На этой неделе Азаттык писал о способах коммуникации президента, о его твитах и профессионализме пресс-службы. Некоторые эксперты говорят, что их беспокоит, как «низко пал» господин президент. Поручения «на уровне районного акима» не делают ему чести, говорят они.
Однако тема недели всё же — предстоящие выборы и спорные решения ЦИК. Последнее из них правозащитники и активисты назвали «ограничивающим право на свободное наблюдение за выборами». До этого наблюдатели заявляли о прессинге со стороны властей, паранойе и страхе.
Два очень важных текста недели — это возвращение к событиям, которые прямо сейчас не обсуждают сети, но очень важны для понимании ситуации: как развиваются события, когда о них уже не говорят.
В мае этого года в Туркестанскую область пришла «большая вода» из Узбекистана. В итоге сотни семей лишились крова, скота, дохода из-за погибшего урожая и лишились привычного образа жизни. Чиновники отчитались, что жителей переселили в новые дома. Мы поехали посмотреть, как людям живется на новом месте. Выяснилось, что не очень.
Корреспонденты Азаттыка также побывали в Сатпаеве спустя четыре месяца после потрясших небольшой городок волнений. Разбитые окна, поврежденный фасад здания полиции, куда в ночь на 24 июля ринулась толпа, уже восстановлены. Между тем расследование уголовного дела по факту «похищения», «изнасилования» и «насильственных действий сексуального характера» в отношении малолетней девочки завершено.
Почему Токаев реагирует на проблемы уровня районного акима
Карикатура «У руля государства» — президент Касым-Жомарт Токаев как глава страны. Автор: Галым Смагулулы.
— Вырубка деревьев — дело районного акимата, где находится магазин Sulpak. Кроме деревьев, сколько насущных вопросов связано с жизнью, работой и средствами к существованию граждан?! Самое главное, как правоохранительные органы рассматривают жалобы населения по этим вопросам? Этот вопрос должен вызывать беспокойство. Эта ситуация показывает уровень дисфункции государственных структур. Если госорганы в мегаполисе находятся в таком состоянии, то страшно подумать о регионах, — считает политолог Шалкар Нурсеитов.
«Паранойя». Разговор о новых правилах для наблюдателей
Растяжка с надписью: «А ты записался в наблюдатели на выборы?» — во время санкционированного митинга в Алматы. 31 октября 2020 года.
Азаттык: Как вы думаете, почему это постановление Центральной избирательной комиссии стоит выше международных документов и законов?
Галымжан Оразымбет: Из-за опасений, паники. Паранойя.
Азаттык: Почему? Боязнь кого или чего?
Галымжан Оразымбет: Независимых наблюдателей. Думаю, что само правительство политизирует направление независимого наблюдения. В самом независимом наблюдении нет никакой политики. Наблюдение — это, прежде всего, правовой вопрос. Непослушные и непокорные партии на политической арене давно «зачищены». Не осталось ни одной партии, которая показала бы свой характер. Остался только [один] независимый пул людей, которые не подчиняются и не повинуются, — это независимые наблюдатели. И этот шаг [означает]: «Если не можем договориться, то будет так, как мы скажем». Я так это понимаю.
Your browser doesn’t support HTML5
«Хайп», или ЦИК отвечает на критику новых правил для наблюдателей
Права человека в Казахстане: «Сейчас "лежит" вся страна»
10 декабря — международный День прав человека. Всеобщая декларация прав человека, принятая Генеральной Ассамблеей ООН 72 года назад, провозглашает необходимость защиты основных прав и свобод человека. Как положения этого документа реализуются в Казахстане, принявшем декларацию в 1992 году?
Евгений Жовтис.
— За последний год кардинально ничего не изменилось, у нас картина всегда разноцветная, а в отношении прав человека и гражданских свобод — более тёмная, чем светлая. Значит, плохо, чем хорошо. Из позитивного: есть неплохое движение в сторону реализации обеспечения прав инвалидов — есть социальная помощь, пандусы. ЦИК пытается бюллетени переводить на язык Брайля, чтобы незрячие смогли проголосовать. Второе — закон об общественном контроле, это позитивный шаг, — говорит глава Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности Евгений Жовтис.
После наводнения. В новых домах протекает крыша, а за комуслуги нечем платить
Дом, развалившийся после наводнения. Село Женис, Мактааральский район, Туркестанская область. 5 декабря 2020 года.
Репортер Азаттыка посетила около десяти новых домов, построенных для пострадавших от наводнения в Мырзакенте, и обнаружила, что и в этих домах ситуация схожая. Жители жалуются на протекающие крыши, влажные стены, заплесневевшие углы, перебои в работе канализационной системы, вонь в ванных комнатах. Такая ситуация наблюдалась в нескольких новых домах на четырех улицах.
— Как только вселились, стоял запах плесени. В дождливые дни протекала крыша, вода лилась в дом. Сейчас все углы в доме почернели от плесени. Ни одна из межкомнатных дверей не закрывается как надо. Мы обращались с жалобами и в акимат, и строительную компанию. Результата нет. Не знаем, что делать, — говорит она, — рассказала Баян Абдуханова, одна из тех, кто получил новый дом.
Кто-то хотел «расшатать»? Волнения в Сатпаеве: что известно
Горящий автобус рядом с отделом полиции во время беспорядков, вызванных похищением пятилетней девочки, которую держал в плену и изнасиловал мужчина в городе Сатпаев Карагандинской области.
Спустя четыре месяца после потрясших небольшой городок Сатпаев волнений здесь уже ничего не напоминает о ночных погромах. Разбитые окна, поврежденный фасад здания полиции, куда в ночь на 24 июля ринулась толпа, восстановлены. Отремонтировано и ограждение вокруг отдела, которое не устояло под натиском группы вооруженных камнями и палками молодых людей. Они двинулись к отделу полиции, когда среди жителей поползли слухи, что подозреваемый в похищении ребенка и надругательстве над ним может уйти от ответственности. После того как полицейские незаметно вывели предполагаемого педофила (переодев его в форму полиции) из многоквартирного дома, у которого собралось свыше сотни людей, требовавших справедливости, а некоторые — самосуда, погромы учинили в подъезде и квартире подозреваемого.
Сейчас, как рассказывают жители Сатпаева, обстановка в городе стабильная, но несколько напряженная. Десятки людей находятся под арестом в ожидании суда, родственники некоторых задержанных считают, что не все из них имеют прямое отношение к погромам, что кто-то был задержан просто из-за того, что оказался в толпе и попал в объективы видеокамер.
Задерживают зарплату, выдают частями. Почему учителям не платят вовремя?
Учителя в Акмолинской и Алматинской областях рассказывают, что заработную плату им задерживают или выдают частями.
Учителя утверждают, что в квитках, которые выдает отдел образования, указаны одни суммы, но на руки они получают меньше. По словам Самал Рахметовой, 10 декабря она получила остаток заработной платы за октябрь и полную зарплату за ноябрь. Учитель говорит, что на банковскую карту в ноябре поступило на семь тысяч тенге меньше, чем указано в квитке, а в октябре — меньше на четыре тысячи тенге. По ее словам, такая ситуация повторяется из месяца в месяц.
Мария Жалгасова, работающая учителем казахского языка и литературы более 30 лет, вспоминает, что такая ситуация была в 1990-е годы.
— Ноябрьскую зарплату выплатили тремя частями. Так было и с отпускными летом. Бухгалтеры говорят, что деньги из республиканского бюджета поступают с задержкой, — говорит учитель.
«14 лет на свалке». Люди на мусорном полигоне
Мужчина, зарабатывающий на жизнь, разбирая мусор на полигоне в Алматы.
52-летний Канат — уроженец села Корам Енбекшиказахского района Алматинской области. Жена Каната умерла несколько лет назад. Старшая дочь замужем, младшая дочь — инвалид с рождения — находится на попечении тещи.
— Я пришел сюда в самом начале. Позже привык. Не тяжелая работа. Никто не заставляет работать. Спим в хозяйском доме. Тратимся только на еду, — говорит Канат, затягиваясь сигаретой.
Канат говорит, что крышки от бутылок с водой сдает по четыре тенге, бутылки из-под водки — по 65 тенге, всё остальное складывает на весы.
Полигон — это многонациональное предприятие. Здесь казахи, русские, таджики, узбеки... Люди в основном собирают стеклянные бутылки, пластиковую посуду и жестяные банки. Собранное увозят неизвестные люди, которых они называют «начальниками».