Доступность ссылок

«Тренеры давали мне деньги и просили не убивать их боксера»


Чемпион мира по боксу по версии IBF Василий Жиров (справа) против Дейла Брауна. США, 18 октября 1999 года.

Чемпион мира по боксу по версии IBF Василий Жиров (справа) против Дейла Брауна. США, 18 октября 1999 года.

Боксер Василий Жиров — о тренировках в холодных спортзалах, работе сварщиком и родном Балхаше, который в 90-е годы делился на «зонщиков», «работяг» и «спортсменов».

Азаттык продолжает проект к 25-летию независимости Казахстана под названием «Независимые люди». Это интервью с известными людьми — политиками, музыкантами, журналистами, экономистами, артистами, — которые являлись моральными авторитетами и лидерами общественного мнения, а также известными медиаперсонами с начала 90-х годов и до сегодняшних дней. Герои проекта рассказывают, какие цели они ставили перед собой и перед своей профессией в новой стране и к чему в итоге они лично и их дело пришли в 2016 году.

В третьей серии проекта первый олимпийский чемпион по боксу и первый чемпион мира на профессиональном ринге в истории независимого Казахстана Василий Жиров рассказывает о спортивной молодости и о событиях, которые привели его из Балхаша 90-х в Америку 2016-го.

ТРЕНЕР С ПАЯЛЬНОЙ ЛАМПОЙ

Петр Троценко: Вы помните момент, когда распался Советский Союз, и как вы к этому отнеслись?

Василий Жиров: Я тогда входил в сборную СССР, и, конечно, для меня это было шокирующим моментом. Мы как раз возвращались с турнира: я стал чемпионом Европы и ехал обратно. По дороге нам сообщили, что Советского Союза больше нет, а мы должны будем разъехаться каждый по своим республикам. Как только я приехал в Москву, мне стали поступать предложения там остаться. Я немного подумал, а потом сказал: нет, ребята, спасибо, это не то, что мне нужно. И я ринулся обратно в Казахстан, на родину. Мне тогда было лет 18.

Петр Троценко: Все-таки еще ранний возраст для принятия самостоятельных решений.

Василий Жиров: Понимаете, я с детства был самостоятельный и решения принимал быстро. Но то, что мне предлагали, не было достаточно хорошим предложением. И я сказал: не принимаю.

Городской пейзаж Балхаша. Февраль 2013 года.

Городской пейзаж Балхаша. Февраль 2013 года.

Петр Троценко: Вы тогда жили в Балхаше. Тяжело было в те годы тренироваться? Почувствовали, что непростое время наступило?

Василий Жиров: Да, было тяжело, не хватало средств, а в зале, где я тренировался, зимой стоял лед, потому что не было спонсоров. Мой тренер Александр Иванович Апачинский ходил с паяльной лампой и размораживал трубы. Это были не очень хорошие моменты нашей жизни. Александр Иванович постоянно искал средства на выступления, поездки и тренировки.

Петр Троценко: Был в то время в Балхаше криминал? Насколько много места он занимал в обыденной жизни?

Василий Жиров: Конечно, был. Это всегда было и есть. Меня это почти не коснулось: мой тренер Александр Иванович знал людей, которые были там, он им сразу сказал, [что меня трогать нельзя].

Петр Троценко: Другие ребята часто уходили из бокса в криминал?

Василий Жиров: Часто, очень часто. У нас в год приходило 100–150 человек, а к концу года оставалось один-два человека. У нас в зале негде было встать: столько было народу. Но с каждой тренировкой людей всё меньше.

ТРИ КАСТЫ БАЛХАША

Петр Троценко: У вас в Балхаше остались друзья-боксеры из 90-х? Как сложилась их судьба?

Василий Жиров: Друзья-боксеры остались, до сих пор живут в Балхаше, мы общаемся. Каждый живет своей жизнью, — слава богу, всё у всех нормально. Я друзей не забываю, поэтому общение у нас продолжается.

Петр Троценко: Вспоминая годы юности, мои знакомые боксеры из Карагандинской области рассказывали, что в 90-е жители их родного города делились только на «спортиков» и «лохов». Как было в Балхаше в этом плане?

Возле города была зона, поэтому у нас были «зонщики», «спортсмены» и «работяги».

Василий Жиров (задумывается): Возле города была зона, поэтому у нас были «зонщики», «спортсмены» и «работяги».

Петр Троценко: Три касты, получается.

Василий Жиров: Да, три касты. Хотя, может, и больше их было, но в основном эти три. Каждый лез куда мог. Но я спортсмен, шел только по спортивной дороге и свое дело делал. Остальное меня не интересовало.

Петр Троценко: Сильно изменился Балхаш с 90-х?

Василий Жиров: Внешне, конечно, поменялся: стали больше следить за городом, дороги стали лучше, дома покрашены. Помню, когда я раньше уезжал из города, было тоскливо, потому что всё было серым. Пляж стал чище: кто-то его приватизировал, но всё равно приятно, что люди взялись за красоту и чистоту города.

Петр Троценко: Еще во время любительской карьеры вы успели поездить по миру. Не было культурного шока, когда вы обратно в Казахстан возвращались?

Василий Жиров: Когда я выступал за сборную Советского Союза, выезжал в Грецию, в Италию, то уже тогда понимал вкус другой жизни, понимал, что это такое. Поэтому шока не было. Я же еще понимал, что каждый рождается в том месте, где должен был родиться для выполнения своей работы. Поэтому я, наверное, смотрел на это спокойно.

Петр Троценко: Получается, в Казахстане вы чувствовали себя максимально комфортно.

Василий Жиров: На тот момент — да.

БОКСЕР И СВАРЩИК

Балхашский медеплавильный завод. Вид с берега озера Балхаш. Февраль, 2013 года.

Балхашский медеплавильный завод. Вид с берега озера Балхаш. Февраль, 2013 года.

Петр Троценко: Помимо бокса чем вы еще на жизнь зарабатывали?

Василий Жиров: Я учился еще, сварщиком был, подрабатывал на металлургическом заводе, у нас там были заказы разные.

Петр Троценко: На жизнь хватало?

Василий Жиров: Я хорошо зарабатывал. Достаточно для того, чтобы помочь маме и самому быть в хорошей форме.

Петр Троценко: Почему боксом не получалось зарабатывать?

Василий Жиров: Я же был не профессионал, а любитель. Нам давали купоны, чтобы не голодали. Александр Иванович выбивал всё возможное, чтобы спортсмены, которые показывали результат, были в хорошей форме. Купоны и деньги иногда давал.

Петр Троценко: Были в любительском боксе какие-то подводные камни? Вот, например, обладает спортсмен талантом и желанием тренироваться, но при этом для того, чтобы выбиться на чемпионат мира, нужно приложить определенные усилия и административные ресурсы.

Василий Жиров: Я не хочу много говорить про это, но знаю, что я доказывал всё на ринге, а Александр Иванович доказывал всё за рингом.

Петр Троценко: Выходит, работа тренера заключалась не только в том, чтобы поставить удар и найти деньги на соревнования, а еще и…

Меня специально ставили с тяжеловесами, чтобы выбить из колеи, но я этих тяжеловесов тоже бил.

Василий Жиров: Да, он здорово помогал. Например, когда я был еще в сборной Советского Союза, меня иногда не хотели ставить, потому что я был номер один в СССР и всех бил. Меня специально ставили с тяжеловесами, чтобы выбить из колеи, но я этих тяжеловесов тоже бил.

Петр Троценко: Вы тогда в какой весовой категории выступали?

Василий Жиров: Я выступал в категории до 75 [килограммов], но со мной ставили ребят, которые намного больше меня: 81–91 килограммов. И мне Александр Иванович говорил: «Чтобы пройти сборы, ты должен их убирать». И я убирал этих пацанов. Честно говоря, некоторые убегали и не хотели со мной драться на спаррингах. Я был достаточно силен, умен и верток для того, чтобы пройти все эти испытания.

Участники последней молодежной сборной СССР по боксу (слева направо): Сергей Щербаков, Сергей Кутепов, Василий Жиров, Алексей Моор. Фото из личного архива Василия Жирова.

Участники последней молодежной сборной СССР по боксу (слева направо): Сергей Щербаков, Сергей Кутепов, Василий Жиров, Алексей Моор. Фото из личного архива Василия Жирова.

Петр Троценко: В сборной Казахстана было то же самое?

Василий Жиров: Тоже были свои течения, но мы находили общий язык, всё было нормально. Это естественный процесс — каждый хочет протащить своего пацана, каждый хочет выйти в лидеры. Но доказывали мы это перчатками: выходили на ринг и дрались. А там кто выиграл, тот и поедет.

НЕ МЕНЬШЕ, ЧЕМ ЗОЛОТО

Петр Троценко: На следующий год после берлинского чемпионата мира (в 1995 году Василий Жиров взял бронзу на мировом первенстве. — Азаттык) были Олимпийские игры в Атланте. Серьезная была подготовка?

Василий Жиров: Я ехал туда со стремлением быть чемпионом Олимпийских игр. Было 18 международных турниров класса «А», и все 18 турниров я выиграл. И сказал, что туда я поеду только за золотой медалью.

Петр Троценко: Вам ведь еще Кубок Вэла Баркера дали (присуждается самому техничному боксеру Олимпиады. — Азаттык), причем до финального боя.

В первом бою я сломал руку, и нельзя было принимать ни аспирин, ни анальгин, только замораживали.

Василий Жиров: Да, так получилось. Но мне, действительно, попались лучшие боксеры мира, и мне пришлось с ними драться, доказывать свою правоту. Учитывалась не только техника, но и сила, выносливость, стремление идти до конца. В первом бою я сломал руку, и нельзя было принимать ни аспирин, ни анальгин, только замораживали. И я с замороженной рукой выходил и дрался. Косточку на правой руке я тогда сломал. Тренер спрашивает: кулак можешь сжать? Говорю: да, могу, и сжимаю, хоть и не до конца. Он говорит: ну ладно, тогда иди.

Петр Троценко: Какие вам предложения поступали после Олимпиады? Предлагали, например, как Серику Сапиеву, пойти по линии государственной службы и заниматься популяризацией спорта в Казахстане?

Василий Жиров: Таких предложений я не получал. Понимаете, у меня было большое желание стать чемпионом мира в профессионалах. Я был еще молодой, мне нужно было двигаться вперед в другом направлении.

Петр Троценко: Как вы попали в профессионалы?

Василий Жиров: На Олимпийских играх ко мне уже подходили промоутеры, предложения мне давали. Я поговорил с Александром Ивановичем, он сказал: «Мекка профессионального бокса находится где? В Америке. Поедешь в Америку».

ИГРА НА ВЫБИВАНИЕ

Петр Троценко: Когда вы приехали в Штаты, было сложно адаптироваться в новой жизни?

Василий Жиров: Сложно было. В первую очередь, нужно язык знать. Я был как попугай в золотой клетке: вроде бы всё имел, деньги давали, питание шло нормальное, но общение — очень важно. Когда нет общения — человек начинает умирать.

Василий Жиров. Фото из личного архива боксера.

Василий Жиров. Фото из личного архива боксера.

Петр Троценко: Английского вы тогда не знали?

Василий Жиров: Только в рамках школьной программы. Но английский и американский — два разных языка. Они говорят по-разному. Честно говоря, мне пришлось выучить язык заново. Мой брат окончил школу с золотой медалью, и когда он приехал в Америку, то не понимал американцев. А когда я приезжал на бои в Лондон, общался с некоторыми англичанами и думал: а что они говорят, блин?

Петр Троценко: В профессиональной сфере бокса к вам не было предвзятого отношения?

Василий Жиров: Когда я приходил в зал, начинал тренироваться, на меня смотрели как на Ивана Драго (персонаж из фильма «Рокки». — Азаттык). Но в то же время они смотрели на меня с опаской, потому что, когда я показывал им то, что я умею, они начинали бояться, понимали, что я пришел выбивать их из ринга, а не просто играться.

Петр Троценко: В каком-то из интервью вы говорили, что, когда вы вышли на профессиональный ринг, многие бойцы вас недооценивали.

Василий Жиров: Да, такое было, но, проведя со мной один-два раунда, боксеры понимали, что им со мной придется тяжело, начинали искать пятый угол на ринге.

Петр Троценко: Были в профессиональном боксе элементы договоренности? Пытались с вами договориться: давай, ты ляжешь в пятом раунде и получишь такую-то сумму?

Василий Жиров: В профессиональном боксе, слава богу, такого у меня не было, никто ко мне не подходил. Но в любительском боксе ко мне приходили немцы, просили, чтобы я не убивал их боксера, и давали мне за то деньги.

Петр Троценко: Вы брали?

Василий Жиров: Ну конечно. Я должен был драться с немцем, и меня просили [его тренеры], которые знали, что мой класс намного выше: пожалуйста, только не убей, просто выиграй бой, мы знаем, что ты его и так выиграешь. И я уже боксировал с меньшей нагрузкой. Сколько давали, если честно, уже не помню. Меня в Европе и по миру в то время многие боялись, знали, что я могу человека так избить, что он забудет, как его зовут.

КАК УВЕРНУТЬСЯ ОТ СОБАКИ

Петр Троценко: Если вернуться в 90-е в Балхаш. Вам приходилось применять свои боксерские навыки на улице?

Случалось так, что пацаны говорили: «Я Жиров, давай подерёмся» и кого-то избивали.

Василий Жиров: Как вам сказать… Были моменты, когда человека нужно не избивать, а поставить на место. Мне хватало только одного удара, чтобы человек сразу понял, что туда ему лезть не надо. Но такое было не часто, потому что город маленький, там, в принципе, всё сразу слышно. Точно знаю, что про меня ходили слухи: стояла линия (одно из названий очереди в 90-е. — Азаттык) за продуктами, подходит пацан, встает впереди всех. Когда люди начали возмущаться, он сказал: «Я Василий Жиров, кто там против — драться будем!» Не скажу, что мне такая популярность была приятна. Случалось так, что пацаны говорили: «Я Жиров, давай подерёмся» — и кого-то избивали. Это я точно слышал, были такие дела.

Петр Троценко: Это тоже своего рода слава.

Василий Жиров: Но не в том направлении, в каком мне хотелось бы. Я, честно говоря, никого особо не бил, только если люди сами нападали по дурости или пьяные были. Просто на место ставил. Они очень быстро понимали, в чём дело, и уходили.

Петр Троценко: Хорошо, если голыми руками нападут, а вдруг с отверткой или «розочкой»?

Василий Жиров: Для меня это не проблема. Меня Александр Иванович учил всему, чтобы выжить в этой жизни: собака нападала на меня, а я должен был от нее увернуться, а бывало, что и кусала, когда не успевал увернуться. Мне приходилось ходить к доктору и зашивать себя. Я прошел через всю школу жизни, от а до я.

Петр Троценко: Когда вы поняли, что лучше остаться в Америке, а не в Казахстане?

Василий Жиров: Пока я здесь, в Америке. Не знаю, что будет завтра. Я не смотрю на это как место, где я должен находиться всегда. Может быть, завтра я перееду обратно в Казахстан. У меня в голове много мыслей, которые я тщательно обдумываю, и одна из них — вернуться опять на родину.

Петр Троценко: У вас сейчас гражданство какой страны?

Василий Жиров: Американское и казахстанское. Но у нас в Казахстане нельзя иметь два гражданства, это не по закону, поэтому мне нужно будет получить его заново. Думаю, что на государственном уровне это решится быстро. Я уже разговаривал на эту тему.

ИЗ КАЗАХСТАНА ПРЕДЛОЖЕНИЙ НЕ БЫЛО

Петр Троценко: Из Казахстана какие-нибудь предложения поступали за время вашей профессиональной боксерской карьеры?

Василий Жиров: Увы, из Казахстана ничего не поступало. Был один раз человек, который предложил открыть большой [спортивный] клуб в Алматы. А я пересмотрел очень много клубов, был в разных тренировочных комплексах, поэтому точно знаю, что хочу для своего клуба. Чтобы люди могли там не только тренироваться, но еще и отдохнуть, восстановиться, даже покушать. Я показал этот проект, но человек сказал, что его не потянет. Хотя не скажу, что этот проект огромный. Важно еще и отношение к людям: в зале оно должно быть на высшем уровне. Я научился этому в Америке, увидел, что здесь уважают клиентов. Да, это стоит денег, но люди получают удовольствие от тренировки и приходят в зал снова и снова. Это же бизнес как-никак, но бизнес с головой.

Петр Троценко: Хотели бы вернуть 90-е? Если да, то почему?

Василий Жиров: Возвращать обратно то, что было, я не в силах и не хочу, потому что это тормозит мое духовное развитие. Поэтому всё, что было, нужно отпустить, предварительно поблагодарив за те испытания, навыки, которые были нам даны. И двигаться дальше.

Петр Троценко: Тогда немного иначе вопрос задам: что вам больше всего нравилось в 90-х? Какие самые яркие воспоминания сохранили оттуда?

Василий Жиров: Мне было приятны простые, человеческие отношения. Независимо от национальности и статуса люди были близки друг к другу, было хорошее взаимопонимание, все смотрели друг на друга с любовью. Хотелось бы, чтобы у нас [казахстанцев] это осталось.

  • 16x9 Image

    Пётр ТРОЦЕНКО

    Пётр Троценко – веб-редактор сайта Азаттык в Алматинском бюро. Выпускник филологического факультета Западно-Казахстанского университета имени Махамбета Утемисова (2007 год). Начинал карьеру в газете «Уральская неделя», интернет-радио «Инкар-инфо». С 2007 по 2016 год работал в различных СМИ Алматы, Астаны, Уральска, Тараза и Актобе.

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG