В кулуарах министр юстиции Казахстана Марат Бекетаев сказал журналистам, что в ОБСЕ «в целом сказали, что видят позитивные моменты».
— Когда читаешь заключение ОБСЕ, то смотришь только на замечания, и создается впечатление, что [законопроекту] была дана негативная оценка. Но если внимательно читать их заключение, то в начале и конце текста у них есть общая позитивная оценка, и только потом раскрываются их замечания, — говорит Марат Бекетаев.
Бекетаев подчеркнул: он не согласен с тезисом о том, что нынешняя система адвокатуры и правовой помощи эффективна.
— Общий уровень [загруженности] по республике — на одного адвоката приходится четыре тысячи жителей. Если взять Россию, то аналогичный показатель — один адвокат на 1900 жителей, а в Европе и Америке эта сумма — от 400 до тысячи, то есть там самая большая конкуренция среди адвокатов. Если взять у нас отдельные области, — Мангистаускую область, например, — то там всего один адвокат на 12 тысяч жителей, — говорит Марат Бекетаев.
В декабре прошлого года представители Международной комиссии юристов (International Commission of Jurists, ICJ) выразили обеспокоенность рядом норм законопроекта и заявили, что его принятие в таком виде «может ограничить независимость адвокатуры и лишит адвокатов возможности создания саморегулируемых организаций». Исполнительная власть, по мысли представителей комиссии, не должна вмешиваться в дисциплинарные процедуры коллегий адвокатов Казахстана, так как невмешательство является основой независимости любого сообщества.
По новому проекту закона, поступившему в работу парламента, предлагается ввести новый состав дисциплинарных комиссий, когда поступки адвокатов будут оценивать уже не только коллеги, но и судьи, и представители министерства юстиции.
Ведомство Бекетаева ссылается в этом вопросе на международный опыт: Минюст утверждает, что и в европейских странах есть практика, когда представители государства присутствуют среди членов этих дисциплинарных комиссий.
— Если мы говорим о составе комиссий, то там шесть адвокатов, три представителя уполномоченного органа, два представителя судей в отставке — то есть пропорция шесть к пяти [в пользу адвокатов]. При этом председатель, голос которого имеет преимущество, из числа адвокатов. Я здесь серьезных рисков для адвокатов не вижу, — сказал Азаттыку Бекетаев.
Нурлан Нигматулин.
В ходе обсуждения проекта закона на пленарном заседании мажилиса спикер парламента Нурлан Нигматулин предложил ввести представителей общественности в состав дисциплинарных комиссий адвокатов вместо сотрудников уполномоченного органа. Он также отметил, что качество юридических услуг и юридической помощи страдает из-за того, «что в регионах в президиумах десятилетиями сидят люди, бессменно управляя этими коллегиями адвокатов».
— В Мангистауской области председатель президиума областной коллегии руководит ею бессменно 25 лет, в Алматинской области — 27 лет, в Атырауской области — 31 год, но это не все еще: актюбинский всех перещеголял — 33 года. Это о чём говорит? Это говорит о том, что отсутствует полная конкуренция в сфере оказания юридической помощи нашим гражданам. Наверное, это люди-профессионалы, нет сомнения, что это люди опытные, но сейчас другое время — время, когда много решает конкуренция. В сфере оказания юридической помощи должна быть здоровая конкуренция, — сказал Нурлан Нигматулин.
Кроме этого, как было отмечено в парламенте, законопроект освободит молодых юристов от вступительных взносов в коллегию, а их руководители не будут сидеть на своих должностях больше четырех лет.
Толеген Шаиков.
Адвокат из Астаны Толеген Шаиков говорит, что у него вызывало опасение нововведение о государственной адвокатуре, но он не знает, в каком виде сейчас находится законопроект. Он также говорит, что это неправильно, когда государство вмешивается в работу адвокатских коллегий.
— Адвокатские коллегии — это общественные объединения, и вмешательство в их деятельность запрещено Конституцией. Однако ввиду того, что у нас Конституционного суда нет, нам некуда обращаться. А в Конституционный совет могут обратиться только те, кто имеет право, — например, депутаты, — говорит Толеген Шаиков.
Адвокат отмечает, что прописать единые стандарты для всех юристов практически невозможно, поскольку многое в оценке адвокатуры зависит от опыта специалистов, их авторитета, географического положения.
Если же закон будет принят с нарушением тех базовых международных принципов, о которых мы говорим, то в первую очередь уязвимыми окажутся сами граждане, поскольку они не будут иметь независимого защитника, который может действовать без оглядки на то, что он может быть «наказан» за свою принципиальность.
Адвокат Сергей Сизинцев отмечает, что при работе над законопроектом в рабочих группах мажилиса не было учтено большинство их предложений. По его словам, законопроект усиливает государственное регулирование и вмешательство в независимость адвокатуры.
— Мы предлагаем убрать необходимость согласования внутренних актов адвокатуры с государственным органом, убрать неуместный контроль над деятельностью адвокатов со стороны государства, поскольку адвокатура является независимой и саморегулируемой организацией, — говорит Сергей Сизинцев.
По его мнению, если этот проект закона будет принят, то адвокаты станут более зависимыми от государства и не смогут сохранять принципиальную, бескомпромиссную позицию в интересах своего клиента. Он отмечает, что и сейчас адвокаты подвергаются давлению со стороны лиц, у которых больше рычагов в государстве.
— Если же закон будет принят с нарушением тех базовых международных принципов, о которых мы говорим, то в первую очередь уязвимыми окажутся сами граждане, поскольку они не будут иметь независимого защитника, который может действовать без оглядки на то, что он может быть «наказан» за свою принципиальность, — говорит Сергей Сизинцев.
В октябре прошлого года более 500 адвокатов обратились к премьер-министру Казахстана с заявлением, что законопроект «Об адвокатской деятельности и юридической помощи» не должен быть принят в том виде, в каком его подготовили в министерстве юстиции.