Доступность ссылок

«Путешествие в альтернативное прошлое»


Казахстанец Валихан Карасаев на фоне памятников Ким Ир Сену и Кем Чен Иру. Пхеньян, 9 января 2016 года.

Казахстанец Валихан Карасаев на фоне памятников Ким Ир Сену и Кем Чен Иру. Пхеньян, 9 января 2016 года.

Молодой юрист Валихан Карасаев недавно посетил Северную Корею как иностранный турист. В интервью Азаттыку он рассказал об особенностях турпоездки в одну из самых закрытых стран в мире.

Алматинец Валихан Карасаев — выпускник Китайского университета политики и права. 27-летний юрист работает в консалтинговой компании и живет в Пекине. В начале года Валихану удалось съездить в Северную Корею. Он рассказал Азаттыку о том, какие впечателения на него произвела страна, управляемая диктатором-коммунистом.

Азаттык: Валихан, ежегодно всего несколько тысяч туристов решаются на поездку в одну из самых закрытых стран на планете — Северную Корею. Как вам удалось побывать в этой стране?

Валихан Карасаев: На самом деле побывать в Северной Корее не так уж и сложно. Буквально вчера прошел Пхеньянский марафон, в котором участвовало около одной тысячи иностранцев. Есть легальные и достаточно простые способы попасть туда. Северокорейское агентство по туризму сотрудничает с иностранными компаниями, которые оформляют визу в Северную Корею для иностранных туристов, и это очень простая процедура.

Азаттык: То есть вы оформили путевку через обычную туристическую фирму в Алматы?

Валихан Карасаев: Нет, я оформлял визу через туристическую фирму, которая находится в США, и мы связались с ними по Интернету. Для оформления визы достаточно было только предоставить информацию о себе и одну цифровую фотографию.

Азаттык: Почему выбрали именно Северную Корею?

Валихан Карасаев: Так как я постоянно проживаю в Пекине, и Северная Корея является их ближайшим соседом — туда каждый день летают самолеты, ходят поезда, — и поэтому она всё время на слуху. Я очень хотел туда попасть, потому что всем остальным людям кажется, что это очень далекая и закрытая страна.

Поездка в Северную Корею. Фотогалерея из снимков Валихана Карасаева:

Азаттык: Сколько казахстанцев было в вашей группе?

Валихан Карасаев: В этой поездке я был единственным представителем не только Казахстана, но и Азии в целом, так как с нами в основном были туристы из Америки и Европы. Это была достаточно небольшая группа.

Азаттык: Значит, несмотря на то, что посещение Северной Кореи официально не запрещено, из Центрально-Азиатского региона туда мало ездят. Я правильно понял?

Валихан Карасаев: Да, и это удивительно, потому что о Казахстане в Северной Корее знают достаточно хорошо. Они очень гордятся тем, что их самая большая диаспора проживает в Казахстане. Когда [местные гиды] узнавали, что я из Казахстана, они очень радовались этому и это был повод для продолжения общения.

Азаттык: Какой туристический маршрут вам был предложен?

Валихан Карасаев: Для начала нужно подчеркнуть, что отдельно путешествовать по Северной Корее нельзя. Единственный способ посещения — это заранее согласованный, запланированный маршрут в составе туристической группы. В моем случае это был достаточно насыщенный маршрут, мы посетили три города — столицу Пхеньян, южный город Кэсон, который находится на границе с Южной Кореей, рядом с демилитаризованной зоной, и Вонсан, город на восточном побережье страны, где недавно открылся новый горнолыжный комплекс, и мы были его первыми посетителями. Мы остались там на несколько дней, где катались на лыжах и сноубордах.

Азаттык: О каких особенностях страны предупреждает турфирма перед вылетом?

Валихан Карасаев: Конечно, они проводят обязательный ликбез. Как правило, у людей сумасшедшие представления о Северной Корее как о страшном месте, в которое невозможно попасть. Поэтому представители туристической группы объясняют фактически всё, от начала и до конца, что стоит и чего не стоит делать. Моя поездка была очень приятной, и я не столкнулся с таким большим количеством ограничений.

Азаттык: Давайте поговорим о предупреждениях, чего не стоит делать. Что входило в этот список?

Новый аэропорт Пхеньяна. 16 января 2016 года.

Новый аэропорт Пхеньяна. 16 января 2016 года.

Валихан Карасаев: Один из главных запретов — нельзя привозить в Северную Корею никакие материалы, связанные с Кореей, всё, что может быть засчитано как пропаганда или противогосударственная деятельность. Перевоз видео или печатных материалов, которые могут порочить Северную Корею, запрещен. На въезде в аэропорту проходят небольшой досмотр вещей, а также содержимого персональных компьютеров и других устройств на наличие такого рода информации.

Азаттык: Что в первую очередь привлекло ваше внимание после прилета в Северную Корею?

Валихан Карасаев: В первую очередь привлекает внимание контраст того, что ты ожидаешь и что ты видишь. Эти изменения произошли совсем недавно, поэтому они еще не успели стать достоянием широкой общественности. По прилете ты попадаешь в совершенно новый аэропорт, а в группе этого никто не ожидал, потому что прилетели мы на старом самолете, так как власти Северной Кореи [заявляют, что] из-за санкций не могут обновить свой авиапарк. Такой контраст постоянно присутствует в Корее сейчас.

Азаттык: Значит, рейсы в Пхеньян выполняет только национальной авиаперевозчик?

Валихан Карасаев: В основном, да. Это Air Koryo — национальный перевозчик.

Азаттык: Как вы могли бы описать Пхеньян в двух предложениях?

Валихан Карасаев: Это очень сложная задача. Если коротко, то это что-то между путешествием на машине времени и попаданием в альтернативную реальность какой-то параллельной вселенной.

Азаттык: Это попадание в будущее время или в прошлое?

Валихан Карасаев: Это все-таки путь в альтернативное прошлое. Это реальность того, что может быть, если взять определенное количество людей и закрыть их от всего мира, дать нескольким поколениям жить по тем идеям, по которым они живут.

Вид на Пхеньян. 10 января 2016 года.

Вид на Пхеньян. 10 января 2016 года.

Азаттык: Многие западные путешественники отмечают строгость гидов и опасность внеплановых и самовольных действий, не предусмотренных в туристической программе. Некоторые туристы были задержаны и даже осуждены за нарушение протокола и фотографирование без разрешения. Вы с таким не сталкивались?

Валихан Карасаев: Лично я не сталкивался с подобным наказанием. Но в первую очередь надо подчеркнуть, что есть четкий протокол и правила, которым необходимо следовать. Буквально недавно один турист был осужден на 15 лет за воровство. Нужно понимать, что ты все-таки находишься в Северной Корее, а не в какой-нибудь более свободной стране.

Азаттык: Автор нового документального фильма «Пропагандистская игра» испанский режиссер Альваро Лонгориа заметил, что жильцы новых квартир в Пхеньяне вежливо отказывались показывать содержимое своих холодильников. Такое поведение вызвало у некоторых иностранных журналистов подозрение, что элитные квартиры заселяются только на короткое время для демонстративных туров. Не возникали ли подобные ситуации в ходе вашего знакомства с местными жителями? Какие яркие различия в социально-экономической жизни бросаются в глаза?

Валихан Карасаев: Что касается фильма, насколько я понял, это было согласовано с северокорейскими властями. Поэтому меня не удивляет тот факт, что в этом есть какой-то элемент постановки. Вообще, в Северной Корее никто не хочет брать на себя ответственность за какие-то форс-мажорные ситуации, и я не буду удивлен, если это действительно был постановочный кадр.

Что же касается контрастов в жизни, Пхеньян очень сильно отличается от остальной части Северной Кореи, так как жители Пхеньяна имеют городскую прописку, а сельские жители не могут попасть туда. А в городе достаточно высокий стандарт жизни. Мы представляем себе голодное и озлобленное общество, но это не то, что я видел в Пхеньяне. Там люди имеют смартфоны и хоть очень искаженное, но какое-то представление о внешнем мире.

Азаттык: Какой из городов вам больше понравился и почему?

Это все-таки путь в альтернативное прошлое. Это реальность того, что может быть, если взять определенное количество людей и закрыть их от всего мира, дать нескольким поколениям жить по тем идеям, по которым они живут.

Валихан Карасаев: Мне больше понравился город Кэсон, который находится на юге страны, на границе с демилитаризованной зоной. Потому что он включает в себя исторический комплекс древней династии Коре, от которой произошло слово «Корея». Там есть и исторические места для посещения, и сама демилитаризованная зона, которая очень интересна для посещения. Хотя город не имеет столичного статуса, возможно, по причине того, что он находится на границе с Южной Кореей, кажется более развитым и более аполитичным. Там нет таких грандиозных сооружений, которые встречаются в Пхеньяне на каждом шагу.

Азаттык: Вы отметили, что у некоторых северокорейцев довольно искаженное представление о внешнем мире? Была ли у вас возможность пообщаться с местными жителями и узнать их мнение об устройстве мира? Удивило ли вас что-нибудь в их ответах?

Валихан Карасаев: Напрямую с местными жителями я пообщаться не мог из-за языкового барьера. Поэтому мы в основном общались с местными гидами, их было несколько человек. Чувствуется острая нехватка информации. Они получают информацию из одного источника, и с этим они и работают. Поэтому туризм в Северной Корее имеет очень хорошее влияние, так как мы, туристы, являемся источниками альтернативной информации для них. Они видят, что за территорией их страны живут такие же обычные люди, и они дружелюбны. Мне лично очень понравилось общение с местными жителями, даже через гидов и переводчиков. У них, как оказывается, нет слишком выраженного негативного отношения к иностранцам. Может быть, они имеют представление о нас как о злобных капиталистах, которые хотят разрушить их священную страну. Но, тем не менее, когда ты встречаешься лицом к лицу и улыбаешься им, они улыбаются тебе в ответ.

Азаттык: Насколько искренним казалось их отношение к своему вождю Ким Чен Ыну?

Валихан Карасаев: Что не вызывает у меня сомнения, так это искренность их уважения и любви к своим лидерам. Достаточно посетить усыпальницу двух прошлых лидеров — Кымсуcанский мемориальный комплекс в Пхеньяне — и посмотреть на нескончаемый поток местных жителей, надевших свои лучшие одежды и национальные костюмы только для того, чтобы поклониться праху своих лидеров.

В пхеньянском метро. 15 января 2016 года.

В пхеньянском метро. 15 января 2016 года.

Азаттык: Так же как жители Советского Союза, которые выстраивались в очередь перед мавзолеем Ленина?

Валихан Карасаев: Возможно, мне сложно сказать, я этого не видел.

Азаттык: Изменилось ли ваше представление о Северной Корее после этой поездки?

Валихан Карасаев: Да. Перед поездкой я пытался читать материалы о том, что там происходит. Но когда попадаешь на место и всё видишь своими глазами, это представление меняется. Есть ярко выраженное движение от закрытого общества к какой-то более открытой системе, которая приветствует туристов и иностранцев. И у руководства страны есть план по стимулированию въездного туризма. То есть изменения происходят, и отрицать их невозможно.

Азаттык: Какой из запретов вам казался более ощутимым?

Валихан Карасаев: Конечно же, самым ощутимым запретом является ограничение свободы передвижения. Любое передвижение иностранцев должно сопровождаться местным гидом и должно согласовываться заранее. И очень сложно попросить внести изменения в маршрут. Потому что кто-то всегда должен брать на себя ответственность, и в такой стране, как КНДР, мне кажется, это достаточно рискованно.

Азаттык: В стране есть доступ к Интернету?

Валихан Карасаев: Иностранцы могут получить доступ к Интернету в отеле. Также в Пхеньяне есть 3G-интернет, и можно по прилете оформить сим-карту, и с помощью нее заходить в Интернет. Насколько я помню, сайты открывались фактически без ограничений. Так как я прилетел из Китая, где блокируется большинство западных сайтов, у меня были установлены специальные программы для обхода этих ограничений, поэтому мы пользовались там Интернетом свободно. Находясь в Северной Корее, мы могли заходить в Facebook и выкладывать фотографии в Instagram’е — и это было достаточно удивительно для меня, я этого не ожидал.

Азаттык: То есть можно выкладывать фотографии в Facebook’е и Instagram’е без использования дополнительных программ или все-таки это делается в обход цензуры?

Валихан Карасаев: Насколько я помню, Instagram открывается без каких-либо ограничений, а для доступа в Facebook надо было использовать прокси-сервер. Но ограничения были намного меньше, чем в Китае. Немаловажным фактом является то, что в Северной Корее для иностранцев доступ в Интернет осуществляется другим способом, чем для самих корейцев. У местных жителей есть своя зона и свой местный Интернет, который называется «Интранет», он не имеет доступа к внешним сетям, и они пользуются только теми ресурсами, которые одобрены государством.

Азаттык: Спасибо за интервью.

  • 16x9 Image

    Галым БОКАШ

    Родился в 1976 году. С отличием окончил факультет востоковедения КазНУ имени Аль-Фараби (1998). Получил степень MPhil по истории и политике современной Южной Азии в Оксфордском университете (2007-2009).

    Владеет несколькими языками, включая английский, урду и хинди. Был на преподавательской работе в КазНУ имени Аль-Фараби, после чего занимал различные творческие и руководящие должности в республиканской газете "Қазақ әдебиетi", телевизионном агентстве "Хабар", республиканской телерадиокорпорации "Казахстан". В 2005-2006 годы занимал должность заместителя акима города Алматы. В 2009-2010 годы работал советником-посланником в посольстве Казахстана в Иране. С апреля 2010 года работает в Казахской редакции Радио «Свободная Европа/Радио Свобода» в Праге (Чехия).

     

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG