Когда я приехала на вокзал, до отбытия поезда оставалось всего пять минут. Пришлось прибегнуть к услугам проводника. Он оказался добрым малым: охотно согласился подсадить меня; и я оказалась в вагоне.
В поезде удалось вздремнуть. Но позже меня разбудил взволнованный голос проводника.
– Вам надо выйти в Доссоре, – говорит он. – В Доссоре в поезд сядут ревизоры, нельзя брать лишних.
– Может, мне добавить?
– Нельзя, останусь без работы.
– Дайте возможность хотя бы доехать до Маката. Все-таки это большая станция. Может, там мне удастся купить билет.
– Об этом тоже говорил со своим начальником. Не соглашается.
Пришлось в Доссоре сойти с поезда. Привокзальный кассир в ответ на вопрос о наличии билетов в направлении Макат – Актау стала кричать. Она вызвала дежурного полицейского по вокзалу и пожаловалась на то, что я мешаю ей работать.
Я решила не спорить. Через некоторое время опять подошла к кассиру. «Апай, пожалуйста, продайте мне один билет, я доплачу сверху. Это очень важно, у меня редакционное задание», – слезно умоляла я.
Вроде она успокоилась, надела очки и потребовала мои бумаги. Внимательно прочитала их, даже сняла копии, потом сказала: «Нету билетов».
Я была поражена: ведь вагон был полупустым, когда я села в Атырау. Я решила доехать до следующей станции Макат на такси. От Доссора до Маката расстояние всего 40 километров. Вдруг, проехав примерно полпути, таксист остановил машину, так как ему кто-то позвонил.
Он вышел из машины, потом открыл капот и начал копаться в железках. Чертыхался, не брезгуя нецензурными выражениями, вначале выражал недовольство погодой, потом – своим автомобилем. Затем сказал: «Всё, сломалась машина».
Вот тебе и на! Тем временем метель разыгралась не на шутку. Вместе с двумя попутчиками я вышла на трассу и стала голосовать. Спустя почти полчаса нам удалось поймать проезжавший мимо уазик.
Поезд Атырау – Мангышлак уже давно находился в пути. Я предложила кассиру станции Макат тройную цену за билет. Она не возражала: «Ждите. Пока билетов нет. Если появятся в продаже, я сразу же выпишу вам». Но когда к 18 часам, наконец-то, показался состав, кассир развела руками, что означало – «билетов нет».
Я подошла к проводникам. Одна женщина согласилась впустить в вагон.
Но только я взялась за поручни, как к ней подошел молодой парень и что-то шепнул ей на ухо.
«Ой бай, слезай!» – завопила она вдруг.
– Апа, что случилось? Ведь я хорошо заплачу, – говорю я.
– Нельзя.
– 30 тысяч тенге! – предложила я. Она немного подумала, потом упавшим голосом сказала: «Не могу, таково задание».
Стоявшие возле кассы женщины сказали, что вагон № 15 поезда, в котором они ехали, был практически пустым.
В голове мелькнула мысль: «Может, доехать до Кульсары и оттуда на такси до Бейнеу или даже сразу до Шетпе?» Однако таксисты, с которыми я разговорилась, сказали, что на дорогах уже выставлены блокпосты.
– Из Атырау вас всё равно не выпустят. Понесете лишние расходы. А вообще, если так уж нужно, можно отвезти за 100 тысяч тенге. Но с полицейскими вам самой придется разводить, – сказал один из них.
В 10 часов вечера на такси обратно вернулась в Атырау. Похоже, тот таксист оказался прав. При въезде в Доссор нас остановили полицейские и спецназовцы в масках с автоматами наперевес. Посветили фонарем, внимательно изучили наши лица – и отпустили.
Но от поездки в Актау не отказалась. На следующий день в аэропорту оказалось, что ни на один из двух рейсов билетов не было. Обычно, даже при отсутствии билетов, можно было вылететь за небольшую доплату.
К тому же желающих вылететь этим рейсом оказалось намного больше, чем обычно. Перед представительством авиакомпании уже образовалась солидная очередь. После безуспешных попыток достать билет я уехала домой. Но в моем кармане лежал билет на следующий день.