Паводок, который случился в Карагандинской области в апреле 2015 года, больше всего нанес вреда поселку имени Габидена Мустафина с более четырехтысячным населением: погибли три человека. Всего тогда оказались подтоплены десятки населенных пунктов, разрушены сотни домов.
БЕЗ ЖИЛЬЯ ПОД СТАРОСТЬ ЛЕТ
76-летняя Софья Ермакова, с 1950-х годов проживающая в поселке имени Габидена Мустафина, живет где придется: днем у одних родственников, ночью — у других. Своего жилья и всего имущества пенсионерка лишилась из-за наводнения в 2015 году. Ее дом, словно карточный, рухнул первым, когда в поселок пришла большая вода. Рассказывая об этом, старушка не может сдержать слез.
— Крыша моего дома рухнула прямо на пол, его смыло. Меня спасали соседи и сотрудники ЧС. Всё имущество так и осталось под руинами, трактора всё свернули в кучу и вывезли. Я осталась вообще без ничего. Дом строить начали, даже стены построили, но работы прекратились. Власти сказали мне, что у дочери же есть жилье, поэтому строить не будут. Разве это законно? Я как-нибудь соберусь и всё равно куда-нибудь напишу. Я ветеран труда, у меня много медалей есть, а меня вот так взяли под забор выкинули, и всё. Очень несправедливо со мной поступили, — говорит Софья Ермакова.
Улица в поселке Габидена Мустафина. Бухар-Жырауский район Карагандинской области, 30 декабря 2016 года.
Еще один старожил поселка Мустафина — 66-летняя Бронислава Гришкова, рассказывая о своих проблемах, начинает задыхаться: от волнения у нее случаются приступы астмы.
— Обидно очень. Нам так и не построили дом, хотя изначально обещали и даже фундамент залили. Нас за нос водят-водят, вроде и не отказывают и в то же время ничего не делают. Аким Бухар-Жырауского района обещал до 1 ноября 2016 года перечислить всем оставшимся на счет по три миллиона из общественного фонда. Хотя, чтобы построить дом, нужно 10 миллионов тенге. Но мы уже согласились и на эти три миллиона. 2 декабря была встреча с акимом, и то по моей инициативе. Также были обещания выделить средства, — говорит Бронислава Гришкова.
В так называемом проблемном списке оказались те жители, у которых были некоторые проблемы с документами на дом в момент подачи заявления, или же те пострадавшие, которым есть где жить, поэтому им отказано в строительстве новых домов взамен снесенных.
ВМЕСТО ДОМА ОБЕЩАЛИ ТРИ МИЛЛИОНА ТЕНГЕ
Надежда Данилец тоже оказалась в списке пострадавших жителей, имеющих «проблемы с документами на дом»: из-за того, что квартиру, которую она продала еще 18 лет назад, новые хозяева не оформили вовремя на себя. В итоге власти зачислили Данилец в число тех, у кого якобы есть жилье, и строительство дома прекратилось. Решением суда это жилье присвоено новым хозяевам, которое фактически им и принадлежало. Семья же Данилец так и осталась в «проблемном списке» и без дома.
Женщина жалуется, что от пережитого подорвалось здоровье: постоянно болит сердце и скачет давление. По словам Надежды Данилец, в 2015 году ее поврежденный от наводнения дом был снесен и на его месте даже построили фундамент, но строительные работы прекратились. Начались обещания: сначала — достроить осенью 2015 года, затем — осенью 2016-го. Потом, когда она, так же как и некоторые другие пострадавшие жители, узнала, что достраивать дом им уже не будут, написала заявление на денежную компенсацию — на покупку другого дома. Говорит, что обещанной денежной компенсации ждёт с прошлого года, на День независимости часть сумму ей все-таки перечислили.
— Нам обещали выделить три миллиона тенге. Мало конечно, но на какой-нибудь домик хватит у нас тут в поселке. Но нам еще не всю сумму перечислили. Мы уже приглядели дом. Но понадобится еще много денег на покупку мебели, которую пришлось выкинуть после потопа. У нас ничего не осталось, кроме той бытовой техники, которую мы успели закинуть наверх. Придется даже на полу спать, — говорит Азаттыку Надежда Данилец.
У нас ничего не осталось, кроме той бытовой техники, которую мы успели закинуть наверх. Придется даже на полу спать.
Сейчас ее семья живет на квартире у знакомых, которые пустили их временно пожить за оплату лишь коммунальных услуг. По словам других уставших от ожидания сельчан, они готовы уже на любую денежную компенсацию, чтобы можно было купить хоть какой-то маленький домик. Люди хотят жить в своем доме, а не скитаться по родственникам или съемным квартирам и комнатам.
ДЛЯ «СОХРАНЕНИЯ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ СУТУАЦИИ»
По данным акимата Бухар-Жырауского района Карагандинской области, в апреле 2015 года в зону затопления попало 15 населенных пунктов, подтоплено 1533 двора. Непосредственно в поселке Мустафина и на станции Нуринск аварийными и непригодными для жилья признаны 230 домов. 176 домов построены тем, у кого имелись правоустанавливающие документы. Позже выяснилось, что 54 семьи в поселке Мустафина либо не имели правоустанавливающих документов на дом, либо имели другое жилье.
«Построенное жилище предоставляется гражданам, оставшимся без жилища в результате чрезвычайной ситуации. В связи с этим, жителям у кого имеется в собственности второе жилье, и кто по закону не является собственником утраченного жилья, предоставление жилища невозможно. Данные проблемы решаются за счет средств ОФ „Фонд помощи пострадавшим от наводнения в Карагандинской области“», — сообщает акимат Бухар-Жырауского района на запрос Азаттыка.
По информации Фонда помощи пострадавшим от наводнения, из 54 семей, чьи дома якобы не были соответствующим образом оформлены, одному жителю был построен дом, четырем пострадавшим семьям выплачены деньги на общую сумму 11 миллионов 700 тысяч тенге — на приобретение жилья, а 37 семьям были приобретены дома (квартиры) по желанию жителей на сумму 93 миллиона 405 тысяч 630 тенге. 12 семьям денежная помощь на приобретение жилья пока не оказана.
Дворы в поселке Габидена Мустафина после наводнения. 17 мая 2015 года.
— В настоящее время на счету фонда не имеется средств, это связано с тем, что средства в Фонд помощи пострадавшим от наводнения в Карагандинской области поступают за счет благотворительной помощи. По мере поступления денежных средств в фонд, будут решаться вопросы оставшихся 12 семей по поселку Мустафина, а также трех семей по району, — сообщает акимат Бухар-Жырауского района.
На вопрос о том, почему строительство домов этим людям с якобы проблемными документами было начато, но позже приостановлено, местные власти отвечают, что «восстановление домов требовало незамедлительного строительства в целях сохранения стабильной общественно-политической ситуации» и строители якобы добровольно начали строить дома за собственные средства до заключения договоров. Позже, когда стало выясняться, что у некоторых жильцов нет правоустанавливающих документов на дом или они имеют другое жилье, строительство части домов остановилось. По информации акимата, подрядные организации были вынуждены не достраивать начатое строительство, так как государство не имело возможности дальнейшего финансирования.