Благодаря пленкам, на которых записаны предполагаемые разговоры Леонида Кучмы со своими подчиненными, Николай Мельниченко приоткрыл утаенные для широкой публики деяния главных чиновников страны.
Некоторые информационные источники используют добытые Николаем Мельниченко свидетельства в своих целях. Российские средства массовой информации пытаются обслужить интересы своих патронов и прежде всего силовиков, которые играют еще не раскрытую до конца роль. До казахстанской публики в основном доходит уже кем-то обработанная информация о Николае Мельниченко и его свидетельских документах.
Очень много служб и людей заинтересованы в том, чтобы какие-то факты либо припрятать, либо приукрасить. Я лично был, что называется, у истоков истории Николая Мельниченко. Я был одним из руководителей украинской редакции Радио Свобода в Праге, и фактически через меня прошли первые шаги майора в его саге.
Я первым взял у него интервью в декабре 2000 года. С этого выхода в прямой эфир фактически началась публичная жизнь бывшего охранника Кучмы. За ним охотилось к тому времени сразу же несколько спецслужб, что частично перепадало и мне. Были свои интересы у украинской спецслужбы, за ним бегали по пятам российские сыщики. На меня с вопросами о Николае Мельниченко выходили чешские интерполовцы. В это дело были вовлечены приватные детективы.
Леонид Кучма в бытность его президентом Украины.
В общем, было горячее время. И иногда чьи-то ребята были близки к цели. Николай Мельниченко уходил от преследования буквально в последние минуты. На первых порах я напрямую с ним не общался. Только по телефону. Я сам толком не знал, где он. Позже я уже знал больше.
На то время самым кричащим свидетельством, которым располагал Николай Мельниченко, был предполагаемый разговор Леонида Кучмы со своими подчиненными о журналисте Георгии Гонгадзе. Еще Георгий был жив, и о нем не совсем лестно отзывались участники разговоров в кабинете президента. Сам Леонид Кучма будто бы высказал пожелание типа: хорошо бы проучить Гонгадзе… схватить и переправить куда-нибудь подальше... к чеченцам... пусть бы они разобрались с ним как следует. Очень скоро Георгия Гонгадзе похитили, а уже позднее нашли тело в лесу без головы, которое приписывают погибшему журналисту.
В первые дни Николаю Мельниченко провластные пропагандисты шили предательство и нарушение присяги. В ответ оппозиция использовала факт истории с Георгием Гонгадзе как оправдывающий майора Николая Мельниченко тем, что он пытался следовать своей конституционной обязанности предупредить о готовящемся преступлении. В споре юристов побеждала как раз эта точка зрения. В глазах общественности тему предательства реализовать было невозможно, и спор прекратился.
Пока Леонид Кучма был у власти, хода пленкам Николая Мельниченко не давали на официальном уровне. Сначала эту пленку объявили как очередную подделку с целью компрометировать президента и его ближайшее окружение. Оппозиция потребовала провести независимую экспертизу. Ее провели как минимум дважды - в Австрии и в Нидерландах. Но эту экспертизу не принимали как официальный документ для судебного разбирательства.
Есть такая закавыка, которую использовали власти буквально до недавнего времени. Должно быть официальное заявление Генеральной прокуратуры. Без этой чертовой бумажки любые попытки рассматривались как самодеятельность, не имеющую легитимности. Парадокс в том, что его не смогли добыть не только во времена правления Леонида Кучмы, но и спустя несколько лет после Кучмы.
Здесь возникает уйма вариантов для толкования. Такое письменное заявление удалось получить только несколько месяцев тому назад. И Николай Мельниченко отдал свои пленки представителям Генеральной прокуратуры Украины в украинском посольстве в Америке для проведения первой официальной государственной экспертизы.
Специалисты считают, что на проверку записей уйдет до трех месяцев. Если пленки признают несфабрикованными, то они смогут стать легитимным предметом судебного разбирательства уже к началу лета. И тогда у адвокатов появится возможность требовать судебного расследования деятельности целой группы некогда высоких государственных чиновников.
На пленках есть масса подробностей, которые можно отнести к настоящей криминальной хронике в лицах. Там утверждается о вручении необычных даров президенту Леониду Кучме. Один из его подчиненных будто бы принес несколько килограммов скифского золота. Другой в обмен на приобретение завода якобы предложил президенту акции. Есть несколько указаний расправиться с некоторыми непослушными депутатами и судьями. Есть факты подтасовки местных выборов.
Словом, президентский кабинет выглядит на пленках своеобразным штабом подрывной деятельности и финансовых махинаций в огромных размерах. Николай Мельниченко считает, что Леонид Кучма способствовал обогащению Виктора Пинчука, мужа его дочери, на миллиарды долларов. Но дело ведь не только в Леониде Кучме.
Николай Мельниченко настаивает, что во всех преступлениях замешана целая группа государственных деятелей и некоторые из них до сих пор продолжают занимать ключевые посты в государстве. Тут брошен камень в огород сегодняшнего спикера украинского парламента Владимира Литвина, который был практически вторым человеком кучмовского закулисья. Он возглавлял президентскую администрацию, и именно через него проходили кое-какие неприглядные делишки в кабинете президента.
А бывший майор – человек одержимый. Помню как я однажды вместе с московским корреспондентом американской газеты «Нью-Йорк Таймс» Патриком Тайлером встретился с ним в одном укромном месте. Так вот в течение восьми часов говорил только беглый майор. И говорил он только о делах Кучмы. И только об этом. Его нельзя было ни на мгновенье перевести на другую тему. Весь его разум был и остается поглощенным какой-то важной миссией.
Появился и в Казахстане свой Мельниченко, уже не майор, а генерал-майор, даже не просто генерал-майор, а дважды генерал-майор Рахат Алиев. Он тоже грозит властям и их тайным креатурам километрами компрометирующих аудиозаписей. Но сначала был все-таки Мельниченко-оригинал, с Украины. Чего же хочет Николай Мельниченко? Что самое важное для него сейчас? Посадить Леонида Кучму? Нет. Это он считает делом почти выигранным. Что тогда? Продолжу в следующий раз.
(Журналист Александр Народецкий в данной статье излагает свою точку зрения и свои суждения. Они могут не совпадать с позицией редакции радио Азаттык).