Доступность ссылок

Культ личности в Центральной Азии будет, пока это позволяет народ


Президенты Таджикистана Эмомали Рахмон (крайний слева), Казахстана - Нурсултан Назарбаев (в центре) и Узбекистана - Ислам Каримов (крайний справа) на неформальном саммите СНГ. Москва, 8 мая 2005 года.

Президенты Таджикистана Эмомали Рахмон (крайний слева), Казахстана - Нурсултан Назарбаев (в центре) и Узбекистана - Ислам Каримов (крайний справа) на неформальном саммите СНГ. Москва, 8 мая 2005 года.

Кем и как создавался культ личности стареющих авторитарных правителей стран Центральной Азии? На этот вопрос попытались найти ответ участники очередного круглого стола радио Азаттык.


Во всех странах Центральной Азии, за исключением Кыргызстана, создан и функционирует культ действующих и несменяемых авторитарных президентов. Существует древняя мудрость, согласно которой не тираны создают рабов, а рабы создают тиранов. Кто они – «творцы» или «кузнецы» культа личности президента в странах Центральной Азии? Нет ли основания для того, что в будущем нынешних авторитарных президентов сменят аналогичные им правители, как это случилось в Туркменистане?

Эти и другие вопросы стали темой очередного круглого стола радио Азаттык.

В дискуссии принимают участие: Лидия Исамова – эксперт по Таджикистану, политолог (Душанбе); Таджигуль Бегмедова – эксперт по Туркменистану, руководитель правозащитной организации «Туркменский Хельсинкский фонд» (Болгария); Сейдахмет Куттыкадам – эксперт по Казахстану, политолог, журналист, и Дилором Исхакова – поэтесса, политолог (Ташкент).

Модератор круглого стола - сотрудник радио Азаттык Султан-Хан Аккулыулы.

ПРЕДПОСЫЛКИ ДЛЯ КУЛЬТА ЛИЧНОСТИ

Ведущий:

– Были ли предпосылки того, что в центральноазиатских республиках будут созданы культы несменяемых президентов-правителей?


Господин Куттыкадам, судя по вашей недавно изданной книге «Казахская драма на сцене и за кулисами. История современного Казахстана», вы внимательно отслеживаете и анализируете общественно-политические события в Казахстане. На ваш взгляд, были ли в стране предпосылки того, что из бессменного в течение всех лет независимости президента Нурсултана Назарбаева будет создан культ лидера нации?

Сейдахмет Куттыкадам:


– У Казахстана было много разных вариантов пойти другим путем. Я имею в виду то, что у нас было очень много сильных лидеров. Например, Аульбеков, первый и последний вице-президент Эрик Асанбаев. Это были очень сильные лидеры и личности, но, к великому сожалению, они не обладали искусством макиавеллизма, не могли лавировать, пытались идти прямо. Но в итоге всех их Нурсултан Назарбаев каким-то образом обошел, и наша история пошла именно тем путем, каким она пошла.

Ведущий:

– Госпожа Исамова, что вы можете сказать о ситуации в Таджикистане и об образе его бессменного в течение 17 лет президента Эмомали Рахмона?

Лидия Исамова:


– Во-первых, я хочу вас немного поправить. Наш президент находится у власти 19 лет. В 1992 году он занимал пост председателя Президиума Верховного Совета, что в принципе и давало ему президентские полномочия.

Что касается Таджикистана, в Центральной Азии это была самая уязвимая в плане экономических отношений республика. Имея огромную по протяженности границу с Афганистаном и Узбекистаном, который в одночасье стал достаточно жестко относиться к своему соседу, страна оказалась в страшном экономическом тупике, зависимости от связей с центром и другими странами. Разразилась гражданская война под исламским флагом, она была просто сведением счетов новых демократов со старым коммунистическим режимом и возможностью захватить власть.

И в данном случае Таджикистан нуждался в авторитарном лидере, который смог бы объединить регионы Таджикистана, находившиеся в непримиримых противоречиях именно из-за религиозных отношений и отношения к новым реалиям. Кто-то по-прежнему продолжал поддерживать ушедший коммунистический режим, а кому-то хотелось демократического исламизма. И в ноябре 1992 года именно Эмомали Рахмон взял на себя ответственность руководить Таджикистаном, охваченным не только гражданской войной, но и страшными межрегиональными противоречиями. Именно поэтому Эмомали Рахмон как молодой, достаточно харизматичный и полный идей и сил лидер встал во главе государства.

Когда в 1994 году состоялись выборы и он всенародно был избран президентом Таджикистана, возможно, власть захватила человека. Тем более уже в то время начались какие-то движения его сторонников, клановость, вождизм, преподношение его как харизматического лидера нации, от чего ему просто не захотелось отказываться. И возможно, этим объясняется его столь долгое пребывание у власти в Таджикистане. Тем более он является не только лидером государства, но и политическим лидером, руководителем правящей Народно-демократический партии.

Ведущий:

– Госпожа Бегмедова, Туркменистан, как известно, наряду с Узбекистаном одно из самых закрытых государств Центральной Азии. Культ Туркменбаши – это новое явление в Туркменистане после обретения независимости или же оно имеет исторические корни?

Таджигуль Бегмедова:


Таджигуль Бегмедова, руководитель правозащитной организации «Туркменский Хельсинкский фонд».
– Предпосылкой формирования культа в Туркменистане явилось уже то, что вследствие распада СССР на Туркменистан, образно выражаясь, свалилась независимость. Ниязов как бы по наследству от секретаря Центрального комитета Коммунистической партии Туркменистана перешел к президентству. И тут и началось создание культа личности.

Ведущий:

– Госпожа Исхакова, до и после обретения Узбекистаном независимости были ли какие-то предпосылки того, что будет создан культ личности президента Ислама Каримова?

Дилором Исхакова:


– Конечно, были. Я считаю, что эта картина была ясная с самого начала. Когда все республики начали обретать независимость, во главе нашей республики тоже стал человек, который долгие годы был функционером и одним из очень видных деятелей Коммунистической партии. И его должность так и называлась – первый секретарь Компартии Республики Узбекистан.

Это те люди, которые впитали в себя амбиции, все самое негативное, что было у Коммунистической партии тех времен и вообще то, что было характерно для советской власти. Вряд ли можно было ожидать, что они в дальнейшем смогут изменить свое мировоззрение. Вообще себя изменить, они, конечно, не могли. И поэтому для многих это было ожидаемым.

РАБЫ СОЗДАЛИ ТИРАНА

Ведущий:

– Если исходить из древнего изречения о том, что не тираны создают рабов, а рабы создают тиранов, то кто они – «творцы» или «архитекторы» культа личности в странах Центральной Азии? Кем и как создавался культ того или другого бессменного президента?

Лидия Исамова:


– К сожалению, люди в Таджикистане безропотно принимают то, что делает вождь. Он же авторитет. Власть в Таджикистане отличает жестокое подчинение и субординация. И для этого задействованы религиозные лидеры. Наш вождь как награждает, так и безжалостно наказывает, чтобы добиться абсолютной власти.

Внешнее проявление вождизма в Таджикистане, так же как и во всей Центральной Азии, – это непотизм и трайбализм. Политическая система функционирует как иерархия властных кланов в соотношении шах – визирь. Вождизм в Таджикистане, я считаю, приравнен тоталитаризму. Для этого задействовано все. Вождь у нас подается как харизматический лидер, который пишет книги, участвует в пробегах, встречается с народом, помогает детским домам, развитию спорта. То есть человек всесторонних возможностей, способностей, прекрасный семьянин, добродушный человек. Можно сказать, отец нации. И хотя у него нет этого официального титула, его так называют в народе. Несмотря на то, что несколько раз он говорил, чтобы его по телевидению поменьше показывали, поменьше транслировали его речи, пройдет месяц-два – опять начинается в том же духе.

Перед Наврузом сняли несколько его изображений только на протокольных трассах. На других улицах, прилегающих, как висели огромные баннеры, плакаты с президентом, так они и остались. То есть это было сделано, видимо, для сотрудников международных организаций – ООН, ОБСЕ, чтобы они видели, что есть определенная борьба с культом личности.

Я считаю, что это зашло настолько далеко, что народ уже действительно поверил в то, что не может жить без постоянных изображений президента на телеэкране и без баннеров. Я хочу сказать, что раньше его называли просто «господин президент». Сейчас еще говорят: «его высокопревосходительство господин уважаемый президент».

Перед его последней инаугурацией в ноябре 2007 года была написана специальная музыка, которая сопровождает все его появления, начиная от сессии парламента, заседаний правительства, кончая его приездами в отдаленные регионы. Журналисты назвали это музыкой типа явление незабвенного Дарта Вейдера из «Звездных войн». Очень она напоминает марш, предваряющий появление этого отрицательного персонажа.

Дилором Исхакова:

Пока народ терпит, они будут такими. Пока народ это спокойно сносит, они будут этим пользоваться и устанавливать культ своей личности...
– Короля всегда делает свита. На мой взгляд, культ Каримова создал узбекский народ. Если бы узбекский или таджикский и туркменский народ не хотел бы этого, если бы у народа было желание не терпеть это, я думаю, народ бы не допустил этого и ни один человек не позволил бы себе столько, сколько они сделали плохого для народа.

Пока народ терпит, они будут такими. Пока народ это спокойно сносит, они будут этим пользоваться и устанавливать культ своей личности. Что касается того, «творцы» ли они или «архитекторы», я думаю, что они и «архитекторы», и «творцы». Мы все заказчики, мы их заказали, мы их терпим. Они и сотворили то, что мы сегодня имеем.

Ведущий:

– То есть в Узбекистане полностью оправдана древняя мудрость о том, что не тираны создают рабов, а рабы создают тиранов?

Дилором Исхакова:


– Абсолютно. Именно рабы создают тиранов, и каждый народ заслуживает того правителя, которого он имеет. Мы сегодня сами заслужили Каримова.

Таджигуль Бегмедова:

– В 2007 году у нас власть сменилась, но, к сожалению, все элементы культа личности остались. «Кузнецы», «творцы» лидеров, как вы сказали, воспевали данный режим, все этого делается в корыстных целях. Они щедро восхваляют первое лицо, получают материальные блага, льготы, привилегии, должность и так далее. Эти элементы формирования культа всегда заранее режиссируются самими же властями.

Заметьте, новое предложение (например, титул Аркадаг – «наша твердыня, опора, надежда», как называют президента Туркменистана), никогда не выдвигает какой-то учитель, колхозник, или кто-то другой. Обязательно это кто-то из приближенных, который выполняет заказ окружения.

Сейдахмет Куттыкадам:

– Конечно, Назарбаев очень искусно избавлялся от всех потенциальных конкурентов. Выдавливал из политического поля, не давал себя проявить и так далее. И он обладает всеми ресурсами власти, все это использует для того, чтобы как можно больше рассеивать оппозиционное поле.

Вначале вокруг него были достаточно независимые, интересные люди. Среди них те, кого я перечислил, – Асанбаев и другие. Но с каждым разом эти люди уходили, оставались наиболее преданные, которые не смели даже и слова сказать.

Вначале он создал окружение под себя, а теперь уже окружение творит нового лидера. С каждым годом у него все больше полномочий. Сейчас он является только президентом, но суды полностью в его компетенции, он назначает судей всех уровней. Дошло до того, что в нашем парламенте сейчас представители только одной партии – «Нур Отана». Нур – от слова «Нурсултан», Отан – от слова «родина». Получается, что наша родина является родиной только одного человека. И этот процесс продолжается.

События на Ближнем Востоке, конечно, очень сильно встревожили наши власти, так как они случились после объявления выборов, когда уже начали готовиться к этим делам. Сейчас власти всячески пытаются в этой ситуации каким-то образом сохранить лицо, что-то изменить. Но, к великому сожалению, все эти вещи косметические.

В любом случае, как мне кажется, эта ситуация долго не сохранится. Народ очень сильно устал, протестное настроение сильно возрастает. И мне кажется, что года через три в любом случае эта власть будет меняться. Либо она будет реформироваться сверху, либо реформы пойдут снизу.

ЧТО БУДЕТ ПОСЛЕ НИХ?

Ведущий:

– Как на будущем стран Центрально-Азиатского региона может отразиться сегодняшнее где-то авторитарное, где-то диктаторское правление? Нет ли предпосылок или оснований для того, что после ухода действующих президентов на их место придут новые несменяемые авторитарные правители? Каковы могут быть дальнейшие последствия несменяемых режимов?

Таджигуль Бегмедова:


– Я не могу порадовать вас добрыми словами о том, что в Туркменистане возможна сменяемость власти. К сожалению, нет. Потому что нет активного гражданского общества. Власть у нас очень авторитарная, все силовые структуры начеку. И поэтому пока у нас нет этих предпосылок.

Дилором Исхакова:

Дилором Исхакова, узбекская поэтесса, политолог.
– Я не думаю, что после ухода Каримова придет человек, который захочет улучшить жизнь народа и того, чтобы это государство стало демократическим. Скорее всего, к власти придет очень приближенный к Каримову человек, который будет связан с ним преступлениями.

Пока мы сами не захотим что-то изменить, пока мы не потребуем больших изменений в своей жизни, я думаю, что следующий тоже будет такой же. Настолько все сгнило и экономически, и политически, и социально. Во всех сферах наступил коллапс, и вряд ли теперь будет улучшение. И следующий президент, который сменит Каримова, будет еще жестче, еще круче закручивать гайки, так как будет бояться тех событий, которые могут последовать. Поэтому я думаю, что после Каримова репрессии усилятся.

Лидия Исамова:

– Несмотря на то, что следующие президентские выборы в Таджикистане должны состояться в 2014 году, пока нет никакого реального претендента на эту должность. Эмомали Рахмон по Конституции больше не имеет права баллотироваться на этот пост, сейчас в обществе стоит вопрос, кто же займет это кресло.

Были разговоры о том, что в преемники готовится его старший сын Рустам. Но дело в том, что по Конституции пост президента может занять гражданин страны не моложе 35 лет, а ему к 2014 году исполнится всего 26 лет. И сейчас гражданское общество думает, что будет дальше: будет референдум по продлению полномочий президента, чтобы он смог переизбраться еще на один срок, или будет референдум о том, чтобы пост президента мог занять человек в 25 лет?

У нас власть держится на трайбализме. Основная власть сосредоточена в руках выходцев с южного региона. Естественно, основным претендентом в президенты будет южанин.

Я думаю, что все-таки разобщенность регионов, сложившуюся после гражданской войны, может контролировать и как-то объединять нацию только авторитарный лидер. Наше общество настолько безответно принимает всё то, что ему дают, и принимает даже то, что плохо, без претензий, без протестных явлений. Авторитаризм, я думаю, будет еще продолжаться.

Сейдахмет Куттыкадам:

– Во всех центральноазиатских республиках, особенно в Казахстане, мне кажется, будет наблюдаться так называемый эффект Сталина. После того как ушел Сталин, не осталось ни одной сильной личности. Всех сильных он повыбивал, и в итоге пошла анархия. И совершенно случайный человек, Хрущев, которого никто не предполагал, пришел к власти.
Нурсултан Назарбаев тщательно выбивал из своей среды сильных, независимых политиков; вокруг него остались очень слабые люди. И если он сегодня уйдет, то в самой власти сейчас нет достойной кандидатуры.

Примерно такая ситуация сейчас сложилась в Казахстане. Нурсултан Назарбаев тщательно выбивал из своей среды сильных, независимых политиков; вокруг него остались очень слабые люди. И если он сегодня уйдет, то в самой власти сейчас нет достойной кандидатуры.

К великому сожалению, такая ситуация и в оппозиции. Многочисленные методы давления на оппозицию, преследования привели к тому, что сейчас оппозиция стала очень слабенькой. Ситуация в стране очень сложная. Есть противоречия между многочисленными финансовыми группировками, между регионами. Очень сильно сейчас возросла клановость.

Поэтому я думаю, что после ухода Назарбаева, если он не успеет к этому времени подготовить достаточно сильных людей и в оппозиции, и возле себя, нас ждет колоссальная анархия. В принципе, кто бы ни пришел, он долго не усидит, его выбросят из этого седла, – не только оппозиция, но стоящие рядом конкуренты. Начнется очень жесткая межродовая борьба. И мне кажется, это продлится лет семь.

Но в любом случае, в конце концов то небольшое, что мы имеем, - свобода слова, небольшая свобода политических сил, - где-то через лет семь, наверное, начнется вырисовываться более реальная картина, когда к власти придет нормальный, серьезный, сильный политик. И тогда страна может пойти по другому пути.

Я очень много писал по ситуации в стране. К великому сожалению, многие мои прогнозы сбывались почти на 90 процентов. И это очень сильно нас тревожит. И не только нас. Я знаю очень многих людей во власти, которые тоже встревожены тем, что будет после Назарбаева. Никто не знает, и сам Назарбаев тоже.

И если сейчас он, хотя бы последние два-три года, даст возможность появиться сильным людям не только во власти, но и в оппозиции, тогда Казахстан сможет выйти. У нас какая-то, хоть маломальская свободная игра политических сил имеет место.

Ведущий:

– Уважаемые участники, на этом радио Азаттык завершает свой круглый стол. Редакция благодарит вас за участие в нашей дискуссии. До свидания.

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG