Доступность ссылок

Передача бывшей мечети бездомным вызвала недовольство


Бывшая мечеть в махалле Хатти Рох, отданная под жилье бездомной Савсан Джоновой.

Бывшая мечеть в махалле Хатти Рох, отданная под жилье бездомной Савсан Джоновой.

В Таджикистане некоторые жители высказывают недовольство тем, что власти передали бывшую незарегистрированную мечеть бездомной семье.

НОВЫЙ ДОМ

Противостояние государства и общества по поводу мечетей — явление в Таджикистане не новое. Савсан Джонова оказалась невольной жертвой этого противостояния. 45-летняя мать-одиночка, у которой двое детей, сейчас живет в мечети — незарегистрированной молельне, которую власти ранее отобрали у построивших ее жителей и передали женщине.

Для Савсан Джоновой, после развода 15 лет назад потерявшей крышу над головой, это однокомнатное сооружение в махалле Хатти Рох в городе Куляб стало исполнением ее мечты — иметь собственную крышу над головой. Для таджикской власти, обеспокоенной ростом экстремизма и выездом сотен таджиков для вступления в ряды боевиков «Исламского государства» в Сирии и Ираке, это стало частью решения проблемы незарегистрированных мечетей.

Однако соседи Савсан Джоновой — по меньшей мере те, кто участвовал в строительстве молельни в 2014 году, — недовольны таким решением властей. Хотя они и признают, что построили ее без разрешения властей, однако считают действия властей оскорблением и прямо показывают это новоселам.

НЕДОВОЛЬСТВО МЕСТНЫХ ЖИТЕЛЕЙ

Многие жители Хатти Роха отказались говорить с журналистами. Один 60-летний мужчина, участвовавший в строительстве, сказал, что его самого и других жителей «очень разозлило» решение поселить Савсан Джонову в здании молельни. Мужчина, попросивший не публиковать его имя, сказал, что некоторые «разъяренные» жители бросали камни в сторону Савсан Джоновой, когда она проходила мимо, — не с целью ее ударить, а для того, чтобы показать, что она и ее семья — нежеланные гости.

Савсан Джонова, поселившаяся в выделенной ей властями мечети в махалле Хатти Рох.

Савсан Джонова, поселившаяся в выделенной ей властями мечети в махалле Хатти Рох.

Савсан Джонова рассказала Азаттыку, что с момента ее переезда местные жители «не оставляют ее в покое». Она говорит, что соседи ее словесно оскорбляют, а однажды перерезали ей провода перед домом, на что она пожаловалась в прокуратуру.

— Время от времени они приходят группами и требуют, чтобы я заплатила за водопроводные трубы или трансформатор, которые они здесь установили, — говорит Савсан Джонова.

Председатель района Хатти Рох Шарифхон Талабов считает, что с решением заселить сюда Савсан Джонову не согласны лишь «те, кто участвовал в строительстве здания». Однако власти рискуют тем, что число недовольных может увеличиться. Молельня в Хатти Рохе — одна из десятков так называемых незарегистрированных мечетей, закрытых властями в Кулябе в последние месяцы. Семь из них были переданы под жилье бездомным жителям, тогда как другие преобразованы в места культуры и отдыха. В соседнем Ховалингском районе в прошлом году также под жилье малообеспеченным семьям были переданы пять незаконно построенных мечетей.

БОРЬБА С ЭКСТРЕМИЗМОМ

Закрытие незаконно построенных мечетей в Кулябе стало частью продолжающегося по всей стране подавления феномена, который власти Таджикистана считают поощрением религиозного экстремизма и способствованием вербовки иностранными боевиками. Таджикистан до сих пор страдает от эха гражданской войны 1992–1997 годов, в которой исламисты столкнулись с оппозиционными силами и властями.

В прошлом году власти закрыли единственную исламскую партию страны и внесли ее в список террористических организаций, несколько ее лидеров попали в тюрьму. Несовершеннолетним, которые не учатся в государственных религиозных школах, в большинстве случаев запрещено молиться в мечетях.

За последние десять лет таджикские власти закрыли сотни незарегистрированных мечетей по всей стране. В Таджикистане с населением около восьми миллионов человек официально зарегистрировано 3 930 мечетей, большинство из них одноэтажные здания без минаретов. Мечети и исламские школы необщепризнанных направлений находятся под пристальным вниманием, в то время как власти обеспокоены тем, что более тысячи таджиков вступили в ряды боевиков ИГ в Сирии и Ираке.

Президент Таджикистана Эмомали Рахмон (за трибуной). Душанбе, 20 марта 2016 года.

Президент Таджикистана Эмомали Рахмон (за трибуной). Душанбе, 20 марта 2016 года.

Эмомали Рахмон назвал граничащую с Афганистаном Кулябскую область одним из регионов, где существенно выросли экстремистские тенденции. В выступлении в январе Эмомали Рахмон сказал, что «религиозные экстремистские группировки в основном используют мечети, религиозные институты и Интернет для вербовки», особенно среди молодежи. По его словам, в Таджикистане действует 1 470 незарегистрированных мечетей. Он призвал местные власти открыть для людей другие места, где они могут проводить время, — например, заниматься спортом. Власти в Кулябе заявляют, что с тех пор они закрыли 54 незарегистрированные мечети.

НЕ НАМЕРЕНА ВЫЕЗЖАТЬ

Заместитель мэра Куляба Кенджамо Маджидова сказала Таджикской редакции Азаттыка, что, прежде чем заселить Савсан Джонову в бывшую мечеть, власти поговорили с жителями Хатти Роха.

— Мы предложили заселить в бывшую мечеть кого-то из знакомых этих жителей, кто не имеет своего угла. Мы также предложили создать на этом месте спортивный зал, но они сразу отрезали: мол, разве мечеть — место для игр? После этого мы вместе с сотрудниками правоохранительных органов заселили туда эту женщину — Савсан Джонову, — говорит Кенджамо Маджидова, добавляя, что сейчас Савсан Джонова является законным владельцем здания.

Мы также предложили создать на этом месте спортивный зал, но они сразу отрезали: мол, разве мечеть — место для игр? После этого мы вместе с сотрудниками правоохранительных органов заселили туда эту женщину.

Однако говоривший с Азаттыком местный житель опровергнул это утверждение и сказал, что власти не консультировались с местными жителями по этому вопросу.

Савсан Джонова говорит, что очень рада тому, что у нее появился свой дом, и не намерена из него выезжать, как бы ни вели себя соседи. Она уже перевезла в него свои немногочисленные пожитки — несколько подушек, старый телевизор и посуду. Она говорит, что хочет «несколько изменить интерьер дома», где сейчас проживает со своим 24-летним сыном. Ее старшая дочь вышла замуж и сейчас живет в другом месте.

После развода, поясняет Савсан Джонова, родственники отказались помогать ей и ее детям. В течение шести лет она с детьми ютилась в местном подразделении Коммунистической партии, где во время заседаний ей приходилось убирать в сторону свои вещи и где в углу за ее кроватью стоял бюст Ленина.

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG