Доступность ссылок

Недовольство властью растет. Впечатления от поездки по регионам


Толганай Умбеталиева, директор Центрально-Азиатского фонда развития демократии.

Толганай Умбеталиева, директор Центрально-Азиатского фонда развития демократии.

Население на юге Казахстана глубоко разочаровано, на западе уже есть люди, готовые пролить кровь, чтобы изменить ситуацию, заявила в интервью радио Азаттык директор Центрально-Азиатского фонда развития демократии Толганай Умбеталиева.


ЮГ – РАЗОЧАРОВАН, ЗАПАД – ДЕЙСТВУЕТ

– Госпожа Умбеталиева, вы недавно побывали в некоторых регионах Казахстана. С какой целью вы туда ездили и что вас больше всего удивило? Какая ситуация складывается в регионах Казахстана?


– Наш фонд проводил исследования, но не связанные с нынешней ситуацией. Мы осуществляем большой проект «История перестройки в Центральной Азии». Наш фонд является одним из участников этого проекта от Казахстана.

Мы, выехав в регионы, изучали то, что люди вспоминают о советском периоде. Исследование проводилось в виде интервью в фокус-группах.

Я хочу прежде всего отметить то, что очень сложно было людей направить на период перестройки. Они просто любой вопрос переводили на современную ситуацию и делились своими впечатлениями, проблемами и болью. Наперебой начинают рассказывать о том, чем они недовольны сейчас, что их волнует, больше всего беспокоит.

Вот если у нас, например, практически полтора-два часа работы шли в конкретной фокус-группе, то из всего собранного материала 10 процентов был посвящено перестройке, а всё остальное посвящалось современной ситуации. Люди просто взахлеб рассказывали о том, что творится в их местности, и о том, чем и почему они недовольны.

Полиция преградила путь к резиденции Акорда дольщикам, требующим встречи с президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым. Астана, 15 марта 2011 года.
Есть небольшая разница в регионах. Северный регион остается таким же, скажем, стабильным, как я наблюдала в прошлом году. Правда, я сама не выезжала, но у нас было исследование, и я смотрела на анкетные данные и фокус-группы, которые к нам поступали.

Так, ситуация в северном регионе практически такая же, как в минувшем году: какого-либо резкого всплеска негатива я не вижу. Да, есть недовольство, отмечается высокий уровень коррупции, но большое отличие от других регионов.

Что особенно меня удивило? Если в Западном Казахстане мы рост протестности и недовольства неоппозиционного характера наблюдаем за последние пять лет, то южный регион страны всегда поддерживал и был лояльным к властям. Если даже был недовольным, то никогда открыто не выражал свое негативное отношение. Сейчас мы увидели недовольство.

Но замечу, что это недовольство не направлено на активные действия, – это разочарование. Мы увидели сильное разочарование. Люди больше всего жаловались на коррупцию. Они говорили, что даже при наличии диплома о высшем образовании невозможно устроиться на работу. Потому что устройство на работу стоит денег.

Они говорят: «Я это место должен покупать. Это место, например, стоит 500 долларов. Но это и то не гарантирует, что завтра я буду дальше работать. Завтра кто-нибудь предложит больше, а меня тут же уволят».

Они еще исходили из того, что местные акимы, так как они покупают свои должности, ведут себя соответственно – как хозяева. Вседозволенность, отсутствие каких-либо законов, абсолютная невозможность на основе закона что-либо доказать или отстоять свое право – вот это больше всего возмущает людей.
Вседозволенность, отсутствие каких-либо законов, абсолютная невозможность на основе закона что-либо доказать или отстоять свое право – вот это больше всего возмущает людей.

Люди также отмечали, что Казахстан вроде и не Кыргызстан. Мы вроде бы и сыты, но в то же время мы устали от безысходности и своего бессилия, говорили они.

Между тем в западном регионе жители уже готовы выйти, скажем, на площадь и отстаивать свои права. И меня сильно поразило то, что люди (а это были не молодые ребята, а взрослые люди, интеллигенция, люди зрелого возраста) говорили, что если для того, чтобы изменить эту ситуацию нужно пролить кровь, то они готовы к этому. И я была в шоке от услышанного. Потому что таких разговоров я никогда не слышала.

Конечно, подобные разговоры, о которых я рассказываю, сейчас не доминируют. Но они есть, и пугает, что подобное настроение может расти дальше...

Если за год ситуация изменилась, настроение изменилось, то вот эта идея, которую озвучивают, может быть, какие-то отдельные категории людей, – она может расти. Я, например, не удивляюсь такому недовольству.

Единственно остаются стабильными Алматы и Астана. Как сказал один человек – сытые города. И поэтому в этих городах протестность не так высока и люди, возможно, далеки от этой ситуации.

Но южные регионы сейчас пока разочарованы, а западные регионы уже предпринимают активные действия. Пока, может быть, не совсем успешные, но предпринимают что-то.

НЕГОТОВНОСТЬ ВЛАСТИ

– Госпожа Умбеталиева, в провластных СМИ проскальзывает мнение о том, что недовольство нефтяников в Западном Казахстане с целью дестабилизации ситуации подогревается беглым олигархом Мухтаром Аблязовым и чуть ли не финансируется им. В интервью газете «Литер» депутат Владимир Бобров намекает на то, что ряд депутатов Европарламента чуть ли не заинтересованы в сохранении очага напряжения в Жанаозене. Что вы можете сказать по этому поводу?
В ходе исследований вы заметили, что забастовки подогреваются извне?

– Вы знаете, нет. Я такого не замечала, и фактов, которые как бы прямо или косвенно подтверждали бы, что эти забастовки финансируются Аблязовым или странами Европы, у меня нет.

Нефтяники пикетируют акимат Мангистауской области. Актау, 2 июня 2011 года.
Я думаю, что это больше всего выражение недовольства самого населения той политикой, которую проводит руководство этой компании и руководство нашей страны. Оно [руководство Казахстана] в настоящее время заняло другую позицию – поддерживать не население, а позицию работодателя.

Сейчас я не совсем понимаю, почему власть занимает такую не совсем эффективную позицию. Та позиция, которой власть придерживается, к сожалению, еще больше усугубляет ситуацию.

Я думаю, в этой связи надо быть больше дипломатом, нежели усугублять эту непростую ситуацию. Власти сами усиливают напряженность. Поэтому, я думаю, властям нужно было сесть за стол переговоров и как-то попытаться решить этот конфликт.

Тем более депутаты парламента, которые прежде всего должны были защищать интересы народа и своих избирателей, вместо этого стали, как это было в советское время, искать какие-то «третьи силы».

– Что необходимо предпринять властям, чтобы удовлетворить требования бастующих нефтяников, на ваш взгляд?

– Во-первых, наверное, следует создать комиссию, причем такую комиссию, которая состояла бы только из представителей властных структур. У нас же, если создается комиссия и если в нее входят общественные организации (скажем, НПО), то они обязательно окажутся провластными. Туда не входят независимые НПО или оппозиционные партии – только провластные.

То есть нужно создать реальную рабочую группу, куда вошли бы даже представители оппозиции и непременно специалисты, которые связаны с нефтяной отраслью и знают ситуацию изнутри, например профсоюзы и юристы. И сесть за стол переговоров.

Пока не будет открытого и честного диалога между работодателями и бастующими рабочими при посредничестве власти и общественных структур, этот конфликт, я боюсь, будет разрастаться.

НЕЙТРАЛЬНЫЕ СИЛЫ

– Госпожа Умбеталиева, депутаты Европарламента приезжают в Казахстан, чтобы ознакомиться с ситуацией в Мангистауской области на месте; забастовщики охотно встречаются с ними и делятся своими проблемами. Почему бастующие нефтяники не идут на встречу с казахстанскими парламентариями?


– Да, это есть яркий показатель уровня доверия к нашим депутатам. Мы знаем, как этот парламент избирается и каким образом. Тем более Казахстан перешел к избранию парламента по партийным спискам. То есть мы не знаем депутатов, мы голосуем только за партии. И доверие к депутатам соответствующее.

Бастующие работники «Озенмунайгаза» на встрече с депутатом Европарламента Полом Мёрфи. Жанаозен, 17 июля 2011 года.
Во-вторых, много зависит от того, как ведут себя сами «народные избранники». Я, по крайней мере, не видела ни одного депутата, который встал на позицию защиты интересов народа, избирателя. Они всегда поют, скажем, песнь власти. Они играют на стороне власти по их правилам.

Соответственно, какой резон людям встречаться с такими депутатами, которые не хотят слышать тебя, вникать в твои проблемы и тем более решать их, а пришли, чтобы просто создать видимость заботы о народе.

Я думаю, что правильно делают рабочие, что не встречаются с отечественными избранниками, а больше доверяют нейтральным силам, например тем же депутатам Европарламента. На месте наших нефтяников я поступила бы точно так же.

«НЫНЕШНЯЯ ЭЛИТА УЖЕ НАДОЕЛА»

– Госпожа Умбеталиева, примерно год назад вы заявляли, что революция в Казахстане невозможна. Вы остаетесь при том же мнении?


– К сожалению, я сейчас думаю, что за год ситуация достаточно сильно изменилась. Это не тот стабильный Казахстан, который был в прошлом году. Сейчас отношение населения ко всему, что происходит в стране, очень изменилось. И конечно, этому способствовали большие ошибки, допущенные властью и администрацией президента.

Прежде всего сильное недовольство началось с лидера нации, когда президент заявил, что отказывается от этого статуса, потом получилось, что его насильно «заставили». Народ посчитал себя обманутым. Это, скажем, одной каплей было.

Житель Тараза Акыл Бейсембаев протестует против референдума о продлении полномочий президента Нурсултана Назарбаева. Тараз, 12 января 2011 года. Фото предоставлено Жамбылским филиалом партии "Алга".
Другой каплей, переполнившей чашу терпения, стали игры с референдумом и досрочным президентским выбором: уйдет президент или не уйдет?! И вот такие действия власти, наоборот, еще больше усложняли без того непростую ситуацию, напрягали ее.

Следующий конфликт, который также имеет тенденцию роста, – это конфликт между обществом и правоохранительными структурами. Просто невозможно открыть газету – например, то же «Время» или любую другую, – в которой не было бы жалобы на того или иного судью, представителя правоохранительных органов.

Вот так, я думаю, накапливалось за год из-за ряда очень больших ошибок, совершенных нашей политической элитой. Вот это негативное настроение и усилило его. Потому что реальных факторов и причин для того, чтобы так резко изменилась ситуация, нет.

Причем люди, как например в Кыргызстане, не жалуются на то, что «им нечего кушать». Они говорят: Да, слава богу, есть хлеб. Но вот коррупция и то, что человек испытывает свое бессилие, – это усиливает негативный настрой населения.

В наших фокус-группах люди говорили, что они заметили увеличение числа представителей правоохранительных структур. И люди говорят так: они думают, что Назарбаев боится революции и поэтому усиливает правоохранительные силы.

Например, в городах люди говорили, что раньше такого не замечали, чтобы столько полицейских было в городе. Наверное, говорят городские обыватели, он [президент Нурсултан Назарбаев] боится революции и поэтому усиливает силовые структуры.

То есть вот такие размышления, безусловно, еще больше нагнетают обстановку в стране, и я полагаю, что люди больше думают о каких-то протестных действиях.

И конечно же, присутствует и внешний фактор. Мы видим, что произошло в Кыргызстане, видим, что происходит в арабских странах. И я как-то здесь, в Алматы, давала интервью местным газетам. Тогда был вопрос о том, возможны ли такие ситуации, как в арабских странах.

Я сказала, что пример может быть заразителен. Если сейчас в африканских странах вот этот протест приведет к благоприятным результатам, то есть произойдет смена власти или будут проведены реальные демократические реформы, то я не исключаю, что люди в Казахстане тоже об этом задумаются.

Потому что люди уже говорят, что нынешняя элита уже порядком надоела. Надоела своей беспринципностью и коррупцией. Очень сильная была злоба из-за коррупции в стране.

– Спасибо за интервью, госпожа Умбеталиева!

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG