Эволюция терроризма после трагических терактов 11 сентября

Черный дым из зданий Всемирного торгового центра. 11 сентября 2001 года.

В конце мая возобновились предварительные слушания в отношении предполагаемых организаторов терактов 11 сентября 2001 года. Это вызвало дискуссии о том, как в США обращаются с подозреваемыми террористами после этих кровавых терактов.

Прошло 13 лет с тех пор, как был задержан Халид Шейх Мохаммед, которого в США считают главным организатором терактов 11 сентября 2001 года. Однако по-прежнему неясно, когда же все-таки он и его четыре предполагаемых сообщника предстанут перед судом.

Слушания в тюрьме, расположенной на американской военной базе в Гуантанамо на Кубе, были приостановлены в 2015 году после того, как появились опасения, что подозреваемые террористы продолжали отправлять закодированные сообщения террористической организации «Аль-Каида». Однако, как отмечает в своей статье журналист Международного общественного радио (Public Radio International) Арун Рат, это едва ли не первая проволочка и слушания в большей степени касаются правового статуса подозреваемых и обращения с ними, нежели собственно терактов 11 сентября 2001 года.

Тем не менее, как предполагает Арун Рат в статье «Трибуналы в Гуантанамо всё еще об 11 сентября?» (Are the Guantanamo Tribunals Still About 9/11?), нарратив в суде может измениться. На этой неделе прокурор Эд Райан обратился с петицией к судье Джеймсу Полу, чтобы тот позволил суду заслушать заявления семей погибших до начала судебного процесса. Это необычный шаг, поскольку сделанные в суде заявления будут преданы гласности и гипотетически будут доступны потенциальным присяжным заседателям.

Тюрьма Гуантанамо. 2002 год.

В своей эмоциональной речи прокурор Эд Райан упоминает двух свидетелей, которых правительство намеревалось пригласить в суд, но они недавно скончались. По утверждениям Райана, свидетельские показания надо записывать уже сейчас, а не ждать, пока у свидетелей начнутся проблемы со здоровьем. Он перечислил потенциальных свидетелей в возрасте и с проблемами со здоровьем.

В более широком смысле это прозвучало так, как будто Райан пытается изменить нарратив слушаний. Он сказал, что слово «пытки» было использовано более 500 раз, подчеркнув, что фраза «11 сентября» была употреблена всего лишь 200 раз.

КАКОВЫ ШАНСЫ ПОВТОРЕНИЯ АТАК 11 СЕНТЯБРЯ?

Несмотря на сложные правовые и моральные проблемы, стоящие на повестке дня в Гуантанамо, прокурор, похоже, пытается напомнить суду и, возможно, американскому народу, что цели тюрьмы в Гуантанамо заключались в содержании там особенно опасных личностей, которые способны повторить теракт, подобный тому, что произошел 11 сентября.

Однако в течение уже почти 15 лет после трагических событий 11 сентября терактов подобного масштаба нигде не было. Каковы шансы, что подобные атаки могут повториться, и какова значимость задержанных, которые всё еще находятся в заключении в тюрьме Гуантанамо?

Причин тому, почему с тех пор не было атак, подобных терактам 11 сентября, довольно много. Террористическая сеть «Аль-Каида», которую создал Усама бен Ладен в конце 1990-х годов, не походит на ныне существующие террористические организации, которые теперь преследуются всюду, где бы они ни пытались обосноваться.

Американские беспилотники охотятся на террористов от Африки до Азии, и убийство Усамы бен Ладена показало, что даже международные границы не способны их обезопасить. Это не значит, что террористам больше негде спрятаться. Просто нет ни одной страны в мире, в которой они могли бы жить не скрываясь. Это одна из причин того, почему эти группы сосредоточились на создании собственных организаций по типу государственных образований в таких местах, как Йемен, Ливия, Сирия и Ирак.

Мемориал жертвам трагедии 11 сентября в Нью-Йорке. Иллюстративное фото.

Хорошая новость заключается в том, что теракты, подобные атакам 11 сентября, в материально-техническом отношении осуществлять стало сложнее. В интервью Азаттыку Николас Херас, научный сотрудник вашингтонского Центра новой американской безопасности, участвующий в Программе безопасности на Ближнем Востоке, сказал, что американская разведка в настоящее время осуществляет совместные усилия по борьбе с терроризмом, которые координируются на федеральном, государственном и местном уровнях. Также идет активный обмен разведывательной информацией с зарубежными партнерами.

По словам Николаса Хераса, для проведения подобных масштабных атак необходима координация на различных уровнях и поэтому велика вероятность, что Соединенные Штаты и их союзники смогут этому эффективно воспрепятствовать.

СМЕНА ТАКТИКИ

Но терроризм по-прежнему живуч. Крупные и относительно дорогие операции, такие как атаки 11 сентября, сменились на менее изощренные атаки с использованием самодельных бомб и доступного оружия, как, например, теракты в Париже, Брюсселе и в 2008 году в Мумбаи.

Атаки 11 сентября создали вокруг «Аль-Каиды» мифическую ауру всемогущей международной террористической организации. В течение нескольких месяцев и даже лет каждый пассажирский самолет в небе рассматривался как потенциальная угроза, а каждое высотное здание и достопримечательность — как потенциальная мишень. К сожалению, терроризм эволюционировал. Атаки меньшего масштаба последнего десятилетия труднее остановить, и это еще страшнее, так как любой вооруженный человек может представлять собой угрозу и каждый торговый центр, кафе или кинотеатр является потенциальной мишенью.

Что еще хуже, в последние годы террористические организации получили широкое распространение. Пока они были сосредоточены на создании организаций по типу государств на Ближнем Востоке и где-либо еще, а не на организации атак на Западе, они прибегли к стратегии привлечения к атакам тех, кто проживает в США и Европе.

— Джихадистское движение в целом является более распространенным и контролирует большую территорию, чем это было до 11 сентября 2001 года, что включает рост ИГ [«Исламское государство»] в Сирии, Ираке и Ливии, — говорит Николас Херас.

Он также отмечает, что тактика сдерживания ИГ посредством устрашения американских партнеров со своих баз в Сирии и Ираке более прогрессивна. Едва ли подобное когда-либо удавалось «Аль-Каиде» в Судане и Афганистане или в Йемене и сирийской провинции Идлиб. Сеть ИГ в Европе, осуществившая атаки в Париже и Брюсселе, — пример того, что, даже теряя свои территории в Сирии и Ираке, ИГ может представлять собой реальную и смертельную угрозу для Запада, если не непосредственно для США.

«ХУДШИЕ ИЗ ХУДШИХ»

Как отмечает Кайл Ортон, научный сотрудник Общества Генри Джексона, ИГ смогло вдохновить своих истинных последователей на проведение атак по сути фанатами, не имеющими прямых связей с организацией, что во многом не удалось «Аль-Каиде».

— Микромир различий между «Аль-Каидой» и ИГ — в их концепциях джихада: для «Аль-Каиды» — это элитарное искание авангарда, для ИГ — более «демократизированный» проект, — говорит Кайл Ортон.

Этому во многом сложнее противостоять. Речь, произнесенная в Сирии или Йемене и попавшая в Интернет, может вдохновить на проведение террористических атак на другой стороне земного шара. Для этого нет необходимости в координации действий ближневосточных террористов и их финансировании.

Усама бен Ладен. 1998 год.

Практически никто не возразит тому утверждению, что ликвидация «Аль-Каиды» Усамы бен Ладена сделала мир более безопасным. Однако идеология террора до сих пор не повержена. Заключенные в тюрьму в Гуантанамо по-прежнему представляют собой угрозу.

Николас Херас и Кайл Ортон подчеркивают, что, по оценкам аппарата директора национальной разведки, около трети освобожденных из Гуантанамо заключенных, возвратившись в родные страны, стали участниками проведения терактов. Поговаривают, что большинство из оставшихся заключенных — «худшие из худших». Их могут перевести в другие тюрьмы США, но, по всей вероятности, они никогда не будут отправлены в родные страны.

Однако в результате «демократизации» терроризма судьба задержанных в Гуантанамо вряд ли окажет большее влияние на войну с террором.

Перевела с английского в сокращении Алиса Вальсамаки.