Напомним, что Серик Бекенов, юрист Астанинского филиала Казахстанского бюро по правам человека, сообщил нашему радио Азаттык, что от четверых заключенных транзитно-пересыльного пункта следственного изолятора СИ-12 в Астане поступила жалоба на их избиение сотрудниками спецназа.
Серик Бекенов тогда подтвердил нашему радио Азаттык, что он и член общественно-наблюдательной комиссии Иван Мельник лично удостоверились в наличии ссадин у четверых заключенных, и предоставил нашему радио Азаттык фотографии избитых осужденных, из которых лишь Фарух Сарсенов и Арман Нурмагамбетов согласились на обнародование своих фамилий.
Статья на сайте нашего радио Азаттык опубликована 6 августа 2010 года.
ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ
По мнению исполняющего обязанности начальника департамента комитета уголовно-исправительной системы (КУИС) по Астане Бауыржана Оразалина, указанные в статье сведения не соответствуют действительности.
Он, не отрицая факта применения спецсредств, тем не менее считает, что на самом деле четверо осужденных «отказались подчиняться законным требованиям администрации учреждения». Это выразилось «в препятствовании проведению режимных мероприятий, оскорблении нецензурной бранью и в попытке совершения акта членовредительства».
Что интересно, в своем письме в редакцию Азаттыка Бауыржан Оразалин указал на то, что против заключенных были применены только наручники, но уже в ходе беседы выяснилось, что были применены и резиновые дубинки.
Бауыржан Оразалин заявил нашему радио Азаттык, что на тот период в следственном изоляторе СИ-12 наблюдалось скопление осужденных «отрицательной направленности». Практически ежедневно, говорит он, сотрудники столичного следственного изолятора проводят обыски для изъятия запрещенных предметов – наркотических средств, средств связи, спиртных напитков, заточных устройств и осматривают техническое состояние камеры. По его словам, осужденные в категоричной форме отказались от обыска, то есть законных требований сотрудников.
Что касается каналов доставки запрещенных предметов в следственный изолятор СИ-12, то Бауыржан Оразалин назвал нелегальные передачи в комнатах свиданий, в посылках, через конвоиров в ходе этапирования, некоторые выбирают вариант переброски их через забор.
В последнюю очередь он назвал «нетщательные» обыски сотрудниками КУИС и их содействие доставке запрещенных предметов из-за «слабого социального пакета». «В семье не без уродов», – так Бауыржан Оразалин оценил тех своих сотрудников, которые помогают заключенным в доставке запрещенных предметов на территорию режимных учреждений.
ПОЯСНЕНИЯ ЮРИСТА
Доводы Бауыржана Оразалина опровергает Серик Бекенов, юрист Астанинского филиала Казахстанского бюро по правам человека, который, с его слов, сразу после получения жалоб на избиение обратился к сотрудникам учреждения с вопросами о причинах применения спецсредств.
«Администрация молчала, хотя я их спрашивал, но никто ничего не знал. Раз все молчали, я подумал, что все было незаконно, и был вынужден сообщить прессе», – говорит в интервью радио Азаттык Серик Бекенов. При этом он подчеркивает, что никто из сотрудников не говорил ему о сопротивлении обыску в камере № 2 транзитно-пересыльного пункта.
Администрация молчала, хотя я их спрашивал, но никто ничего не знал. Раз все молчали, я подумал, что все было незаконно, и был вынужден сообщить прессе.
Сами пострадавшие, по его словам, указывают, что после избиений им объяснили, что они не выполнили какой-то команды, которой не было вообще. По их словам, перед избиением их камеру посетил заместитель начальника по режимно-оперативной работе исправительного учреждения Дмитрий Иванюк, который якобы угрожал им «парашей и гаремом».
Именно он, со слов правозащитника Серика Бекенова, пытался помешать посещению правозащитниками транзитно-пересыльного пункта, ссылаясь на то, что «все заключенные находятся на работе», хотя арестанты в следственном изоляторе не работают, тем более этапируемые из одного исправительного учреждения в другое.
ПРОКУРОРСКОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ
Как сообщается в письме в редакцию Азаттыка, после публикации статьи прокуратурой и полицией Астаны были проведены служебные расследования и вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников следственного изолятора.
Однако Юрий Ли – помощник прокурора Астаны по надзору за законностью в исправительных учреждениях, который и провел проверку законности применения спецсредств, несмотря на неоднократные просьбы корреспондента нашего радио Азаттык, отказался от встречи с ним, ссылаясь на то, что он уже занимает другую должность.
Ныне исполняющий обязанности помощника прокурора города Астаны по надзору за законностью в исправительных учреждениях Нурлан Рабатов также отказался от комментариев, ссылаясь, в свою очередь, на то, что он не владеет ситуацией по данному инциденту.
О деталях прокурорского расследования рассказал очевидец юрист Астанинского филиала Казахстанского бюро по правам человека Серик Бекенов, который на следующий день после публикации решил еще раз посетить следственный изолятор СИ-12, чтобы проведать заключенных после их жалоб правозащитнику.
«Я уже собрался уходить, но примерно к 10:30 в следственный изолятор прибыл Юрий Ли с распечаткой статьи, и он пригласил меня принять участие в ходе разбирательства. Я ему все рассказал о жалобах арестантов на неработающие краны, отвратительные матрацы и наличие крыс в следственном изоляторе», – вспоминает Серик Бекенов.
Как выяснилось, помощнику прокурора Астаны по надзору за законностью в исправительных учреждениях на тот момент не было известно о том, что в следственном изоляторе против заключенных были применены спецсредства.
Я ему все рассказал о жалобах арестантов на неработающие краны, отвратительные матрацы и наличие крыс в следственном изоляторе.
Напомним, что, согласно инструкции по применению спецсредств, о каждом факте начальник исправительного учреждения обязан оповестить прокуратуру.
«Лишь через два часа, уже ближе к обеду, они [сотрудники следственного изолятора] принесли факс и сказали, что прокуратура была предупреждена, но Юрий Ли сказал, что в тот день факс не работал и прокуратура его не получила», – говорит нашему радио Азаттык очевидец Серик Бекенов.
Однако он не видел журнал исходящей корреспонденции исправительного учреждения и может лишь предполагать, что в дальнейшем сотрудник прокуратуры его проверил и убедился, что исходящее факсимильное сообщение был зарегистрировано, поскольку в дальнейшем надзорный орган не усмотрел оснований для возбуждения уголовного дела в отношении сотрудников следственного изолятора.
ВСЕ ЛИ ПРАВОМЕРНО?
Дарига Мусина, старший помощник прокурора Астаны, по совместительству пресс-секретарь, в интервью нашему радио Азаттык отказалась прямо ответить, были ли правомерны действия сотрудников следственного изолятора. Но она считает, что была опасность и резиновые палки были применены для предупреждения противоправных действий. Однако, по ее словам, отказ в возбуждении уголовного дела не означает, что все было правомерно, существуют и дисциплинарные наказания.
Исполняющий обязанности начальника департамента КУИС по Астане Бауыржан Оразалин, ссылаясь на инструкцию министерства юстиции, считает, что в некоторых случаях, когда со стороны осужденного есть прямая угроза чужой или своей жизни, нет времени на получение разрешения на применение спецсредств, и допускает, что в таких случаях можно наказывать самих сотрудников за бездействие.
РЕЗОНАНС
Бауыржан Оразалин констатировал, что после выхода статьи был резонанс и его «неоднократно вызывали в генеральную прокуратуру». Он, по его словам, он опасается за дисциплину в транзитно-пересыльном пункте следственного изолятора Астаны. «Если сейчас наказать, то сотрудники не захотят больше применять спецсредства», – считает он.
Однако в этой запутанной и малоприятной истории есть один явный положительный момент. «Прокуратура отработала быстро, и уже 7 августа в транзитно-пересыльном пункте следственного изолятора всем заключенным поменяли матрацы, были отремонтированы краны, но вот унитазы поменять не успели – тут уже требуется капитальный ремонт», – вспомнил юрист Серик Бекенов.
У него тоже произошли изменения. В Астанинском бюро по правам человека Серик Бекенов уже не работает. О причинах смены работы он распространяться не стал.