«СЕЛЬЧАНЕ БОЯТСЯ ДРУГ ДРУГА»
Мужчина лет 50 обходит пчелиные улья. Несмотря на палящее солнце, на нём толстая одежда, на лице — защитная сетка Он спокойно реагирует на рой пчёл, которые перегораживают ему путь, но внимателен и осторожен: пчёлам могут не понравиться резкие движения.
— Каждый улей — это отдельное государство. Если здесь 100 ящиков, знайте, что здесь 100 «государств». Пчёлы не заходят в чужие улья, потому что у каждого улья есть своя стража. Каждым ульем управляет пчелиная матка. Она обеспечивает существование улья, организует сбор меда, распределяет другие обязанности, — говорит он, показывая нам свою пасеку.
Это Адиль Кожаков. Он проживает в селе Маралды, жители которого уже более двух лет выступают против строительства золотодобывающей фабрики. В конце апреля он прошёл на территорию фабрики и выступил с протестом, после чего был арестован на 10 суток — за нецензурное выражение.
Адиль Кожаков, житель села Маралды Курчумского района Восточно-Казахстанской области. 5 января 2024 года
Мужчина признаётся, что переходил на брань во время общения с работниками фабрики, но говорит, что «никого конкретно не оскорблял». Сразу после освобождения мужчина вернулся к пчёлам и пожилой матери. Забота о них лежит на его плечах.
— Суд вынес решение об аресте на 10 суток. Я сказал, что у меня дома 90-летняя мать и что пчёлы, в которых вложил деньги, останутся без присмотра. Предложил заменить арест штрафом, но в суде не согласились. Сразу, в течение часа, доставили в город Алтай. Моя мать осталась дома одна. Хорошо, хоть сестра живёт рядом. Мать пошла к ней. Она болеет. Тяжело пришлось. Если бы меня оштрафовали, я бы оплатил штраф вовремя, — говорит Адиль Кожаков.
После ареста Адиль Кожаков пребывает в мрачном настроении.
«Власти подавляют тех, кто выражает мнение, которое им не нравится», — сетует мужчина.
— Село в таком плачевном состоянии. Всех жителей запугали. Они боятся друг друга. Все боятся ареста. В селе есть такой страх, — говорит Кожаков.
У сельчан отняли телефоны.
Ещё одна активистка из села — Жанат Карибаева.
— Я одна из множества людей, которые борются за свою природу, воду и землю, — говорит женщина.
Жанат Карибаева, жительница села Маралды Курчумского района Восточно-Казахстанской области. 5 января 2024 года
Обыск её дома полицией стал для её семьи большим испытанием.
— Они обыскали мой дом: от спальни и изножья кровати до карманов одежды. Осмотрели все сараи, даже в холодильник заглянули. Мне, женщине, было тяжело, когда меня обвинили перед детьми. Я плакала и смеялась. Что тут скажешь? Есть люди, которые «могут перестараться», — говорит она.
8 мая Жанат Карибаева была на территории предприятия и требовала остановить строительство. Сельчане обратились к президенту. После этого к ней нагрянули с обыском, изъяли телефон. Полиция забрала телефоны у десятков жителей. Карибаева считает, что «так добиваются того, чтобы люди не выходили в социальные сети».
— Телефоны большинства жителей находятся в районном отделе полиции. Таким образом на нас оказывается давление. Мы оплачиваем свои кредиты через телефоны. Теперь такой возможности нет. Люди не могут поговорить с детьми, своими родственниками, которые живут в других городах. Нет возможности выйти в социальные сети и рассказать об этой ситуации, — говорит Жанат Карибаева.
«ПРИЗЫВ К ПОРЯДКУ, А НЕ ДАВЛЕНИЕ»
Еркин Ануарбеков, начальник управления административной полиции департамента полиции Восточно-Казахстанской области, говорит, что «у них нет цели оказывать давление на протестующих». Об этом он сказал журналистам на пресс-конференции в Усть-Каменогорске 16 мая.
— В Маралды есть участковый инспектор полиции, в Курчумском районе есть районный отдел внутренних дел. Обязанность полиции, как вы хорошо знаете, — предотвращать нарушения общественного порядка, — сказал он.
Спецназ охраняет золотодобывающее предприятие в Маралды. Восточный Казахстан, 8 мая 2024 года
Департамент полиции Восточно-Казахстанской области начал досудебное расследование в Маралды после акции протеста 8 мая. Тогда жители села прошли на территорию золотодобывающей фабрики и потребовали остановить строительство.
Сейчас в селе на разные сроки — от 10 дней до двух месяцев — арестованы шесть человек по обвинению в «мелком хулиганстве» и «нападении на работников фабрики». Двое находятся под домашним арестом.
Маралды — небольшое село. Здесь проживает около 500 человек. По данным департамента полиции, с начала года в селе к административной ответственности привлечены 11 человек.
«ПРОТЕСТУЙТЕ В РАМКАХ ЗАКОНА»
Акимат Курчумского района призвал население выражать своё несогласие «в рамках закона».
— Мы прекрасно понимаем недовольство и заботу людей о природе. Мы проводим встречи, разъясняем. Мы все работаем только в рамках закона. Даже если есть недовольство, мы говорим, что нарушения порядка быть не должно. Есть и другие инструменты — привлечение к суду, привлечение независимых экспертов. Маралды — это не отдельное государство, это село Курчумского района, поэтому мы разъясняем это людям, — говорит заместитель акима Курчумского района Мейиржан Алибеков.
Село Маралды 28 марта 2024 года
Жители села уже обращались в суд, приглашали в село независимых экспертов. Экологи заявили о высокой вероятности утечки цианида с фабрики. Но суд не запретил строительство фабрики.
— Ситуация в Маралды иная. Его нельзя сравнивать с такими золотодобывающими районами, как в Акмолинской области. Потому что в Акмолинской области местность равнинная. Я ездила в Маралды в августе прошлого года, встречалась с людьми, мы поднялись на гору, всё посмотрели. Мы увидели расположение села. Там хотят добывать золото прямо на вершине горы. Река проходит рядом с золотодобывающим предприятием. Эта река проходит по селу. Люди пьют и используют воду из реки. Это опасно, — говорит Лаура Маликова, председатель Ассоциации практикующих экологов.
МИНИСТР: ИНОСТРАННЫЙ ИНВЕСТОР ПАЛ ЖЕРТВОЙ НЕБОЛЬШОЙ ГОРСТКИ ЛЮДЕЙ
Министр промышленности и строительства Канат Шарлапаев назвал противников строительства золотодобывающей фабрики в Маралды «горсткой людей». 24 мая, отвечая на вопрос журналистов, министр заявил, что «эта небольшая группа не живёт в Маралды, они терроризируют жителей села, которые не знают о промышленном процессе».
Министр индустрии и строительства РК Канат Шарлапаев
— К сожалению, вот так сложилось, что ответственный иностранный инвестор пал жертвой небольшой горстки людей, которая под предлогом экологических опасений ограничивает развитие самого села Маралды. Позиция у меня следующая: приходит инвестор, вкладывает деньги, строит фабрику… В Маралды проживает более 300 человек. Каждому из них было приготовлено рабочее место, инвестор на себя взял обязательства по строительству дорог, социальной инфраструктуры и так далее. Но всегда находится горстка людей, которые почему-то считают, что они, не проживая даже иногда в этом селе, имеют право диктовать, как работать иностранному инвестору. Опять же, повторюсь, очень ответственный, настоящий инвестор. Не фальшивый. В этом плане я считаю, что государство для создания рабочих мест, для развития социальной инфраструктуры должно работать над привлечением иностранных инвесторов, — считает министр.
КАКОВЫ РИСКИ, ЕСЛИ ФАБРИКУ ЗАПУСТЯТ?
Фабрика строится на горе близ села. С края ограждения видны каркасы некоторых цехов. Люди говорят, что метод производства золота с использованием цианидной смеси на фабрике опасен. А автор проекта утверждает, что условия безопасности соблюдены.
— Существует особая технология использования цианида. Его никто в открытом виде не использует. На золотодобывающей фабрике в Маралды цианид смешивается с водой, активированным углем и другими веществами в закрытом цехе и готовится в виде смеси и только потом через закрытую трубу выливается в руду. Руда хранится на закрытой территории, окружённой дамбой шириной четыре метра, и составляет 250 тысяч тонн. Под рудой, хранящейся в закрытом помещении, имеется специальный экран, защищающий грунтовые воды от загрязнения. Этот экран состоит из листов бетомата толщиной 30 сантиметров. На него укладывается специальная геомембрана. В проектном решении было указано, что его толщина должна составлять 0,8 миллиметра, но в целях повышения безопасности людей и окружающей среды на предприятии в Маралды её утолщили до полутора миллиметров. То есть защитный слой толще в два раза. На верхний слой укладывается грунт. Руда лежит на поверхности грунта. То есть залитая в руду цианидная смесь собирает в своём составе золото, пока проходит через несколько слоёв, а когда достигает дна, то по закрытому трубопроводу отправляется обратно в цех, — рассказывает эколог Даулет Асанов, участвовавший в разработке проекта фабрики.
Село Маралды Курчумского района Восточно-Казахстанской области. 28 марта 2023 года
Представитель департамента экологии Восточно-Казахстанской области сообщил журналистам на пресс-конференции, состоявшейся в Усть-Каменогорске 16 мая, что «фабрика усиливает меры безопасности, например взяла под охрану недавно обнаруженный родник».
— Они не воспринимают ответную информацию проектной организации и госорганов. Я хочу сделать акцент на том, что на данной территории был дополнительно выявлен водный объект. Но, учитывая эту ситуацию, что появился новый объект, также были предприняты меры самим заказчиком. Они дополнительно разработали природоохранные мероприятия по защите этого объекта и других водных объектов. Эти мероприятия согласованы госорганом, бассейновой инспекцией, — говорит представитель департамента экологии Восточно-Казахстанской области Наталья Гожеман.
Заместитель акима Курчумского района, отвечая на вопрос о рисках в случае введения фабрики в эксплуатацию, говорит следующее:
— Народ волнует этот же вопрос. Говоря о риске... Я не эксперт и не юрист. Но согласно законодательству, на основании которого выдано разрешение, говорят «никакой опасности нет». То есть по цианиду... Поскольку всё это делалось группой специалистов, а не одним человеком, законодательство гласит, что опасности нет. Конечно, я не могу сказать, что вся фабрика идеальна. Почему? Потому что здесь не одно направление, есть разные направления экологии, строительства, есть дорога, есть транспортировка, — говорит заместитель акима Курчумского района Мейиржан Алибеков.
ЧТО БЫЛО 13 ЛЕТ НАЗАД
Местные жители говорят, что они изначально говорили о роднике, но за него взялись только после усиления общественного резонанса, и тот факт, что его взяли под защиту, усиливает недоверие.
— На общественных слушаниях нам сказали, что «вырыли 40 скважин, достигли глубины 40 метров, подземных вод нет». Сейчас говорят, что есть родник. Народ этим недоволен, потому что врали. Они обманули весь народ, на слушания собиралось 200–300 человек, и они там это сказали. Они считают нас людьми низкого уровня, показывают нас такими тёмными, и это задевает нас. Вот так унижают, — говорит Адиль Кожаков.
Река у села Маралды. 28 марта 2023 года
Жители Маралды опасаются утечки токсичных веществ с золотодобывающей фабрики, как это произошло в Восточно-Казахстанской области 13 лет назад. В 2011 году в Глубокском районе Восточно-Казахстанской области произошёл аварийный выброс цианидов с золотопромышленного предприятия в реку Секисовка, предельно допустимая концентрация цианида была превышена более чем в 500 раз.
В результате произошёл массовый мор рыбы, сумма ущерба оценивалась в миллиард тенге.
Не нравится новая фабрика и пчеловодам — их здесь довольно много. Запах цианида и звук громких взрывов на карьере могут напугать и уничтожить их, говорят они. Некоторые из них уже приостановили свой бизнес.
— Моя пасека находится за этой горой, где производят взрывы. Туда летали пчёлы. Вот почему мы перестали разводить пчёл, — говорит житель села Маралды Мадияр Дусипов.
«СКЛОНЯЮТ ЛЮДЕЙ К ПЕРЕЗДУ ИЗ СЕЛА»
По словам жителей, с которыми удалось поговорить корреспонденту Азаттыка, следователи допросили чуть ли не всех сельчан.
— Когда брата одного из наших парней привели в наручниках, он спросил: «В чём его вина? Он, что, преступник?» За это его арестовали на 15 суток. Разве они не перегибают? — возмущается жительница села Маралды Замзиба Итжанова.
Село Маралды. 28 марта 2023 года
Замзиба Ижанова переживает, что после допросов некоторые люди начали задумываться о переезде из села. Но есть и те, кто не может позволить себе обосноваться в городе, у них тяжёлое положение.
— Все мои дети приезжают и проводят здесь лето. Купаются. Собираем черёмуху, ходим за земляникой, косим сено. Они всё лето проводят здесь. Нас не будет здесь, если завтра всё это начнут отравлять. И кто же останется в селе? Можно же построить фабрику на равнинной местности. Но она стоит на вершине горы прямо над селом. Даже если вода с цианидом не будет стекать, будет испарение. Вот, она стоит на расстоянии вытянутой руки. Если бы она находилась далеко, в 25–30 километрах, то ладно, но она стоит тут, это лишь один километр, — говорит пенсионерка.
Строительство фабрики по добыче золота в селе Маралды началось в 2022 году. С тех пор люди протестуют. Согласно плану, строительство фабрики завершится в августе, а переработка золота начнётся осенью. Жители Маралды опасаются, что фабрику введут в эксплуатацию, пока они разбираются с полицией.