Доступность ссылок

Срочные новости

Акежан Кажегельдин: Америка меняется, придёт обновление и в Казахстан


Акежан Кажегельдин, лидер казахстанской оппозиции в эмиграции. Лето 2008 года.

Акежан Кажегельдин в интервью нашему радио Азаттык говорит, что победа Барака Обамы принесет изменения и Казахстану. Лидер оппозиции в изгнании сказал особое мнение и про Рахата Алиева, и про “Казахгейт”.

АКОРДА ДОЛЖНА ГОТОВИТЬСЯ ТЕПЕРЬ К БОЛЕЕ ЖЁСТКОМУ СПРОСУ

- Президентские выборы в США закончились именно тем результатом, который ждал, можно сказать, весь мир. На ваш взгляд, будут ли какие-то изменения в политике Белого дома в Центральной Азии, куда относится и Казахстан, относительно демократических реформ, относительно выполнения Казахстаном своих мадридских обещаний?

- Выборы в США, действительно, оказались историческими. Я довольно давно наблюдаю за выборами в Соединенных Штатах, много раз бывал на дебатах, ездил на съезды, которые проводят обе партии.

По своей значимости эти выборы я бы не постеснялся поставить в один ряд с такими историческими событиями, как отмена рабства, отмена крепостного права в России и с такими важными для нас, казахов, событиями, как получение Казахстаном независимости, становлением этой страны как единицы международного сообщества.

Впервые американское общество показало, что оно сумело преодолеть ксенофобию и расизм не на словах, а на деле. Думаю, что огромная масса людей в Европе, Азии и Африке, которая последние 7 - 8 лет жила под большим стрессом, сегодня испытала большое облегчение. Также была опасность зарождения антиамериканизма.

Но на самом деле победил не просто Барак Обама - победили демократы. Я думаю, что проиграли Джордж Буш и Ричард Чейни, которые за 8 лет наделали очень много ошибок. Думаю, произошла оценка того цинизма, который был весьма присущ этой администрации.

И поэтому будет совершенно новая политика, особенно во внешней политике. Начнется новый отсчет, потому что у демократов в США нет никаких принципиальных политических обязательств перед Республиканской партией. Наоборот, они имеют полную возможность организовать внешнеполитическую деятельность с чистого листа, можно сказать. Хотя, конечно, Соединенные Штаты - далеко не молодое государство, и обычно у них последовательность в межгосударственных отношениях, естественно, присутствует.

Я думаю, что наступило время, когда наше руководство должно готовиться к более жестким вопросам и, вообще, быть готовым в принципе выполнять свои обещания. А в Казахстане есть невыполненные обещания, к большому сожалению.

Тем не менее надеюсь, что исторические уроки повлияют в правильном направлении на те решения, которые будут приниматься Акордой в будущем.

- Господин Кажегельдин, вы, наверное, в курсе, что президент Нурсултан Назарбаев неоднократно заявлял, что на саммите ОБСЕ в Мадриде никаких обещаний не давал?

- Я не знаю, по какой причине Нурсултан Абишевич с таким непонятным упорством повторяет этот свой тезис. Это абсолютно не так. В Мадриде были приняты данные обязательства Казахстана, правда, не им, а министрами иностранных дел стран-членов ОБСЕ.

И все прекрасно знают, что страны, которые согласились на то, чтобы первая постсоциалистическая - и особенно из постсоветского центральноазиатского региона - страна получила авансом право председательствовать в этой организации, весьма почетна для нас и очень важна исторически для Казахстана. При условии, что казахская сторона приняла на себя, как они считали, минимальные обязательства и выполнила их. И Акорде придется их исполнять.

Я не понимаю это упрямство президента Назарбаева. Оно на самом деле вредит ему персонально как политику и вредит нашей стране. Стандарты, которым необходимо соответствовать, существуют, и их нужно спокойно и без истерики выполнить. Это не является унижением или каким-то политическим поражением. Это является исполнением правил вхождения в организацию особого положения.

Его же стране предстоит возглавлять такую международную структуру, основополагающим принципом которой является демократия и соблюдение прав человека. И если у этой организации есть претензии к стране, готовящейся председательствовать в ней и соответствовать этим параметрам, то, мне кажется, пора уже спокойно принять решение и выполнить свои обязательства. Их не очень-то и много.

Кстати сказать, год назад господин Назарбаев сам признал, что последняя модернизация “по-казахски” нашей конституции привела к большим перекосам. В свое время мы с большой критикой ушли от однопартийной системы в лице Коммунистической партии и вдруг снова пришли к однопартийной системе в лице партии “Нур-Отан”.

Я не думаю, что это здорово, и Нурсултан Назарбаев прекрасно об этом знает, сам неоднократно признавал этот факт. Но когда-то что-то надо делать, если не завтра, то в ближайшем будущем.

РАХАТ АЛИЕВ МОЖЕТ СТАТЬ ВАЖНЫМ СВИДЕТЕЛЕМ НА СУДЕ ПО “КАЗАХГЕЙТУ”

- Акежан Магжанович, судебный процесс по нашумевшему делу о “Казахгейте” в США, к которому имеют непосредственное отношение первые руководители Казахстана во главе с президентом Нурсултаном Назарбаевым, по мнению наблюдателей, по непонятной причине слишком затянулся. Как вы считаете, закончится ли когда-нибудь этот скандальный и неприятный для властей Казахстана процесс? Если “да”, то какие политические или иные последствия он может иметь для нынешнего хозяина Акорды?

- Я начну с конца Вашего вопроса. Я иногда читаю и слышу мнения многих наблюдателей в нашей стране, что затягивание этого процесса является ни чем иным, как неким инструментом постоянного давления на высшее руководство страны. Я хочу разочаровать таких наблюдателей и сказать, что это дело не имеет никакого отношения к политике.

Естественно, сам судебный процесс, продолжающийся уже долгие годы, конечно же, портил отношения между США и Казахстаном по той простой причине, что политическое руководство Казахстана никак не могло взять в толк, как такое может быть, что администрация Белого дома не может позвонить в прокуратуру и прекратить это дело.

Но дело в том, что в той политической системе, при которой ветви государственной власти абсолютно независимы друг от друга, ни старая уходящая власть, ни новая приходящая администрация каким-либо образом повлиять на этот процесс не могут. И это величайшее и очень важное отличие наших политических систем.

Поэтому Джеймс Гиффен уже наказан тем, что пять лет сидит у себя дома с браслетом на ноге. Я думаю, что все-таки этот процесс закончится в ближайшее время. Я с нетерпением жду, как будут развиваться события после 25 сентября, когда разгневанный судья Поули на закрытом судебном заседании собрал руководителей разведывательных служб и политических ведомств с тем, чтобы получить все требуемые сторонами документы, для того чтобы обеспечить, как он считает, объективность этого процесса.

Процесс затягивается только потому, что так называемые “классифицированные документы”, которые существуют в правительственных органах, не могут просто так, без изъятия, переданы в судебные комнаты, где находятся 12 гражданских лиц – присяжных заседателей, у многих из которых, я в этом абсолютно уверен, нет допуска к секретным документам.

С другой стороны, абсолютно известно, что суд слишком долго затянулся. Эту тему американская пресса уже подняла.

Но там есть и второе обстоятельство. Я вам напомню интервью, которое Рахат Алиев в апреле месяце дал одному из СМИ в Казахстане, где он заявил о том, что была новая попытка каких-то людей, лоббирующих интересы политического руководства Казахстана, вмешаться в этот процесс.

Учитывая, что Рахат Алиев сам находился в системе управления страной долгое время, особенно продолжительное время работал как в МИДе, так и в КНБ, у меня лично нет никаких сомненний в том, что он знает что говорит.

Скорее всего, речь идет о том, что это событие, о котором Рахат Алиев говорил в апреле ( он сам недавно в интервью австрийской газете заявил, что готов выступить свидетелем по этому делу), дополнит существующее дело, которое уже передано в суд. И если прокуроры решат, что в описываемых Рахатом Алиевым событиях имеются нарушения законодательств США, то, естественно, это дело будет оформлено и рассмотрено Большим Жюри, после чего будет выдвинуто обвинение.

Я боюсь, что мы находимся накануне появления еще одного большого и не менее скандального дела, связанного с Джеймсом Гиффеном.

- Господин Кажегельдин, как известно, в Акорде опасаются выступления Рахата Алиева в качестве свидетеля на судебном процессе по делу Гиффена, бывшего советника президента Нурсултана Назарбаева. Но еще раньше в Астане опасались ваших свидетельских показаний на этом процессе. Какова вероятность вашего выступления в деле Джеймса Гиффена, в деле “Казахгейта”?

- Вы не обижайтесь, я не хотел бы отвечать на ваш вопрос. Я вам скажу только, что не буду это комментировать, так как это - идущий процесс.

Но хочу просто сказать, что мне, как казаху, абсолютно нет никакого интереса сделать что-либо, что может повредить моей стране или имиджу моей страны.

Рахат Алиев находится в таком положении, когда он не может по-иному поступить. В отличие от него у меня нет таких непреодолимых обстоятельств. Наверное, в самом начале мотивом поступка Рахата Алиева была какая-то обида.

Но дело в том, что у Рахата Алиева, при его нынешнем юридическом положении, может и не оказаться другого выбора, и он пойдет и станет весьма интересной фигурой для любого такого процесса. В такого рода процессах он может быть взят даже не только как свидетель, но и как источник, необходимый для доказательства каких-либо событий, как источник материалов, которые могут иллюстрировать, как происходили или были организованы события. Он является, несомненно, весьма значимой фигурой.

Я знаю, что казахскому руководству хорошо известно об этом. Но я наблюдаю, что в ответ на такие возможные шаги выдвигаются какие-то новые обвинения разными административными органами страны, а это - не самый лучший выход, в принципе.

Но получается какое-то парадоксальное явление - только с прошлого года стало известно, что Рахат Алиев совершил два с лишним десятка преступлений. Либо об этом не знали в руководстве Казахстана, либо знали и поощряли до поры до времени.

Трудно поверить в правосудие, когда человек, находясь на высокой государственной службе, вдруг за два месяца становится преступником, а через три месяца уже доказывает все эти преступления.

Всем понятно, что в Казахстане, к сожалению, нет независимого суда и следствия. Свидетелями во всех их “делах”, к сожалению, выступают, в основном, государственные служащие, имеющие прямое отношение к органам, которые предъявляют эти обвинения.

Поэтому полагать, что за рубежом возьмут и примут все обвинения, предъявленные в адрес Рахата Алиева, было бы наивно с самого начала. Весь этот процесс приведет только к одному – обмен взаимными претензиями, обмен компрометирующими материалами наносит огромный вред самой стране.

(Продолжение интервью следует).

Смотреть комментарии (18)

Форум закрыт, но вы можете продолжить дискуссию по этой теме на странице Радио Азаттык в Фейсбуке: https://www.facebook.com/RadioAzattyq
XS
SM
MD
LG