НАЗВАНИЕ - СУЩЕСТВЕННО
Судьбу закона «О доступе к информации» обсуждали в течение двух дней в Астане в ходе экспертной встречи, где выяснилось, что на территории постсоветских государств такой фундаментальный закон отсутствует только в Казахстане, Беларуси и Туркменистане.
При этом одной из главных тем дискуссии стало название будущего законопроекта. Несмотря на внешнюю «несерьезность» вопроса, разница в названиях законопроектов - «Об информации и защите информации» и «О доступе к информации» - говорит о принципиально разных подходах.
Кстати, депутат Верховной рады Андрей Шевченко сообщил, что аналогичные проблемы были и в Украине, где законопроект трансформировался из законопроекта «Об информации» в законопроект «О доступе к информации», а в окончательном варианте стал законом «О доступе к публичной информации».
ПРАВИТЕЛЬСТВО НЕ СПЕШИТ
Депутат мажилиса парламента Казахстана Жакып Асанов считает, что сегодня законы не обеспечивают реализацию прав граждан на
Жакып Асанов, депутат парламента Казахстана. Астана, 22 июня 2010 года.
получение информации и каждая государственная структура сама решает, давать информацию гражданам или нет и какие сведения считать открытыми, а какие закрытыми.
В стране не должно быть монополии на информацию.
Далее он продолжил свои неожиданные откровения и заявил, что уровень коррупции, помимо прочих факторов, зависит от политики государства в информационной сфере. «В стране не должно быть монополии на информацию, и Казахстану нужен законодательный механизм», - сказал он.
В своем выступлении депутат Жакып Асанов отметил, что в Казахстане ежегодно привлекается к различным видам ответственности семь-восемь тысяч различных чиновников и что «такими темпами в будущем некому будет работать».
В перерыве встречи он уточнил нашему радио Азаттык свою позицию и объяснил, что доступ граждан к информации носит профилактический характер и позволяет общественности контролировать деятельность государственных органов, а не бороться с коррупцией только путем наказаний чиновников.
В качестве примера закрытости государственных органов он привел следующее: «Мы тратим миллиарды бюджетных денег на создание электронного правительства, сайтов местных акиматов, но законодательно не закрепили, каким должно быть содержание информационных ресурсов. Поэтому ведомственные веб-сайты содержат ту информацию, которая выгодна данному государственному органу».
Ведомственные веб-сайты содержат ту информацию, которая выгодна данному государственному органу.
Но на этом откровения депутата не закончились. Он пожаловался участникам встречи на правительство, которое проигнорировало рекомендации депутатов «быстрее разработать такой законопроект и внести его в план работы мажилиса 2010 года» и отложило его разработку на последний квартал 2011 года.
ИЗМЕНИТЕ ОТНОШЕНИЕ К СТУКАЧАМ
Сергей Карпов - глава отдела коммуникаций и информации кластерного бюро ЮНЕСКО в странах Центральной Азии - считает, что коррупцию в Казахстане породила советская культура секретности и сейчас «запрещается всё, что не разрешено». По его информации, граждане страны не успевают отслеживать изменения в национальном законодательстве, поскольку свыше ста тысяч различных документов находятся в состоянии постоянных изменений.
Особое внимание Сергей Карпов уделил остаткам советской субкультуры стукачества. Он недоумевает по поводу отрицательного отношения в обществе к стукачам, сексотам и «свистунам». «Мы, что, сидим в одной камере что ли?» - удивлялся он.
Сергей Карпов считает, что «если не будет информаторов, то не будет и информации», и предлагает освободить чиновника от
Если не будет информаторов, то не будет и информации.
ответственности, если он разглашает служебную, но общественно значимую информацию.
ТРИ КРИТЕРИЯ ЗАКРЫТОСТИ ИНФОРМАЦИИ
Андрей Шевченко, депутат Верховной рады, руководитель рабочей группы по подготовке закона «О доступе к публичной информации», сообщил, что летом 2009 года законопроект был принят в первом чтении, а в июле 2010 года должен поступить на подпись к президенту Украины Виктору Януковичу.
Он сообщил казахстанским коллегам о том, как преодолеть сопротивление и неприятие спецслужб и силовых органов при подготовке аналогичного законопроекта. По его словам, только пригласив специалиста службы безопасности Украины (аналог казахстанского
Депутат Верховной рады Украины Андрей Шевченко. Астана, 22 июня 2010 года.
КНБ), который участвовал на всех этапах подготовки данного закона, они смогли убедить силовиков в его общественной значимости.
При этом украинские законодатели определили критерии, при наличии которых государственная информация может быть засекречена. Во-первых, если ее публикация несет угрозу национальной безопасности. Во- вторых, если разглашение этой информации нанесет существенный вред, а не просто вред. И третий фактор того, что информация может быть засекречена, состоит в более весомом ее вреде по сравнению с общественным интересом к ней.
По выражению Андрея Шевченко, философия украинского «закона состоит в том, что вся информация, которая закрывается властью, должна четко пройти через эти три критерия».
Украинские законодатели также не согласились с формулировкой «коммерческая тайна», если частная компания имеет отношение к освоению бюджетных средств. Данная информация также отнесена к разряду публичных, и запросы граждан и прессы подлежат немедленному исполнению.
В целом появление такого закона украинский депутат Андрей Шевченко не считает революцией, а скорее относит к разряду эволюционных действий, поскольку «это логичное развитие общества согласно мировой тенденции, против которого нет смысла что-то делать».
Марьяна Демкова, заместитель председателя правления украинского Центра политико-правовых реформ. Астана, 22 июня 2010 года.
Марьяна Демкова, заместитель председателя правления Центра политико-правовых реформ, сообщила о некоторых особенностях украинского закона «О доступе к публичной информации». Например, государственные органы Украины обязаны ответить на запрос гражданина страны в течение пяти дней с момента получения, а не пятнадцати, как следует из казахстанских законов.
Если запрашиваемый объем информации слишком велик или ответ на запрос требует дополнительных поисков, то госорган должен обосновать свое решение в ответе гражданину в течение двадцати дней. Существует и любопытные особенности. Например, если ответ гражданину превысит более пятидесяти страниц, то он обязан возместить расходы госоргана на копирование или печать. Однако эта норма не действует, если гражданин сделал запрос о себе или информация представляет общественно значимый интерес.
ЗАКОНА ЕЩЕ НЕТ, НО УЖЕ ОТКАЗЫВАЮТ В ИНФОРМАЦИИ
Члены экспертной встречи в среду, 23 июня, общались с представителями государственных органов в министерстве связи и информации, где внесли свои рекомендации по принятию закона «О доступе к информации». Однако Ольга Волкова, президент общественного фонда «Медиалайф» из Караганды, отказалась предоставить нашему радио Азаттык данные рекомендации, сославшись на то, что «идет согласование с государственными органами».
Насколько было понятно из программы экспертной встречи, общественные организации обсуждали в стенах министерства практически все аспекты предлагаемого законопроекта, в том числе и его название, по поводу которого существуют две диаметрально противоположные позиции. Одно название закона - «Об информации и защите информации», а второе - «О доступе к информации».
Однако по убеждению украинского депутата Андрея Шевченко, не все представители государственных органов будут недовольны будущим законом, и считает его карт-бланшем новому поколению чиновников, которым он позволит работать прозрачнее, а в некоторых случаях достичь и большего карьерного роста, нежели работать в прежнем, закрытом от общества, режиме.