Критический комментарий на статью Кадыржана Аскарова

Содержание статьи Кадыржана Аскарова у людей, более или менее знакомых с политической грамотой, имеющих зачатки аналитического мышления и пристально следящих за ситуацией в Казахстане последние 20 лет, должно вызвать ряд вопросов и суждений. Например, таких.

1. По поводу «политического экстремизма». Если уж эксперты недооценивают значение такого явления, как политический экстремизм, то что же можно сказать о представителях политических, так называемых оппозиционных партий.

О рядовых членах казахстанского общества (сразу оговорюсь, не гражданского общества — его-то у нас как раз таки и нет; власть, со слов советника президента Казахстана Ермухамета Ертысбаева, только-только намеревается строить его) и вовсе речи быть не может. Они заняты повседневным трудом с целью заработать на хлеб.

2. Иллюзий в отношении демократичности и гуманности верховной власти у образованной (а не просто дипломированной) части казахстанского общества никогда не было. Что касается остальной массы населения, то ей безразлично, какая по сути своей верховная власть.

Мир в стране, есть работа, живем более-менее не впроголодь, пусть и на кредиты, — и на том спасибо. И хоть тысячу статей, подобных анализируемой, опубликуй и прочти среди простого народа, результат будет практически нулевой. И почему, думаю, объяснять не надо.

Итак, ясно, что большая часть народа живет хлебом единым, а не интересом к теоретическим изысканиям, в которых наличествуют такие термины, как «иллюзии», «демократичность», «гуманизм». Для примера советую сходить на Зеленый базар в Алматы или побеседовать с трудягами: нефтяниками, сталеварами, шахтерами, земледельцами и другими.

3. Равных Ермухамету Ертысбаеву по уровню теоретической подготовки, широте кругозора и эрудированности, умению блестяще пользоваться ключевыми принципами ораторского искусства как в устной, так и в письменной форме, по филигранным, порой изощренным способностям использовать любого рода факты в политической риторике, по степени информированности и, наконец, ангажированности существующим политическим режимом (в данном случае я пользуюсь этим термином чисто в политологическом смысле) нет ни среди высококвалифицированных гуманитариев в вузах и различного рода НИИ страны, ни в «Нур Отане», который за 10 лет своего существования вряд ли удосужился осуществить подготовку из числа молодежи достойной смены Ертысбаеву, ни тем более в «мозговом центре» оппозиционных партий.

Этого его политические противники и соперники либо не хотят признавать, либо признают молча, с зубным скрежетом. Я всецело разделяю высказанное когда-то одним из моих коллег из дальнего зарубежья мнение о том, что Нурсултану Назарбаеву крупно повезло с таким советником и что аналогов ему нет практически на всём постсоветском пространстве.

4. Власть действительно берут, а не выклянчивают. Здесь нет ничего провокационно-экстремистского. Это аксиома в политике. И это аксиома для действительных политиков, а не для людей, которые ничтоже сумняшеся называют себя политиками и в течение 10 и более лет занимаются «политическим словоблудием». И действующая власть с действительными политиками должна бороться и борется всеми доступными методами. И это тоже аксиома.

5. Не могли слова Ермухамета Ертысбаева толкнуть «нефтяников на решительные, самостоятельные действия и длительную забастовку». По причинам, сказанным выше, в пункте 2.

6. Это что же за оппозиция, которая поддается на «подталкивание», на «провокацию»? Власть, если она серьезная, — а сомнения в этом плане вряд ли  ​​у кого-нибудь из здравомыслящих есть — всегда должна быть готова и действительно готова к подавлению политических противников всеми доступными методами. (Примеров тому в новейшей политической истории Казахстана более чем достаточно.) Это аксиома, которая описана в вузовских учебниках политологии, где есть целые разделы о вкладе Макиавелли в мировую политическую мысль.

7. В Казахстане и на самом деле ничего не зависит от воли избирателя. Если и зависит, то эта воля избирателю либо навязана, либо предложена в такой форме, что он ее принимает за свою. И здесь вина лежит не на власти и на избирателях, которые далеки от политики и живут по принципу «Хлеба и зрелищ». Это тоже аксиома. И практически все избирательные кампании последних 20 лет наглядное тому свидетельство. Ермухамет Ертысбаев, перечисляя методы и способы борьбы властей предержащих за судьбу избирательных кампаний, ничего нового или сенсационного не сказал. Всё это есть в учебниках политологии.

8. Нравится это кому-либо или нет, но в политике нет и не может быть окостенелости, догматизма и прямолинейности. Гибкость и еще раз гибкость, которую оппоненты обозвали «конъюнктурщиной». Если оппоненты придут к власти, то они будут просто идиотами, если не будут пользоваться теми же методами и способами. Других просто нет и быть не может. И это тоже аксиома.

9. Насчет акимов и членов избиркомов, воспринимающих слова статусного советника как прямое руководство к практическим действиям. Это, пожалуй, из области фантастики. Ермухамет Ертысбаев письменно и устно выступает не для акимов и членов избиркомов. Последние руководствуются четкими и недвусмысленными инструкциями вышестоящих органов, а за то, в какой мере и с каким служебным рвением они это осуществляют, советник президента ответственности не несет.

10. Насчет министерства внутренней безопасности США и особого списка. Это явный перебор. Факт притянут за уши и к контексту анализируемой статьи не имеет никакого отношения. Это всего лишь дешевый, но широко практикуемый прием нечистоплотной журналистики. Кто же станет отрицать, что в Казахстане имеется ТЕНДЕНЦИЯ создания различного рода экстремистских организаций религиозного (и прежде всего исламистского) толка.

Власти вдоволь заигрывались с исламом: строили мечети, посылали молодежь учиться в страны Ближнего Востока, широко практиковали платный и дорогостоящий хадж в Мекку, открывали телеканалы и тому подобное, а в плане социально-экономическом допускали в силу ряда объективных и особенно субъективных причин зияющие провалы. Результат налицо.

И очень жаль, что пример Узбекистана вовремя не был изучен аналитиками спецслужб и других организаций, призванных отслеживать тенденции, имеющие место в ближнем зарубежье. Ведь в Узбекистане еще в конце 1980-х годов так начали активно заигрывать с исламом и ничего не делать в плане развития экономики, что в 1990-е годы участников мощной волны ваххабизма в Ферганской долине пришлось затем содержать в концентрационных лагерях на плато Устюрт, на бывших советских военно-химических полигонах.

11. «Эксперты отмечают, что внутренний государственный политический экстремизм представляет более высокую степень общественной опасности по сравнению с другими видами экстремизма, так как, проникая во все области общественной жизни, затрагивает жизненно важные интересы абсолютного большинства граждан и угрожает безопасности международного сообщества». По-моему, то же самое провозглашали США через Госдепартамент, когда готовили удар по Ираку, в чем им подыграли их политические союзники в лице премьера Великобритании.

12. О каком конструктивном сотрудничестве правящей партии «Нур Отан» с партией «Азат», то бишь ОСДП, можно говорить? Это в России ЛДПР конструктивно сотрудничает с «Единой Россией» на деле, хотя на словах ее лидер активно критикует всех и вся, кроме первых лиц. КПРФ занимается политикой ради политики. И давно не бедствует. А находись казахстанская оппозиция в мажилисе, то дальше дешевой демагогии и спекуляций она бы не пошла. Достаточно для этого почитать так называемую оппозиционную прессу.

13. «Именно отсутствие в мажилисе реальных представителей народа накапливает проблемы и, как следствие, ведет к социальным конфликтам». По форме — верно. В мажилисе нет реальных представителей народа. Если и были, то только в начале 1990-х годов. По сути — нет. Мажилис не призван решать социальные проблемы. Это законодательный орган. Если выступают с речами, в которых сквозит какая-либо социальная проблема, то это популизм.

Социальные проблемы в Казахстане частью остались от советского прошлого, частью явились следствием близорукой политики властей всех уровней, частью — инфантильности значительной части населения, причем городского. Ипотечниками занимались частные фирмы, а не власть и государство.

Спекуляции на тему заключенных казахстанских тюрем — излюбленная тема некоторых оппозиционных СМИ. Здесь — никто не спорит — есть достаточно проблем. Но они — суть отражение проблем казахстанского общества, результат издержек той политики, которую осуществляла нынешняя власть, решая многие свалившиеся на голову проблемы зачастую методом проб и ошибок.

14. «Выслуживаясь перед руководством, Ертысбаев опустился до самой настоящей лжи, направленной на формирование в обществе рабской психологии и утверждающей диктатуру власти. Трудно расценить по-иному его "историческое открытие". «…То, что происходит в Жанаозене, абсолютно не характерно для казахского менталитета… Казахи никогда не выступали против центральной власти, никогда».

Как это ни печально для автора статьи, но Ермухамет Ертысбаев не лжет. И его слова не направлены на формирование в обществе рабской психологии и утверждение диктатуры власти.

Нельзя формировать то, что уже давно сформировалось. Это только на словах говорится о том, что казахстанцы, в том числе и казахи, — свободные граждане свободной страны. Но при этом общеизвестно, что 70 лет советского тоталитаризма отнюдь не прошли бесследно для нашего казахстанского менталитета.

Коммунистическая эпоха сформировала, не будем этого скрывать, у подавляющей части населения причудливый симбиоз раба и господина: когда мы рабы по отношению к вышестоящим и господа по отношению к нижестоящим.

Немногочисленный контингент свободолюбивых отстреляли либо сгноили в лагерях. Выжившие на генетическом уровне передали потомкам смирение и кротость, страх перед властью и тому подобные черты поведения. Если к этому прибавить кочевой менталитет, важным компонентом которого было уважение, граничащее зачастую с низкопоклонством к вышестоящим (султанам, биям, баям и тому подобным), чинопочитание, то ясно, какие черты характера превалируют в казахстанском, в том числе казахском, менталитете.

Если сегодня просмотреть многочисленные комменты на сайтах радио Азаттык, «Республики» и других, то там открыто пишут, что казахстанцы рабы, раз терпят и любят свою власть. Ермухамет Ертысбаев не утверждает диктатуру власти. Ее утвердили сами казахстанцы, «отдавая» 80–90 процентов за президента Нурсултана Назарбаева, отдавая ему свою судьбу, «голосуя за мир, спокойствие и благополучие». Критикуя Ермухамета Ертысбаева за его суждение о том, что «казахи никогда не выступали против центральной власти», автор статьи использует аргументы, сила которых явно недостаточна, чтобы опрокинуть доводы оппонента.

Бухар Жырау, устроив публичную отповедь хану Аблаю, не посягал и не думал посягать на его власть. Специфика эпохи и статус оппонента допускали подобные публичные выступления, хан Жангир был сателлитом царских чиновников, а не полновластным правителем далеко не суверенного Букеевского ханства. Лидеров Алаш Орды — чистокровных казахов —  ​​энкавэдэшники «подмели» во второй половине 1930-х, когда они были всего лишь советскими чиновниками и даже не помышляли о борьбе против существующего режима: у них на это хватало ума.

Желтоксановцы — все казахи. Но в подоплеке тех событий много еще неясного. Хотя с большой долей уверенности можно считать, что молодежь квалифицированно спровоцировали на мирное выступление представители элит, боровшихся за власть, а затем «кинули». При всём уважении к Жумабеку Ташенову, «выступившему против диктата тогдашнего хозяина Кремля Никиты Хрущева и пожертвовавшему всем личным во благо народа и целостности Казахстана», следует отметить, что он пожертвовал личным, но не жизнью, как его предшественники в 1937 году.

Против несправедливости центральной власти казахи выступали, но не всегда, а периодически, когда власть ломала основы всей жизни, как это было в период коллективизации. Выступали и сами представители этой власти, но максимум районного или окружного уровня. Из 372 восстаний, имевших место в 1929–1931 годах на территории Казахстана, в которых участвовало 80 тысяч человек, только 25 было вооруженных, остальные — невооруженные акции протеста.

15. По поводу Жанаозена. Безусловно, это стратегический просчет Акорды. Власть, строя капитализм, оказалась неготовой действовать «по-капиталистически», то есть предупреждать социальные конфликты, гасить их квалифицированными мирными способами, использовать в крайних случаях арсенал средств не боевого характера. Эта неготовность вытекает из того, что капитализм строят люди с советским, «социалистическим» воспитанием и соответствующим менталитетом.

Отсюда и трагедия Жанаозена. С известной долей натяжки можно, конечно, считать, что поведение властей в Жанаозене — это проявление государственного экстремизма. Но этому госэкстремизму далеко до сталинизма и соответствующих репрессий против ВСЕГО народа, которые небезосновательно считают, как и фашизм, проявлением террористической диктатуры. Время не то, да и лидеры не те.

Конфликт на самом деле локален. Хотят того или нет противники режима, но весь Казахстан не бастует и большая часть казахстанцев за президента. Главное, что власть делает соответствующие выводы, раз намерена ускорить строительство гражданского общества в Казахстане.

Резюмируя вышесказанное, отмечу, что содержание статьи характеризуется наличием в ней эмоционального надрыва, «спазма в горле», переборами и передергиванием, местами есть пассажи, достойные «лучших» произведений отечественной и зарубежной (российской) ангажированной журналистики, претендующей на остропублицистический характер. Но на самом деле статья является обыкновенной кустарной поделкой, далекой от подлинного анализа и не способной мобилизовать читателей на позитивную, созидательную деятельность, направленную на решение острых проблем, стоящих перед казахстанцами.

Турганбек Алланиязов - кандидат исторических наук, профессор Жезказганского университета.

Автор в данной статье выражает личную точку зрения, которая может не совпадать с позицией радио Азаттык.