Доступность ссылок

«Полигонные» льготы получает не всё население»


Школьный учитель Болатбек Балтабек из села Саржал рядом с Семипалатинским ядерным полигоном измеряет уровень радиации. 13 августа 2015 года.

Школьный учитель Болатбек Балтабек из села Саржал рядом с Семипалатинским ядерным полигоном измеряет уровень радиации. 13 августа 2015 года.

29 августа 1991 года был закрыт Семипалатинский ядерный полигон. Но некоторые местные жители утверждают, что даже спустя 25 лет социальные льготы, положенные по закону, получают не все.

На Семипалатинском ядерном полигоне за 42 года ядерных испытаний, с 29 августа 1949 года по 29 августа 1991 года, было произведено более 400 взрывов (из них 116 наземных). Те, кто живет или родился на территории близ полигона, зачастую страдают от злокачественных опухолей, болезней нервной системы, многие дети рождаются на свет инвалидами.

Село Саржал Абайского района Восточно-Казахстанской области расположено в зоне чрезвычайного радиационного риска. Школьный учитель Болатбек Балтабек, проживающий в селе Саржал, рассказал Азаттыку о жизни сельчан и вопросах социальной защиты местного населения.

Азаттык: 25 лет назад был закрыт Семипалатинский ядерный полигон. Какие изменения произошли в вашем селе за эти годы?

Болатбек Балтабек: Я живу рядом с полигоном в селе Саржал. В 15–20 километрах от села есть озера, образовавшиеся в результате взрывов. Нам платят незначительные суммы в качестве компенсации из-за того, что полигон расположен рядом. Однако «полигонные» получают лишь работающие граждане, пенсионеры (в том числе те, кто достиг пенсионного возраста до 1998 года). К примеру, я работаю учителем черчения и технологии в школе. К зарплате я получаю экологическую надбавку в размере 1 500–2 000 тенге. А безработные вообще никакой компенсации не получают.

Азаттык: Законом предусматривается выплата компенсации гражданам, проживающим на территории полигона?

В 1965 году в 35 километрах от нашего села вдоль реки Ащысу произошел большой взрыв. Однако об этом никто не говорит.

Болатбек Балтабек: Законы читаем. Однако в законе говорится, что, в связи с переходом к накопительной пенсионной системе в 1998 году, льготные пенсии, в том числе права граждан, проживавших в зонах чрезвычайного и максимального радиационного риска в период с 29 августа 1949 года по 5 июля 1963 года (в эти годы проводились наземные ядерные испытания. — Азаттык) не менее пяти лет, упразднены. И мы обижены этим обстоятельством.

Азаттык: На что вы конкретно обижены?

Болатбек Балтабек: В законе говорилось, что граждане, проживавшие в зонах чрезвычайного и максимального радиационного риска в период с 29 августа 1949 года по 5 июля 1963 года не менее 10 лет, имеют право на назначение пенсионных выплат по возрасту: мужчины — по достижении 50 лет; женщины — по достижении 45 лет. На основании этой статьи лица, родившиеся в период с 29 августа 1949 года до 5 июля 1953 года (имеются в виду передвинутые 10 лет с 5 июля 1963 года. — Азаттык), получали пенсии. Пенсионный возраст граждан, которые родились и жили здесь до закрытия полигона 6 июля 1953 года, уравняли с пенсионным возрастом жителей, проживающих на территориях, которые не относятся к зоне риска. То есть мужчины, родившиеся после 6 июля 1953 года, выходят на пенсию по достижении 63 лет, женщины — по достижении 58 лет.

Болатбек Балтабек. 13 августа 2015 года.

Болатбек Балтабек. 13 августа 2015 года.

Мы поднимали этот вопрос перед депутатами в 2009 году. В 2013 году возраст выхода на пенсию сократили еще на пять лет. Теперь граждане, родившиеся и проживавшие в этой зоне, могут выходить на пенсию раньше. Ядерные испытания проводились в воздухе и на поверхности земли до 1963 года — почему мы должны страдать от этого? Я, например, родился в 1959 году. Сколько человек моего возраста сейчас ходит без работы? Все они уязвимы и беззащитны. Нет работы — и пенсию не получают. На самом деле, в 1965 году в 35 километрах от нашего села вдоль реки Ащысу произошел большой взрыв. Однако об этом никто не говорит.

Азаттык: Село Саржал относится к зоне чрезвычайного радиационного риска. Каково социальное положение рядовых граждан, проживающих в этой местности?

Каждый второй ребенок рождается больным. К примеру, мой внук родился с неразвитой тазобедренной костью. Мы целый год возили ребенка на массаж, пока не вылечили его.

Болатбек Балтабек: Всего в Саржале проживает две тысячи человек. В школе работает 60 учителей. Вместе с сотрудниками других учреждений количество работающих составляет около 90 человек. Также насчитывается около 200 пенсионеров. Остальные — безработные и крестьяне, живущие за счет разведения небольшого количества скота. Сейчас в селе и скот обесценился. Нужно говорить правду, сейчас смертность среди нашего населения стремительно молодеет. Среди жителей села наблюдается смертность от сердечных заболеваний, злокачественных опухолей, и вместе с тем есть сельчане, которые сейчас живут с этими заболеваниями. Среди моих сверстников нет здоровых людей. Я болею сахарным диабетом, моя супруга перенесла инсульт. Все стоим на учете. Однако никто из нас не может выйти на пенсию. Каждый второй ребенок рождается больным. К примеру, мой внук родился с неразвитой тазобедренной костью. Мы целый год возили ребенка на массаж, пока не вылечили его.

Цех по производству кумыса в селе Саржал. 13 августа 2015 года.

Цех по производству кумыса в селе Саржал. 13 августа 2015 года.

Азаттык: Предусмотрены ли медицинские льготы для лиц, проживающих в зоне близ полигона?

Болатбек Балтабек: У нас на руках есть документы, свидетельствующие о том, что мы проживаем в «зоне чрезвычайного радиационного риска». Согласно документу, мы должны проходить обследование и лечение у врачей бесплатно. Однако это невозможно.

Азаттык: Как это?

Болатбек Балтабек: Лица, проживающие в опасной зоне, подлежат комплексному медицинскому обследованию в течение 10 дней. Мы называем эту процедуру «10-дневкой». Чтобы пройти «10-дневку», необходимо сдать порядка десяти анализов. Сразу эти анализы сдать невозможно, всё проводится в порядке очереди. В первый день сдаешь один анализ, через три дня — второй, через пять — третий анализ. Необходимо около 20 дней, чтобы сдать все анализы. Расстояние между Саржалом и Семеем — 150 километров. У кого остановишься на целых 20 дней в наше-то время? В итоге только и остается махнуть рукой на это. В других случаях обследование и лечение проводится на платной основе. Тут уже никакой помощи нет.

Азаттык: Спасибо за интервью.

  • 16x9 Image

    Нуртай ЛАХАНУЛЫ

    Нуртай Лаханулы родился в 1973 году. В 1998 году окончил филологический факультет Казахского национального университета имени Аль-Фараби. Работал в газете «Казахстан-Заман» и на Казахском радио. С 2010 года работает на Азаттыке.

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG