ЖЕНЫ АРЕСТАНТОВ НЕДОВОЛЬНЫ ГОСУДАРСТВЕННЫМИ АДВОКАТАМИ
В среду, 24 июня, жены топ-менеджеров «Казатомпрома» во время пресс-конференции в Алматы заявили, что по отношению к их мужьям термин «экс-руководитель» является некорректным, поскольку они все пока остаются на своих должностях.
«В СМИ пишут о них, как об экс-руководителях, но это – неправильно. Никто из них еще не снят с должности», - сказала Тамара Пирматова, супруга генерального директора компании «Степногорский горно-химический комбинат» Эшмурата Пирматова.
Они были солидарны в своей неудовлетворенности действиями государственных адвокатов, которые, по их мнению, не столько защищают их мужей, сколько подыгрывают следствию.
«Мы не только недовольны действиями адвокатов, назначенных следствием, но и протестуем против их действий», - сказала Марика
Марика Цоцория, супруга вице-президента компании «Казатомпром» Малхаза Цоцория. Алматы, 24 июня 2009 года.
Цоцория, супруга вице-президента «Казатомпрома» Малхаза Цоцории. По ее словам, Малхаз Цоцория отказался от услуг адвоката, назначенного следствием и на сегодняшний день он практически остался без защиты.
По словам Натальи Парфеновой, она также не доверяет «красным адвокатам». Когда ее попросили пояснить термин «красный адвокат», она ответила: «Под «красным адвокатом» я понимаю адвоката, который до этого работал в КНБ. Во всяком случае, насколько мне известно, адвокат моего мужа раньше был сотрудником КНБ». По ее словам, подобный адвокат не столько защищает интересы ее мужа, сколько работает на следствие.
ОДИН ИЗ ДВУХ АКАДЕМИКОВ СИДИТ В ТЮРЬМЕ
Тамара Пирматова, супруга генерального директора компании «Степногорский горно-химический комбинат» Эшмурата Пирматова, не исключает того, что по отношению к ее мужу могли быть применены психотропные препараты. «Это я говорю как врач на основании личного освидетельствования», - сказала она.
Кроме того, Тамара Пирматова выразила недоумение тем, что «свидетелей содержат как преступников». По ее словам, ей следователи говорили о том, что ее муж проходит по уголовному делу в качестве свидетеля. Однако его привозят на свидание в СИЗО комитета национальной безопасности из конспиративной квартиры КНБ с завязанными глазами и также отвозят обратно. А по словам ее мужа,
Мы считаем, что наших мужей держат не как свидетелей, а как обвиняемых, потому что их насильно удерживают на конспиративных квартирах.
комната, где он содержится на конспиративной квартире, больше похожа на одиночную камеру.
Тамара Пирматова выразила недоумение непоследовательностью действий властей. «Мой муж 13 мая вместе с Нурсултаном Назарбаевым получил звание академика. А через десять дней его арестовали».
Наталья Парфенова также выразили недоумение тем обстоятельством, что по одним документам их мужья числятся как свидетели, а в других документах – как подозреваемые.
«Мы считаем, что наших мужей держат не как свидетелей, а как обвиняемых, потому что их насильно удерживают на конспиративных квартирах. То есть КНБ просто морочит голову и нам, и всему обществу, рассказывая сказки про программу защиты свидетелей. А в это время наших мужей заставляют дать нужные КНБ показания».
Наталья Парфенова добавила, что она получила официальное письмо от следователя Валеева, гда он пишет, что в отношении ее мужа не было выбрано мер пресечения.
«Если это так, то почему тогда его держат, как арестованного?» - спрашивает Наталья Парфенова.
«ОБЩЕЕ ГОРЕ НАС ЕЩЕ БОЛЬШЕ ОБЪЕДИНИЛО»
Среди присутствующих в зале во время пресс-конференции была замечена Джамиля Джакишева. В связи с этим журналисты спросили о том, не испортились ли отношения между женами топ-менеджеров «Казатопрома» и Джамилей Джакишевой.
«Общее горе нас еще больше объединило, - сказала Марика Цоцория. - Мы же неглупые люди и понимаем, чего от нас хотят». По ее словам, Джамиля Джакишева демонстрирует качества сильной и мудрой женщины.
eДжамиля Джакишева, супруга арестованного топ-менеджера Мухтара Джакишева и Сара Сагындыкова, супруга арестованного офицера полиции Талгата Кыстаубаева. Алматы, 24 июня 2009 года.
Уже после пресс-конференции журналисты поинтересовались у Джамили Джакишевой, почему она не принимала участия в работе пресс-конференции как одна из ее участниц.
«Дело в том, что дело моего мужа, Мухтара Джакишева, и без того находится в центре общественного внимания. Понятно, что ему очень тяжело. Однако и мужьям сегодняшних участниц пресс-конференции не легче, хотя их и называют свидетелями. Но мы-то знаем, что их называют свидетелями, а на самом деле к ним относятся как к преступникам. Поэтому я и не хотела отвлекать внимание от их проблем. Они нуждаются в защите, в том числе и со стороны общественности, не в меньшей степени, чем мой муж», - сказала Джамиля Джакишева.
Особо следует отметить, что охранник «Кузета» Талгат Кыстаубаев проходит по делу «Казатомпрома» не как свидетель, а как подозреваемый. В связи с этим его жена, Сара Сагындыкова, удивлялась, как это простой охранник может иметь отношение к менеджменту «Казатомпрома».
Во время пресс-конференции Сара Сагындыкова сквозь рыдания – Марика Цоцория ее успокаивала – сообщила о том, что не знает о
Сара Сагындыкова, супруга арестованного офицера полиции Талгата Кыстаубаева и Марика Цоцория, супруга вице-президента компании «Казатомпром» Малхаза Цоцория. Алматы, 24 июня 2009 года.
местонахождении и состоянии своего мужа, поскольку ей ни разу не дали возможности встретиться с ним. «Знаю, что его арестовали в Алматы, передачи принимают в Астане, но где он находится, я не знаю», - сказала Сара Сагындыкова.
Таким образом, на сегодняшний день Джамиля Джакишева и Сара Сагындыкова еще ни разу не встретились со своими мужьями.
После пресс-конференции можно было наблюдать теплую встречу участниц пресс-конференции с Джамилей Джакишевой. И в этот момент подумалось: действительно, они понимают гораздо больше, чем, может быть, того хочет следствие КНБ.
Во всяком случае в пользу этого говорит то, что они потребовали от следствия КНБ четкого ответа, кто их мужья: обвиняемые или свидетели? Если свидетели, то они должны быть немедленно освобождены. Также они потребовали допустить врачей, чтобы их мужей могли освидетельствовать независимые врачи, а не те, кого привели спецслужбы.
Кроме того, они потребовали, чтобы КНБ рассекретил процесс и допустил к делу адвокатов, выбранных ими, чтобы судебный процесс по делу их мужей был открытым и гласным, так как нужно видеть, какими доказательствами располагают спецслужбы.