Любовь Ксенофонтова, директор центра «Возрождение», долго не соглашалась на интервью. А согласившись, попросила не акцентировать внимание на ней самой.
Центр адаптации для алкоголиков, наркоманов, лиц без определенного места жительства и бывших осужденных «Возрождение» был создан три года назад.
Сама Любовь Ксенофонтова называет себя «алкоголиком с пятнадцатилетним стажем», бомжом. Она думала, что ее жизнь кончена. Но однажды священник предложил ей помогать таким же отчаявшимся, как она сама, и предоставил свой дом, который стал приютом для тех, кому некуда идти.
«Я когда-то была «законченной» алкоголичкой. Меня бросил муж и забрал детей. Два года я побиралась по помойкам. Однажды в меня поверили, помогли разобраться в себе и своей жизни. Сейчас мне хочется помочь людям начать жизнь заново. Ко мне приходят разные люди. В основном те, у кого нет жилья и негде переночевать. Кто-то остается, а кто-то уходит», – говорит Любовь Ксенофонтова.
Я когда-то была «законченной» алкоголичкой. Меня бросил муж и забрал детей. Два года я побиралась по помойкам.
Центр «Возрождение» имеет в своем распоряжении три дома, в одном из которых живут женщины, в другом – мужчины, в третьем – директор. Здесь имеется отремонтированная баня, огород в восемнадцать соток. По словам Любови, здесь люди работают, выращивают овощи, а труд отвлекает от негативных мыслей.
«Когда человек начинает работать, он понимает, что становится значимым и может заработать себе на хлеб. К тому же забывают о своей прошлой жизни. Так некоторые отказались от алкоголя, наркотиков и сейчас живут полноценной жизнью», – поясняет Любовь Ксенофонтова.
ЧАСТНАЯ ИСТОРИЯКак оказалось, чаще всего в центр обращаются мужчины. Среди бомжей не только алкоголики да наркоманы. Есть и те, которые оказались в сложной ситуации.
58-летняя Галина Марьясова, инвалид по зрению первой группы, два года назад осталась без жилья. Она утверждает, что была жестоко обманута и теперь в ее квартире живут посторонние люди.
Проживающая в приюте Галина Марьясова. Семей, 9 сентября 2010 года. «В 2008 году я осталась без квартиры. Мошенники поняли, что я, практически незрячий инвалид, живу одна. Меня просто-напросто выжили. Мне били окна, угрожали. Позже оказалось, что моя квартира уже приватизирована другим человеком и есть даже документальное подтверждение из центра недвижимости. Меня выкинули из квартиры, забрали документы. И по сей день я ничего доказать не могу», – говорит Галина Марьясова.
С ее слов, она жила, где придется, просила в переходах милостыню. Позже сильно заболела, ее определили в Красный Крест, где помогли восстановить документы. Прихожанка церкви подсказала обратиться в центр «Возрождение», где она сейчас и живет.
«Было очень трудно. Сейчас, несмотря на то, что у меня слабое здоровье, хочу обратиться в Верховный суд в Астане. И я уверена, что там добьюсь справедливости. Потому что в Семее я правды не нашла», – говорит журналисту радио Азаттык Галина Марьясова.
ВЫБОР ЗА ЧЕЛОВЕКОМВ центр приходит много людей, но много и уходит. По словам Любови Ксенофонтовой, не каждый готов следовать двум простым правилам: не пить и не курить. Если они готовы начать новую жизнь, говорит она, то центр ищет им работу.
«Кто хочет работать, тот будет работать. Сейчас многие мужчины уехали на заработки, на сезонную работу. Звонили. Как вернутся, будут снимать квартиры. Некоторые изъявили желание остаться здесь. Работа для всех найдется. Главное, чтобы человек этого хотел», – считает она.
Комнаты в центре для нуждающихся, говорит Любовь Ксенофонтова, предоставляются бесплатно. Когда человек начинает зарабатывать, он помогает центру оплачивать за электроэнергию: на человека выходит около тысячи тенге в месяц. В любой момент желающие могут покинуть центр, что в основном и происходит, отмечает она. С ее слов, многие не могут следовать правилам центра и возвращаются к бродячему образу жизни.
Женщина, делившая в центре комнату с Галиной Марьясовой, недавно помирилась с мужем, который забрал ее домой. Другая нашла работу и вернулась в семью. Галина верит, что скоро вернет себе квартиру и, наконец, будет спать в собственной кровати.
«На зиму останусь здесь, – говорит она. – Идти мне некуда. Здесь тепло, у меня есть свой угол. Радует, что есть цветной телевизор. Одна женщина подарила мне дубленку, осталось за малым – сапоги и шапка. Собираю документы для Астаны и верю, что верну свою квартиру».