О ТОМ, ПОЧЕМУ ВЛАСТИ РЕШИЛИ НЕ ПРИОСТАНАВЛИВАТЬ РАБОТУ НПО
Азаттык: Как вы думаете, почему в результате отменили штрафы и предписания о приостановке деятельности, а также закрыли административные дела в отношении ряда казахстанских неправительственных организаций? Как вы оцениваете ситуацию?
Мира Риттман.
Мира Риттман: Мы рады, что налоговые органы решили не возбуждать [новые] административные дела в отношении НПО и отказались от попыток приостановить деятельность Бюро (Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности, КМБПЧиСЗ. — Ред.), общественного фонда «Международная правовая инициатива» и «Эха». Похоже, негативное внимание, в том числе со стороны международных партнеров Казахстана, помогло властям изменить курс. Но остается вопрос, почему налоговые органы вообще преследовали эти правозащитные группы с необоснованными претензиями и, что более важно, что будет сделано, с тем чтобы такого больше не повторилось?! Правительству следует пересмотреть законодательство, регулирующее обязательства НПО по предоставлению финансовой и иной отчетности, чтобы гарантировать уважение свободы объединений и не допускать необоснованного вмешательства в законную и важную деятельность правозащитных групп.
Азаттык: Если мы вернемся немного назад в этой истории, почему, по-вашему, это расследование было начато еще до парламентских выборов 10 января и продолжалось вплоть до недавнего времени?
Мира Риттман: Некоторые НПО, подвергшиеся преследованиям, — организации, занимающиеся наблюдением за выборами. Возможно, частично мотивацией было воспрепятствовать их работе во время и после выборов, потому что власти были обеспокоены тем, что могли зафиксировать независимые наблюдатели. Но это не может быть полной картиной. Не все правозащитные группы, ставшие объектами преследований, работали конкретно в сфере наблюдения за выборами.
«Норма продолжает жить в законе». По следам дел против правозащитных НПО
Your browser doesn’t support HTML5
«Норма продолжает жить в законе». По следам дел против правозащитных НПО
Возможно также, что казахстанские власти немного нервничали из-за недавних протестов в другой части [Центрально-Азиатского] региона. Я имею в виду выступления против спорных парламентских выборов в Кыргызстане в октябре 2020 года. И таков был ошибочный ответ — нацелиться на правозащитные группы в Казахстане. Но в конечном итоге важно рассматривать происходящее с гражданским обществом, с этими правозащитными группами в более широком контексте ограничений на свободу объединений в Казахстане.
Казахстанские власти осуществляют жесткий контроль, как через законодательство, так и на практике, в отношении различных групп: религиозных, оппозиционных, профсоюзов. Не зря власти приняли этот закон еще в 2016 году (нормы, касающиеся обязательств НПО отчитываться об иностранном финансировании. — Ред.), и теперь мы видим применение этого закона на практике. Это часть более широкого контекста ограничения свободы ассоциаций.
О РАБОТЕ НАЛОГОВЫХ ОРГАНОВ И ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПОДОПЛЕКЕ
Азаттык: Налоговые органы в демократических обществах, насколько они политически ангажированы? Из-за действий налоговиков в Казахстане НПО фактически грозило закрытие…
Мира Риттман: У сотрудников налоговой службы, как и у других государственных служащих, есть [определенная] работа. Здесь дело не в служебных обязанностях налоговых органов как таковых. Требование, чтобы НПО отчитывались о поступлении и расходовании иностранных средств, ввели в середине 2016 года. Согласно закону, налоговые органы могут решать, что является нарушением отчетности, и применять санкции, вплоть до приостановления деятельности организации. И, действительно, похоже, что применение закона налоговыми органами в данном случае против этих правозащитных групп политически мотивировано.
Налоговые органы в нескольких городах по всему Казахстану, как вы знаете, обнаружили технические несоответствия — трехлетней, а в некоторых случаях и четырехлетней давности — более чем у десяти правозащитных групп. Это вызывает вопросы: почему чиновники не заявили о своих опасениях в то время, когда НПО сдавали отчетность, или вскоре после? Почему они так глубоко копаются в истории их отчетности? Почему это приводит к приостановке деятельности? Почему НПО не предупредили? Почему им не разрешили исправить свои ошибки? Налоговые чиновники прибегли к самым агрессивным мерам реагирования, приводящим к ужасным последствиям, [таким как] приостановление деятельности нескольких открыто выражающих свое мнение правозащитных групп в Казахстане. А это равносильно явному вмешательству и преследованию этих организаций, а также является злоупотреблением со стороны налоговых органов.
Азаттык: Вы несколько раз упоминали этот закон. Не могли бы вы подробнее рассказать про него? Есть ли сходство с российским законом об «иностранных агентах»?
Мира Риттман: Казахстан не пошел по пути принятия закона «об иностранных агентах», как это сделала Россия или как это пытался сделать Кыргызстан. Вместо этого в декабре 2015 года Казахстан сначала принял пакет поправок, который был широко раскритикован. Он налагает обременительные обязательства по отчетности для НПО. Затем, шесть месяцев спустя, Казахстан ввел дополнительные обязательства по отчетности для физических и юридических лиц, таких как НПО, о поступлениях и расходах иностранного финансирования. В совокупности эти законы создают довольно враждебную правовую среду для неправительственного сектора в Казахстане.
Что касается сходства с законом «об иностранных агентах» в России, мы можем сказать, что ни в том, ни в другом случае такое законодательство не соответствует международным нормам в области прав человека, касающимся свободы ассоциаций, и оба [закона] являются ограничительными, их могут использовать против правозащитных групп, получающих иностранное финансирование. В обоих случаях власти должны изменить эти законы, чтобы они соответствовали международным обязательствам, которые взяла на себя каждая из этих стран.
О ТРАЕКТОРИИ КАЗАХСТАНА НА ПУТИ К ДЕМОКРАТИИ
Азаттык: Если посмотреть на это ретроспективно, как бы вы описали путь Казахстана к развитию демократии и соблюдению стандартов в области защиты прав человека? Какова ваша оценка?
Мира Риттман: Если вы посмотрите на наши годовые отчеты за все эти годы, то увидите, что мы, Human Rights Watch, разочарованы отсутствием прогресса в Казахстане в решении фундаментальных проблем в области прав человека в стране. Я не могу сказать, что за время своей работы в Казахстане я наблюдала траекторию значительных улучшений, в частности, когда речь идет о гражданском обществе или свободе ассоциаций. В 2009 году Казахстан принял новый закон о религии, который затруднил деятельность не зарегистрированных государством религиозных групп. Это привело к закрытию многих. После продолжительных забастовок на западе Казахстана в 2011 году и насилия, произошедшего в декабре 2011 года в Жанаозене, власти приняли в 2014 году новый закон о профсоюзах. Он привел к уничтожению независимого профсоюзного движения в Казахстане. Мы видели, как закрывали независимые профсоюзы или не разрешали им регистрироваться. Затем, как мы говорили ранее, были законы, поправки к законам об отчетности НПО, принятые в 2015 и 2016 годах, которые проложили путь к тому, что мы видим сейчас.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: «Всё было брошено на подавление активистов». О правах человека в 2020-м и 2021-мВ последние годы в Казахстане были запрещены незарегистрированные политические оппозиционные группы: «Алга!», ДВК («Демократический выбор Казахстана») и «Көше партиясы». На протяжении всех этих лет, что я занимаюсь Казахстаном, страну подвергают критике за очень ограничительный закон о публичных собраниях, который, по сути, полностью подрывает право людей свободно протестовать.
Сейчас мы видим, как обвинения в распространении заведомо ложной информации используют против критиков правительства. Если взять все это вместе, получится довольно негативная картина как с точки зрения действующих в Казахстане законов, так и их применения на практике. Я хотела бы сказать, что мы видим улучшения, и довольно значительные. Но когда дело касается этого конкретного права на свободу ассоциаций, власти [еще больше] ужесточили контроль над группами и не создали более открытую среду для их деятельности. Мы бы хотели, чтобы эта траектория изменилась. У правительств всегда есть возможность признать, что они идут по пути нарушения прав, и принять более совершенное законодательство, уважающее эти права.
Азаттык: Есть ли другие проблемы, которые вызывают озабоченность у таких организаций, как Human Rights Watch?
Мира Риттман: Свобода слова и СМИ жестко ограничены в Казахстане, а независимые журналисты и средства массовой информации сталкиваются с преследованием и вмешательством в их деятельность.
Домашнее насилие — еще одна серьезная проблема в Казахстане. В настоящее время в парламенте рассматривается законопроект о домашнем насилии. Мы надеемся, что это станет возможностью для Казахстана усилить защиту жертв домашнего насилия и ужесточить меры наказания виновных.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Обезличенные. За фасадами детских спецучреждений КазахстанаМы работали над проблемой нарушения прав детей с ограниченными возможностями и задокументировали серьезные трудности с доступом к инклюзивному качественному образованию, которые они испытывают. Мы изучали проблему помещения детей в специальные учреждения, что лишает их возможности жить в семье и права жить в обществе наравне с другими. Мы призвали Казахстан отказаться от практики помещения таких детей в специализированные учреждения и перейти на опеку на уровне общества. Хотелось бы большего прогресса в этой области. К сожалению, он пока происходит медленно.
Я упоминала ранее о нашей работе с профсоюзами, но есть более обширные проблемы, связанные с правами работников, которые мы фиксировали в прошлом и которые вызывают обеспокоенность. Вы спрашивали об улучшениях. В прошлом году Казахстан наконец принял поправки к своему закону о профсоюзах, которые упрощают процесс регистрации и отменяют требование о вступлении профсоюзов нижнего уровня в профсоюзы более высокого уровня. Международная организация труда на протяжении многих лет критиковала Казахстан. Важно отметить, что по прошествии стольких лет мы наконец увидели эти правовые изменения.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Работа независимого профсоюза приостановлена на полгода решением судаОднако, что удивительно, уже после внесения поправок в этот закон сейчас против промышленного профсоюза возбуждено дело и власти пытаются приостановить его деятельность (имеется в виду Отраслевой профсоюз работников топливно-энергетического комплекса. Его работа 5 февраля решением суда в Шымкенте была приостановлена на полгода. — Ред.). Мы видим, что могут быть некоторые улучшения, но есть также откат по широкому кругу вопросов в области прав человека. Поэтому важно, чтобы Казахстан, как страна, которая заботится об имидже, взглянула на свои действия, на нарушения прав человека. У Казахстана есть много возможностей делать куда больше в сфере защиты прав человека, чем делается сейчас.