НА ПЕПЕЛИЩЕ
Пустым взором осматривает Алишер груды того, что было его жильем. Перелезая через дебри разломанных стен и разбитой вдребезги посуды, он направляется к тлеющему остову сгоревшего дома, где, как он вспоминает, жила «хорошая семья».
Потом Алишер указывает на темно-красное пятно на дороге и говорит, что там был ранен человек: он истекал кровью и в его отсутствующем взгляде проступала смесь страха и отчаяния. Алишер предпочел не называть своей фамилии, беспокоясь о безопасности семьи. По национальности он - узбек. Ему около 25 лет. У него короткие черные волосы и печальные карие глаза.
У него ничего не осталось, кроме одежки, упакованной за спиной: пара синих тренировочных брюк, кремовая спортивная сорочка - всё это измазано грязью и пеплом. Он говорит, что его жилище в Оше и всё, что он имел, поглотил огонь во время убийственных столкновений между кыргызами и узбеками с 10 по 14 июня.
«Многие люди погибли из-за ничего, - говорит Алишер. - Женщины, дети и пожилые люди. Те, кто спасся, смогли это сделать только благодаря тому, что перебегали из одного здания в другое».Сотни - и, возможно, тысячи - были убиты и сотни тысяч спаслись бегством
Многие люди погибли из-за ничего. Женщины, дети и пожилые люди. Те, кто спасся, смогли это сделать только благодаря тому, что перебегали из одного здания в другое.
во время столкновений в Южном Кыргызстане.
ДАВНИЕ ОБИДЫ
Между кыргызами и узбекским меньшинством в Кыргызстане издавна существовали скрытые этнические трения. Узбеки составляют 15 процентов населения в стране, но в южных районах плотность узбекских поселений доходит до одной трети.
Смешанные браки очень редки. Нечасто совместное партнерство в бизнесе. Узбеки, живущие преимущественно в городах на юге, не представлены адекватно в правительстве. Узбеки жалуются на обращение как с второсортными гражданами. Кыргызы в большинстве живут в сельских местностях и жалуются, что узбеки доминируют в коммерческом секторе.
В 1990 году, когда Кыргызстан еще пребывал в составе СССР, споры по поводу прав на землю в Оше привели к этническим столкновениям. Это заставило центральную власть в Москве послать тысячи военнослужащих, чтобы подавить волнения.
Юг Кыргызстана известен как прибежище для наркоторговцев и был издавна трудным регионом для контроля властей в Бишкеке.
НАЧАЛОСЬ С ПОТАСОВКИ В КАЗИНО
Всё началось с драки в казино и выплеснулось на улицы Оша, второго по величине города страны. Столкновения очень быстро
Горящее здание. Ош, 11 июня 2010 года.
переросли в вооруженный конфликт, распространившийся на соседний областной центр Джалалабад и другие южные районы. Это привело к массовому исходу этнических узбеков, а правительство Кыргызстана не могло или не желало восстановить контроль.
Долговременное напряжение между кыргызами и узбеками закипало месяцами в Южном Кыргызстане, прежде чем дошло до насилия. Однако беседы с рядом свидетелей в Оше и с официальными представителями в Бишкеке наводят на мысль, что причиной столкновений было нечто большее, чем этнические распри.
После свержения президента Курманбека Бакиева в апрельском народном восстании различные группировки затеяли непрерывающуюся борьбу, накаляя при этом ситуацию в стране. Эти группировки, как обнаружилось, поддерживали накал, используя этническое напряжение и пытаясь получить от этого политическую выгоду.
Временное правительство под руководством Розы Отунбаевой обвинило силы, лояльные Курманбеку Бакиеву, в разжигании насилия с целью дискредитации нового руководства. Однако многие аналитики, правозащитные активисты и другие наблюдатели представляют более сложную картину.
Не отрицая возможной роли Курманбека Бакиева и других в разжигании насилия, эти наблюдатели говорят, что полиция и военные участвовали в атаках на узбеков. Этническая близость перевесила верность государству, и власти в Бишкеке потеряли контроль по крайней мере над частью своих вооруженных сил.
Более того, нежелание Временного правительства признать потерю контроля над ситуацией на юге и взять ответственность за действия негодных элементов в вооруженных силах - это нежелание нанесло ущерб доверию правительства и препятствовало его дееспособности в преодолении непрекращающегося кризиса.
То, что произошло сейчас, является массированным. И хотя ситуация выглядит и срежиссированной, но она абсолютно хаотична, анархична, с довольно огромным количеством вооруженных людей, совершавших злодеяния.
Аналитик из лондонского Института исследований войны и мира Джон МакЛеод так объясняет ситуацию:
«Я думаю, частично из-за размаха столкновений стало трудно ограничить происходящее сравнительно небольшим количеством людей. После апрельской революции, или заговора, происходили спорадические выступления, но они были незначительными по масштабу. И действительно, некоторые события, имевшие место, - протесты и так далее – были, очевидно, дирижированы бакиевской семьей. Но они имели сравнительно ограниченный характер. То, что произошло сейчас, является массированным. И хотя ситуация выглядит и срежиссированной, но она абсолютно хаотична, анархична, с довольно огромным количеством вооруженных людей, совершавших злодеяния».
ПЛАМЯ КОНФЛИКТА РАЗГОРЕЛОСЬ БЫСТРО
Волна столкновений в Оше началась в предрассветные часы 10 июня, когда две группы молодых людей - одна кыргызская и другая узбекская - играли в местном казино. Они стали обвинять друг друга в мошенничестве, и началась потасовка. Столкновение перенеслось на улицу, когда подкрепление с обеих сторон, вызванное по мобильным телефонам, присоединилось к драке.
Кыргызские солдаты стоят на бронированной машине. Ош, 11 июня 2010 года.
Слухи моментально разнеслись по округе (их позднее развенчало сообщение международной правозащитной организации «Хьюман Райтс Вотч»), что толпа узбеков изнасиловала как минимум двенадцать кыргызских девушек и троих убили в ближайшем общежитии.
Фальшивые сообщения вызвали гнев у кыргызов, которые толпами вырвались на улицы, взывая к мести.
Узбеки скрылись в своих домах. Однако рано утром 11 июня тяжело вооруженные люди в черных лыжных масках ворвались в узбекские районы. За ними следовали буйствующие толпы этнических кыргызов, которые устроили жителям бойню, поджигая их дома.
Алишер и его соседи говорят, что жители его квартала Мажаринтал, преимущественно узбеки, заблокировали дорогу КамАЗом в безуспешной попытке сдержать нападающие толпы.
«Рано утром, около 5 часов 20 минут, - говорят они, - люди вышли и стали собираться вместе. Затем появился бронеавтомобиль, и люди стали опасаться за свою жизнь. На большой скорости автомобиль прорвался через баррикаду, сооруженную на краю местности. Люди в бронемашине имели при себе автоматическое оружие, а за ними следовала огромная толпа. Их прикрывали снайперы».
Подобные сцены разыгрывались в других узбекских поселениях. Бронемашины с наполненными, по рассказам жителей, кыргызскими солдатами прорывались через самодельные баррикады, позволяя толпам при поддержке снайперского огня врываться в жилища и учинять насильственный грабеж.
СНАЙПЕРЫ НА НУЖНОЙ КРЫШЕ
В заявлении от 25 июня международная правозащитная организация «Хьюман Райтс Вотч» писала: «Многие узбеки передавали нам, что уверены либо в участии в атаках кыргызских силовиков, либо в преднамеренном игнорировании таких нападений». Кыргызские официальные лица отрицают участие вооруженных сил в разбое и утверждают, что криминальные группы выкрали военную униформу, машины и амуницию, перед тем как инсценировать атаки.
Власти, однако, не защитили свои заявления предоставлением каких-нибудь доказательств. При этом выглядит так, что не было
Узбекский военный несет на руках ребенка беженцев из Оша на кыргызско-узбекской границе. 14 июня 2010 года.
предпринято усилий, чтобы расследовать противоправные действия нарушителей в вооруженных силах и в службе безопасности.
Представитель департамента полиции в Оше Азамир Сыдыков заявил, что его служба не была готова иметь дело с насилием, которое произошло. У полиции не было предостережений о том, что подобное может случиться, сказал он, добавив, что в распоряжении департамента нет достаточного количества офицеров, чтобы иметь дело с конфликтом такого масштаба.
Свидетели говорили, что снайперы стреляли с убийственной точностью, попадая в голову либо в сердце жертвы. И выглядело так, что люди в нападающей толпе понимали, как далеко простирается зона их защиты и до какого предела они прикрыты снайперским огнем, чтобы свободно и безнаказанно атаковать.
К примеру, снайперы в Мажаринтале разместились на крыше пятиэтажного здания с доминирующим обзором узбекской окрестности. Однако атаки в районе распространялись только на те места, куда снайперы имели прямой доступ для огневой поддержки. Местности, просматриваемые с пятиэтажного здания, практически остались нетронутыми, и это было свидетельством того, что разъяренные атакующие толпы точно знали, до какого момента они прикрыты снайперами.
Алишер сказал, что те, кто находился в местностях, простреливаемых снайперами, не имели никакого шанса. «Если вы пройдете по этой дороге чуть дальше, - говорит Алишер, - то там есть место, где людей доставали снайперы. Они залегли на мебельном заводе около холма Сулеймана. Кыргызы могли рассчитывать на огневую поддержку в случае, если узбеки окажут сильный отпор. Но узбеки были не в состоянии это сделать, поскольку их просто уничтожили. Снайперы убили их. У нас не было даже шанса оказать сопротивление».
Представитель кыргызских силовых органов сообщил об аресте двадцати снайперов, семь из которых заявили, что они иностранцы. Власти, однако, не предоставили никакой дополнительной информации о предполагаемой идентичности снайперов.
В другом узбекском квартале, в Черёмушках, столкновения начались тоже рано утром 11 июня. Но в отличие от Мажаринтала, расположенного на холме с его лабиринтами узких улочек, Черемушки находятся на равнине с широкими дорогами.
Это было на руку кыргызским нападающим, когда они перебирались от дома к дому и убивали жителей. К ночи каждый узбекский дом во всей местности был сожжен дотла. Невредимым остался только один дом, в котором живет украинка с ее мужем-таджиком.
Жительница центрального района в Оше, узбечка Гулбахор Жураева, сообщила, что насилия начались уже ночью 10 июня. «Это все
Группа молодых людей, скандируя, прошла по дороге. Их было от двухсот до трехсот. Это случилось ночью 10 июня. Они стали поджигать машины, и все поглотило пламя. Они подожгли магазин возле нашего дома. Магазин открыт двадцать четыре часа, и они начали разрушать его, убивая узбекских парней, которые были внутри. Рядом стоит ресторан, но они его не тронули.
началось в Оше в полночь, - говорит она. - Я была с моим отцом. Группа молодых людей, скандируя, прошла по дороге. Их было от двухсот до трехсот. Это случилось ночью 10 июня. Они стали поджигать машины, и все поглотило пламя. Они подожгли магазин возле нашего дома. Магазин открыт двадцать четыре часа, и они начали разрушать его, убивая узбекских парней, которые были внутри. Рядом стоит ресторан, но они его не тронули».
РАЗНОЕ ОРУЖИЕ
В Наримане, рядом с Ошским аэропортом, узбекские жители предприняли контратаку на расположенное поблизости кыргызское поселение. Кыргызские свидетели и солдаты из ближайшего контрольно-пропускного пункта сообщили, что снайперы в Наримане вели огонь по главной улице, ведущей в город. Стреляли также в направлении кыргызского села Мангыт.
Были неподтвержденные сообщения о похищении одного кыргыза. Жители соседних кыргызских сел говорили о телах (а в одном случае и о голове убитого кыргыза), которые были смыты в ирригационный канал из Наримана. Подобных случаев, однако, намного меньше, чем тех, которые произошли в узбекских поселениях и кварталах.
Вследствие насилий этнические кыргызы в огромных количествах оказались на улицах Оша, в то время как этнические узбеки скопились в своих жилищах и за баррикадами.
Один солдат в центре Оша указал на сгоревшее кафе. «Вы видите это место? Кыргызы работали там. Кыргызские девушки мыли посуду
Бетонный блок с надписью "Кыргызская зона" в центре Оша. 13 июня 2010 года.
и обслуживали за столами», - сказал он, пытаясь доказать, что кыргызы были жертвами столкновений. На вопрос, кто владел заведением, он ответил: «Один узбек».
Cогласно наблюдателям, если в распоряжении у кыргызов было автоматическое оружие и бронемашины, то узбеки отбивались в основном охотничьими ружьями.
МАРОДЕРСТВО
В госпитале в Оше главный врач Турек Кашгаров сообщил, что с начала столкновений он лечил приблизительно одинаковое количество кыргызов и узбеков.
Когда корреспонденты Радио «Свободная Европа»/Радио «Свобода» посетили госпиталь, двадцать из двадцати двух пациентов, находящихся на излечении, были кыргызы. Но, по словам Турека Кашгарова, большинство из них имели ранения от дробовиков или картечи.
После того как стихла волна насилия, в Оше неделю продолжалось мародерство, нацеленное в основном на магазины и кафе, принадлежащие узбекам. Полиция и силы безопасности принимали мало мер, чтобы остановить нарушителей. Вплоть до 19 июня были видны рыскающие среди обломков люди в поисках чего-то стоящего.
В Оше по всему городу не были тронуты дома и бизнесы с надписями «кыргыз», сделанными спреем. Тем временем другие дома были сожжены до основания.
РОЛЬ КУРМАНБЕКА БАКИЕВА
Временное правительство, возглавляемое Розой Отунбаевой, обвиняет силы, лояльные Курманбеку Бакиеву, которого свергли в апреле и который пребывает в изгнании в Беларуси.
Выступая на пресс-конференции 11 июня, Роза Отунбаева таинственно сослалась на «третью силу», которая стремится подорвать конституционный референдум об установлении парламентской демократии, состоявшийся 27 июня.
«Те, кто хочет сорвать референдум, - сказала она, - кто выступает против курса правительства, против всего, что началось 7 апреля, - эти люди делают всё возможное для поддержки напряжения, с тем чтобы отношения между старым правительством и новыми силами переросли в этнический конфликт».
Курманбек Бакиев, который разыгрывал кыргызский национализм, имел свою главную базу политической поддержки на юге, хотя этнические узбеки его изрядно ругали.
В свою очередь, узбеки надеялись, что новое Временное правительство положит конец дискриминационной практике против них. Правительственная версия была в какой-то степени подкреплена перехватом телефонного разговора в мае, размещенного в Интернете, в котором сын свергнутого президента Максим Бакиев сказал, что планирует сбросить правительство, спровоцировав беспорядки на юге. Согласно сообщениям прессы, он сейчас добивается политического убежища в Великобритании.
Официальные лица во Временном правительстве говорят, что Бакиев нанял наемников из Таджикистана и Афганистана, чтобы осуществить план. Курманбек Бакиев, со своей стороны, отрицает какую бы то ни было роль в насилиях. Роза Отунбаева утверждает, что наркоторговцы в Оше также способствовали всплеску насилия. Кроме того, правительство заявило, что боевики из Исламского
Президент Кыргызстана Роза Отунбаева во время поездки в Ош. 18 июня 2010 года.
Движения Узбекистана инфильтрировались в узбекские поселения Кыргызстана и провоцировали насилие.
Главные мусульманские лидеры выступают со своим планом призыва к сдержанности. Через неделю после того, как утихли столкновения, в пятничной молитве 18 июня по громкоговорителям передавалось послание имама в мечети Имама аль-Бухари в Оше. «Кыргызы и узбеки - мусульмане, а мусульмане - братья, - сказал имам по-узбекски. - Не поддавайтесь на провокации. Если вы на них пойдете, то вы выполните работу сатаны».
Обвиняя во всем Курманбека Бакиева, его сторонников, исламских боевиков и наркоторговцев, Временное правительство отказалось признать, что оно непреднамеренно могло способствовать напряжению.
РОЛЬ КАДЫРЖОНА БАТЫРОВА
Некоторые наблюдатели ищут корни последних столкновений в событиях, происшедших 13 мая, когда сторонники Курманбека Бакиева установили контроль над местными органами власти в Джалалабаде.
Директор правозащитной группы «Кылым Шамы» в Бишкеке Азиза Абдурасулова сообщает, что кыргызские власти призывали узбекского бизнесмена и ректора университета Кадыржона Батырова с вооруженными добровольцами занять административное здание.
«Временное правительство, - говорит правозащитница, - приобщило некоторых узбеков к своей политической борьбе, и это было нехорошей затеей. Они втянули узбеков, когда перехватили контроль над административным зданием в Джалалабаде. Это осуществила
Временное правительство приобщило некоторых узбеков к своей политической борьбе, и это было нехорошей затеей. Они втянули узбеков, когда перехватили контроль над административным зданием в Джалалабаде. Это осуществила группа, ведомая Кадыржоном Батыровым.
группа, ведомая Кадыржоном Батыровым. 14 мая его людям было роздано оружие, и они возвратили контроль над административным зданием».
После захвата административного здания группа Кадырджона Батырова сожгла семейный дом Бакиевых. На следующий день тысячи кыргызов требовали ареста Батырова. Однако он оставался на свободе.
Отчуждение между кыргызами и Кадыржоном Батыровым еще более усилилось после того, как он публично высказался за автономию узбеков на юге Кыргызстана и призвал, чтобы в новом проекте Конституции были прописаны специфические положения для узбеков, такие как официальный статус их языка. Позже правительство выдало ордер на арест Батырова, но он бежал из страны.
ПОСЛЕ СТОЛКНОВЕНИЙ
Во время кризиса в южном регионе представителем центра был мэр Оша Мелис Мирзакматов - довольно противоречивая личность, к которой узбеки относились с подозрением. Близкий сторонник Курманбека Бакиева, Мелис Мирзакматов сумел удержаться при власти после свержения его шефа, используя необычные методы.
Через день после падения Бакиева 250 спортивного телосложения парней собрались на площади перед зданием мэрии и потребовали, чтобы Мелис Мирзакматов оставался на посту мэра. Во избежание дальнейших бунтов Временное правительство в Бишкеке уступило протестующим.
Выступая на пресс-конференции 19 мая, Мелис Мирзакматов пытался представить себя другом узбекской общины. Однако на той же пресс-конференции, когда кыргызские семьи показали фотографии своих исчезнувших во время столкновений родственников, Мирзакматов объявил об операциях сил безопасности по поиску пропавших, о которых кыргызы говорят как о заложниках, захваченных узбеками.
Кроме того, по словам Мелиса Мирзакматова, власти подозревают, что исламские террористы прятались в узбекских поселениях. Он при этом добавил, что все баррикады, защищавшие эти кварталы, должны быть расчищены к следующему дню, иначе органы безопасности «прибегнут к силе». Временное правительство было не в состоянии контролировать Мирзакматова или не желало.
По крайней мере два узбека были убиты, когда силы безопасности занялись узбекскими кварталами в Наримане.
Операции проводились также в Отхоне - местности, которая избежала столкновений и в которой нашли убежище те, кто пытались спастись от волны насилий, нахлынувшей на соседние Черёмушки.
Силы безопасности сообщили, что был найден героин в гуманитарных поставках в Отхон. Там же был задержан узбекский бизнесмен, который помогал беженцам. Жители заявили, что силы безопасности также конфисковали продовольствие, деньги и ювелирные изделия.
Однако не поступало никаких сообщений об аресте предполагаемых террористов или освобождении заложников.
Новая Конституция в Кыргызстане введена в действие 2 июля. Она будто бы усиливает легитимность и власть Временного правительства.
Но при отсутствии независимого расследования недавних столкновений с отчетом тех, кто ответственен за них, по мнению наблюдателей, позиция нового правительства будет оставаться шаткой, а ситуация на юге неустойчивой.