Гурбанбиби Атаджанова родилась в 1947 году на юге Туркменистана, в городе Теджен. Девочка с маленьким, но явным физическим изъяном, она в юности, наверное, и не помышляла, что будет управлять судьбами сограждан. Однако ее головокружительная карьера закончилась крахом и задела не только ее саму, но и тысячи невинных человек.
Как рассказывают ее бывшие коллеги, окончив среднюю школу, Гурбанбиби по протекции влиятельного друга из районного начальства была принята на работу секретарем в районную прокуратуру. Вскоре без труда получила направление на заочное отделение юридического факультета столичного университета.
Получив диплом, Гурбанбиби Атаджанова получает повышение в том же отделении прокуратуры. Никогда не работавшая следователем, Гурбанбиби сразу была принята на административную должность. Этот факт, отмечает местный юрист со стажем, стал впоследствии фатальным для всей системы надзора Туркменистана. Юрист приводит аналогию: если армией руководит штабист, не нюхавший пороху, то грош цена такой армии.
СТРЕМИТЕЛЬНАЯ КАРЬЕРА
В ее трудовой биографии различные должности в системе прокуратуры: помощник прокурора Тедженского района, прокурор Каахкинского района, заместитель начальника отдела кадров генеральной прокуратуры, заместитель генерального прокурора.
За долгие годы руководства Гурбанбиби Атаджанова, пользуясь исключительным доверием Ниязова, превратила надзорный орган в карательную систему.
3 апреля 1995 года Гурбанбиби Атаджанова занимает пост генерального прокурора Туркменистана. Эксперты назвали данное назначение вынужденным, поскольку на то время для первого президента молодой центральноазиатской страны Сапармурата Ниязова (Туркменбаши) важнее было не нажить политических врагов. Кандидатура женщины, сторонившейся общества, подходила идеально.
За долгие годы руководства Гурбанбиби Атаджанова, пользуясь исключительным доверием Ниязова, превратила надзорный орган в карательную систему. Профессионализм отошел на задний план. За основу кадровой политики были приняты личная преданность, лояльность режиму и обыкновенное стукачество. Постепенно коррупция и стяжательство опутывают всю систему.
Однако генпрокурору все сходит с рук. Более того, несмотря на то, что 3 апреля 2002 года закончился срок конституционных полномочий Гурбанбиби Атаджановой в должности генпрокурора, указом президента, в нарушение Конституции, она остается на прежней должности.
Благодарность соратницы Туркменбаши не заставила себя ждать. Через несколько дней после так называемого «ноябрьского 2002 года покушения на Туркменбаши» ее структура отрапортовала о раскрытии заговора против президента. Были арестованы, отравлены в тюрьмы и подверглись репрессиям сотни невинных человек, в том числе председатель парламента, бывший вице-премьер, несколько бывших председателей КНБ. Зарубежные СМИ и правозащитники сравнили суды по этому делу со сталинско-бериевскими судилищами. Зато генералу Гурбанбиби Атаджановой удалось отодвинуть на второй план КНБ (бывший КГБ), имевший в первые годы независимости большое влияние в стране.
В январе 2003 года Гурбанбиби Атаджанова была награждена орденом Туркменбаши «за образцовое руководство при выполнении специального поручения президента Туркменистана».
ЗАЧЕМ ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ПРОКУРОР УКРАЛА 30 ТЫСЯЧ 500 ВЕДЕР?
В апреле 2006 года «главного вершителя туркменского правосудия» арестовывают. Разоблачителем выступает сам Туркменбаши. По его словам, воспользовавшись большими полномочиями и правами и пребывая на ответственном посту в течение длительного времени, Гурбанбиби Атаджанова эти права и полномочия постепенно подменила правом вседозволенности, что обернулось беспределом.
Она превзошла саму себя в тщеславии и корысти, обзаведясь домом-дворцом, немыслимым количеством квартир. По ходу следствия у нее изъят целый автопарк, огромное количество ковров и ювелирных изделий, зарытые в землю миллионы долларов.
Сапармурат Ниязов говорил, что люди жалуются на незаконные обыски в квартирах, на неправомочные действия по поводу задержания и ареста своих близких, шантаж, мздоимство и вымогательство со стороны работников прокуратуры. При этом Ниязов подчеркнул, что в ходе проверки не только подтвердились многие факты, но и выявилась неприглядная картина деятельности генерального прокурора, в которую она вовлекла как приближенных сотрудников, так и своих родственников.
«Она превзошла саму себя в тщеславии и корысти, обзаведясь домом-дворцом, немыслимым количеством квартир. По ходу следствия у нее изъят целый автопарк, огромное количество ковров и ювелирных изделий, зарытые в землю миллионы долларов», – цитирует слова Ниязова
веб-сайт Turkmenistan.ru.
Но совещании, которое транслировалось по телевидению, сообщили, что у Атаджановой было арестовано: 13 жилых домов, кирпичный завод, мельница для очистки риса, пять автомобилей, три трактора, бульдозер, два строительных башенных крана, 40 гектаров земли, более шести миллионов долларов и так далее. Кроме того, нынешний генеральный прокурор Туркменистана заявил, что приемный сын Атаджановой в октябре 2002 года был задержан при попытке реализации более 16 килограммов героина. Брат Атаджановой, получив от нее 100 тысяч долларов, на эти деньги организовал будто бы канал реализации наркотиков.
Обо всем этом годами шептались на каждом углу. Еще в 2003 году Сапармурат Ниязов пожурил генпрокурора, когда стало известно о причастности ее родственников к наркоторговле. Но, согласно заведенной в Туркменистане практике, открыто говорить о подобных вещах может только первое лицо страны. «Я поражаюсь вашей жадности. Вы украли 30 тысяч 500 ведер. Зачем?» – вопрошал Сапармурат Ниязов. Позднее в одном из оппозиционных СМИ прозвучала интересная версия: Гурбанбиби Атаджанова якобы залила донья ведер чистым золотом. Что правда тут, что нет – разобраться трудно. И коррупция в огромных масштабах, и фальсификации в следствии для Туркменистана обычное дело.
В ответном слове «всесильная Биби» плакала, просила о милосердии, пытаясь давить на жалость: «Мой великий руководитель, я очень виновата. Все, что здесь сказано, – правда, и я полностью признаю это. Здесь нечего отрицать и нечего добавить... У меня трое дочерей и ни одного сына. Пожалуйста, проявите милосердие и не отправляйте меня в тюрьму».
ГУРБАНБИБИ ЗА РЕШЕТКОЙ
В результате практики коллективного наказания в годы правления Туркменбаши в тюрьмы стали поступать высокопоставленные чиновники и так называемые враги народа, а также друзья и близкие тех и других. Эти заключенные находятся под особым контролем, в процессе этапирования их лица закрывали колпаком.
Одна из тюрем Туркменистана.
Практика особого контроля практикуется и при новом президенте Гурбангулы Бердымухамедове, акцентируется в
докладе Норвежского Хельсинкского комитета. Здесь подробно рассказано, как здесь оказалась Гурбанбиби Атаджанова и как ей тут сидится.
По иронии судьбы Гурбанбиби Атаджанова ныне содержится в той же тюрьме DZK/8 вблизи города Дашогуз на севере Туркменистана, которую она назвала «курортом» во время прокурорской инспекции в начале 2006 года – за три месяца до ее ареста. Это самая обычная женская тюрьма, но ужасающая бесчеловечными условиями содержания заключенных. Ее поместили в отдельном бараке, огороженном сеткой. Оказывается, она даже не знала, что Сапармурад Ниязов уже умер, она думала, что ее везут на казнь, на голову ей был надет колпак.
Когда ее привезли сюда в декабре 2006 года из секретной тюрьмы города Овадан-Депе, Гурбанбиби Атаджанова была весьма слаба, ее организм был обезвожен. Она двигалась с трудом, пришлось помочь ей добраться до своей камеры.
Недавно освобожденная из колонии DZK/8 женщина в телефонном разговоре (она попросила не называть ее имени) рассказала нашему радио Азаттык следующие подробности:
– Заключенные общего содержания во время прогулки имеют возможность наблюдать за Гурбанбиби Атаджанова и ее «товарками» через ограду. Бараку было дано меткое название – «зоопарк».
«Товарками» бывшего прокурора являются Энебай Атаева, бывший вице-премьер правительства и министр культуры, которая была арестована в 2007 году; ее сестра Мая Гельдыева, бывшая работница Центробанка (кстати, в ее судьбе зловещую роль сыграла генпрокурор Атаджанова); Гузель Атаева, жена бывшего председателя меджлиса, арестованная вместе со своим мужем в декабре 2006 года сразу после кончины Туркменбаши, и дочь самой Гурбанбиби Атаджановой. Под следствие в свое время попали также муж, приемный сын и зять Атаджановой - какие сроки им дали, неизвестно; где они сейчас, тоже доподлинно неизвестно.
Норвежский Хельсинкский комитет пишет, что из-за ужасающих условий тюрьмы Гузель Атаева пыталась покончить жизнь самоубийством в июле 2008 года. После этого ей несколько облегчили негласные жесткие условия содержания. Источник нашего радио Азаттык сообщает, что в то время как остальные сотни женщин-заключенных сидят на баланде и черном хлебе, Гурбанбиби Атаджанова и ее «товарки» могут позволить себе частые посылки с воли, за взятки тюремному начальству, конечно. По крайней мере, они не голодают. Но тюрьма есть тюрьма, и их стерегут так, чтобы рядовые заключенные не расквитались с ними за прошлые фальсификации в угоду режима Ниязова.
Очевидец добавляет: «С ними была и Жамал Караева (экс-начальник общего надзора генпрокуратуры). Доносами на сокамерниц она выслужилась перед администрацией колонии, в связи с чем ее перевели к заключенным общего типа содержания. Здесь Караева продолжила практику доносительства, чем настроила всех против себя».
На совести прокуратуры сотни сфабрикованных уголовных дел, по которым были репрессированы невинные люди, продолжает источник нашего радио Азаттык. Поэтому заключенные, по ее словам, с нетерпением ждали этапирования бывших топ-чиновниц и администрация колонии, предвидя беспорядки, была вынуждена в спешном порядке построить отдельный барак для ретивых соратниц Туркменбаши.
Председатель организации «Русская община в Туркменистане» Анатолий Фомин (Москва) говорит нашему радио Азаттык об избирательности в правосудии диктаторского образца:
- Чиновники от прокуратуры были осуждены в связи с вымогательством, взяточничеством, коррупцией и другими уголовными делами. Никто не сомневается в их виновности. Но из-за отсутствия твердой политической воли нынешнего президента, к сожалению, виновные не понесли соответствующего наказания за страшные репрессии того периода, участниками которых они были.
В истории правосудия по-туркменски остаются закрытыми дела высокопоставленных чиновников, осужденных за различные преступления, в основном за хищение, злоупотребление властью и другие. Среди них бывшие вице-премьеры Сеидбай Гандымов, Батыр Сарджаев, Реджеп Сапаров, Еллы Курбанмурадов, Гуйчназар Тачназаров; бывшие председатели КНБ Мухаммед Назаров, Батыр Бусаков и с десяток других топ-чиновников.
Судьба многих туркменских топ-заключенных неизвестна. Нынешний режим уже не практикует публикацию списков амнистируемых, а официальный Ашгабат не высказывает особого энтузиазма ответить на многолетние призывы правозащитников и допустить в тюрьмы международные миссии. Туркменистан продолжает жить в прежнем измерении.