышно] к вечеру митинги усиливаются. Машины начинают сигналить — это один из способов протеста. И люди скандируют. В воскресенье возле моего дома оцепили протестующих. Люди кричали: «Милиция с народом!» В некоторых городах, сообщают, милиция сложила оружия. ОМОН не стал нападать на протестующих. Позволили свободно передвигаться. По-моему, так было в Кобрине.

Азаттык: Вы выходили на протесты?

Анастасия Савицкая: Нет. Я жалею об этом, вы не представляете как. Мои родные меня не отпустили. Я сейчас пытаюсь связаться хоть с кем-нибудь из своих минских знакомых. Если кто-нибудь из них пойдёт сегодня, я присоединюсь. Стыдно сидеть дома, когда разделяешь общие взгляды и настроения и в то же время, когда страдают другие. На митинги выходят люди разных возрастов. В цепях солидарности — это когда люди держат друг друга под руки и образуют цепь — были дедушки, бабушки, молодые парни и девушки. Люди устали. Некоторых привозили на колясках. Сейчас в Беларуси нет далекого от политики человека.


Азаттык: Как настроены люди?

Анастасия Савицкая: Атмосфера: очень страшно. Очень страшно выйти даже в магазин. Потому что ОМОН хватает всех. Тихановская (кандидат в президенты Светлана Тихановская, которая собирала многотысячные митинги, — по официальным данным, набрала около 10 процентов голосов, она и ее соратники эти итоги не признали. — Ред.) предложила надевать белый браслет как символ протеста. Задерживают и обвиняют в участии в митингах даже людей, которые в белой майке. У нас с этим очень тяжело сейчас. В то же время есть воодушевление: «Ну давайте выйдем». Но всё еще недостаточно людей, кажется. Из-за этого очень страшно. Те, кто выходит, — они просто герои.


Азаттык: Почему, как вы считаете, люди вышли на протесты после объявления итогов голосования?

Анастасия Савицкая: Мы терпим 26 лет. 26 лет ничего нельзя было сказать. Чуть что — сразу закроют. Это явно сфальсифицированные результаты, я думаю, потому что по-другому нельзя было добиться 80 процентов (действующий президент Александр Лукашенко, по информации Центризбиркома, получил 80 процентов голосов и переизбрался на шестой срок. — Ред.). Мой друг служит в военном оркестре. Их заставили проголосовать досрочно. Он говорит, что на участке не было шторки (в кабинке, куда избиратель заходит с бюллетенем. — Ред.): «Я побоялся сфотографировать бюллетень». Фотография нужна была для того, чтобы отправить ее по Telegram'у и Viber'у независимой сети, которая по-своему считает голоса. Там уже больше миллиона человек [отправили] фотографии бюллетеней. Учитывая количество населения Беларуси (около 9,9 миллиона человек. — Ред.), это уже много. Такому подсчету тут же начали препятствовать. И люди боялись. Из-за коронавируса независимых наблюдателей не пустили на участки, их задерживали и лишали аккредитации.

Азаттык: Кандидат Светлана Тихановская покинула Беларусь. Как говорят ее соратники, из-за опасений за свою жизнь... Почему, как вы считаете, кандидат, которую никто не знал, за несколько месяцев стала популярной, если судить по многотысячным митингам, которые она собирала?

Анастасия Савицкая: Она просто кандидат «против всех». Она обещала провести честные выборы, чтобы народ потом избрал своего кандидата. Но многие выходили не из-за Тихановской. Было много причин выходить: усталость, гнев, разочарование.


Азаттык: Чего вы ожидаете от послевыборных митингов?

Анастасия Савицкая: Я боюсь, что окажется, что всё, что сделано, было зря и он [Лукашенко] останется. Конечно, хотелось бы лучшей жизни. Хотелось бы другого президента, чтобы президент уважал народ. Я хочу жить в свободной стране. Написать пост во «ВКонтакте», и чтобы мне за это ничего не было. Но я боюсь, что люди пострадали зря. Некоторые страны написали, что то, что происходит сейчас в Беларуси, недопустимо, что народ выражает свою волю и нужен диалог.

Азаттык: Вы сказали, что выходит «недостаточно людей» на протесты. По-вашему, в людях сидит страх после подавления поствыборных митингов в 2010 году?

Анастасия Савицкая: Есть разные причины. Некоторые боятся потерять работу. У нашей власти есть такой инструмент давления, как «волчий билет». Если тебя с какого-то места уволили, тебе потом очень трудно найти работу. В 2011 году мой знакомый пошел на митинг. Его поймали и посадили на несколько суток. Его выгнали из университета, он не смог найти нормальную работу. Ему пришлось уехать из Беларуси. Это опасные люди. Народ сильно этого боится.

  • 16x9 Image

    Аян КАЛМУРАТ

    Аян Калмурат – с 2017 года корреспондент Алматинского бюро Азаттыка.

    Окончил университет «Туран» по специальности журналистика. Ранее работал в информационном агентстве 7kun.kz и в республиканской политической газете «Жас Алаш».

    Связаться с автором можно на его странице в Facebook'e.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG