В годы сталинских чисток были арестованы 105 тысяч человек, в том числе жены и дети «изменников Родины».
Изменения в законодательстве Казахстана предусматривают привязку мобильников к персональным данным.
Чабан Даба Цыбенов с утра до вечера заботится о лошадях, коровах, овцах. О другой жизни он не мечтает.
Украинские СМИ считали, что за организацией стоит Москва, российские называли Бабченко «провокатором».
Казахстан объяснил, почему кыргызстанцев усиленно проверяют в аэропорту Алматы. В Бишкеке могут завести дела еще на двух соратников Атамбаева.
Покушение на журналиста Аркадия Бабченко оказалось инсценировкой. Он сам пришел на пресс-конференцию СБУ, посвященную расследованию покушению на него.
Орел в мозаике с логотипа казахстанской госпрограммы удивительно похож на творение французских дизайнеров.
Выходец из Таджикистана, живущий в Иркутской области, 20 лет добивается гражданства России.
«Когда мы впервые поняли, что это нервно-паралитическое вещество, мы предполагали, что они не выживут».
Казахстан обсуждает схожесть логотипов госпрограммы модернизации сознания и французской компании.
В Латвии вступил в силу закон об отмывании, запрещающий банкам обслуживать компании-пустышки.
Как каналы сообщили о выводах следствия, что Boeing над Донбассом сбили из «Бука» российских военных.
На российско-монгольской границе живет народ Духа, который столетиями не меняет образа жизни.
Суд в Алматы закрыл сайт Ratel.kz. Ветер принес в Узбекистан и Туркменистан соляную пыль с Арала.
Кыргызстан не учитывает и не охраняет свои археологические памятники. Государство не находит средств.
У российских каналов новая «страшилка» о Балтии - в Эстонии решили разместить на гербе коноплю.
В 15 километрах от Бишкека сельчане пьют из водопровода, в котором вместо чистой воды бежит речная.
Поезда из Центральной Азии в Москву везут вагоны, полные безбилетников. Их подсаживают и в Казахстане, и в России.
В Кыргызстане музей заподозрили в растратах на реконструкцию. В Казахстане создали интерактивную антикоррупционную карту.
Чета О’Брайен живет в Австралии. Их сыну было 25 лет, когда лайнер, в котором он летел, сбили над Донбассом.
Загрузить больше
