Доступность ссылок

Свобода вероисповедания в Казахстане: в дебрях нового закона


Мужчины во время молитвы в центральной мечети Алматы. 26 октября 2012 года.

Мужчины во время молитвы в центральной мечети Алматы. 26 октября 2012 года.

Нарушения прав на свободу вероисповедания в Казахстане в последние годы стали обыденным явлением, говорит Азаттыку ведущий правозащитник Нинель Фокина.


Государственный секретарь США Джонн Керри представил 20 мая ежегодный отчет государственного департамента США о положении с соблюдением права на свободу религий в мире в 2012 году. В нем высказаны критические замечания в адрес властей Казахстана. "Правительство Казахстана оказывает давление на религиозные объединения путем рейдов и штрафов. В 2011 году вступили в силу жесткие требования к регистрации религиозных общин в стране", сказано в докладе. Отмечено, что с тех пор регистрацию не прошли 1463 религиозных объединения, в том числе Церковь сайентологов и община ахмадийцев, ряд протестантских общин, объединения суфиев и некоторых других конфессий.

Ситуацию в сфере свободы вероисповедания в Казахстане Азаттыку комментирует председатель Алматинского Хельсинкского комитета Нинель Фокина.

Председатель Алматинского Хельсинкского комитета Нинель Фокина. Алматы, 4 марта 2011 года.

Председатель Алматинского Хельсинкского комитета Нинель Фокина. Алматы, 4 марта 2011 года.

— Госпожа Фокина, как бы вы охарактеризовали сегодняшнюю ситуацию на религиозном поле Казахстана? Если говорить в целом о реализации права человека на свободу вероисповедания — картина улучшается или, напротив, ухудшается?

— Из регионов поступает очень скудная информация, поэтому мне трудно сказать, стало в целом лучше или хуже. Нам приходится судить о картине в основном по материалам норвежской организации Forum 18 и по публикациям в прессе.

Рейды в Казахстане продолжаются, ими охвачены и незарегистрированные, и зарегистрированные организации. Когда представители различных объединений обращаются с жалобами на нарушения, мы им даем совет обращаться в международные организации, чтобы на какое-либо событие был отклик. Мы вынуждены переадресовывать наши целевые группы, потому что в нынешних условиях мы, правозащитные организации внутри страны, не можем апеллировать к закону, поскольку закон многие незаконные действия как раз и утвердил. Мы пока не можем нащупать в этом отношении главное направление своей работы, не знаем, что с этим делать. Мы сами в растерянности.

Я отметила бы еще один момент: число публикаций, в которых о некоторых религиозных организациях пишут как о деструктивных течениях, снижается. Антисектантская, если так можно выразиться, риторика пошла на спад.

На этом фоне звучат весьма разноречивые заявления чиновников, в том числе работников агентства по делам религий. Мы обрадовались, когда зарегистрировали сайентологов, но их зарегистрировали не как религиозное, а как общественное объединение. Однако спустя какое-то время выступил председатель агентства по делам религий Кайрат Лама Шариф. Он заявил, что у сайентологов нет, видите ли, лицензии. Хотя законодательство не предусматривает получения лицензии для работы общественных объединений. У сайентологов хорошая юридическая служба, они неплохо справляются сами.

От «Свидетелей Иеговы» продолжают поступать такие же сигналы, какие мы получали на протяжении последних лет. Проходят рейды, по-прежнему не снят арест с религиозной литературы, которая несколько лет лежит на складах таможни. «Свидетели Иеговы» вынуждены были прекратить такую неотъемлемую часть своей деятельности, как публичное религиозное проповедование, потому что на него наложен законодательный запрет. Они пошли на это, чтобы не рисковать судьбами верующих, не подвергаться штрафам, хотя это коренным образом нарушает их права.

— Ряд религиозных организаций Казахстана прошел обязательную перерегистрацию, предусмотренную законом. Каковы итоги этой процедуры?

— Все исламские объединения, кроме буквально единиц, потеряли статус юридического лица. Отстаивает право на существование ахмадийская община, у которой головной офис находится в Лондоне. В буквальном смысле разгромлены суфии, хотя они пытались в последние годы существовать в статусе общественных организаций.

Мы не можем апеллировать к закону, поскольку закон многие незаконные действия как раз и утвердил.
Суннитские организации стали филиалами ДУМК (Духовного управления мусульман Казахстана). Это произошло не потому, что так предписывают каноны веры. И в законе не прописано, что они обязательно должны быть филиалами ДУМК. Они могли быть зарегистрированными в качестве самостоятельных юридических лиц, однако набрать 50 сторонников, как того требует закон, для мелких общин в периферии, в сельской местности, как мы и предупреждали, — задача неподъемная. Но даже если бы часть из них сумела набрать необходимое число последователей, они попали бы под пресс проверок.

Наши чиновники вышли из положения и зарегистрировали их в обход закона о религиозных объединениях, по гражданскому кодексу как филиалы юридического лица ДУМК.

Также чиновники поступили с православными организациями. Причем к Русской православной церкви присоединили старообрядцев и Армянскую апостольскую церковь, сославшись на то, что между ними якобы какой-то договор существует. Это, извините, вообще ни в какие ворота не лезет. Пока полная юридическая неразбериха.

— На ваш взгляд, является ли решение суда в Акмолинской области по уничтожению религиозной литературы, изъятой у баптиста Вячеслава Черкасова, отражением этой «неразберихи»? Это решение вышестоящий суд отменил.

— Безусловно. Требование закона об обязательной экспертизе всей ввозимой в Казахстан религиозной литературы бессмысленное и невыполнимое. Нашим силовикам проще задержать на таможне пастора с Библией, чем, например, карманного воришку в аэропорту. Пастора судят, суд выносит решение об уничтожении книг. Что тут комментировать? Мы возвращаемся в прошлое, в 1933 год, когда на улицах Берлина сжигали книги.
Пока полная юридическая неразбериха.

Однако какой бы ни была судебная система, руководят ею не мракобесы, есть здравомыслящие люди. Решение об уничтожении книг отменено.

Надо сказать, что нелогичные, бессмысленные с политической и правовой точки зрения решения принимают на местах рядовые работники, которые не понимают, что такое свобода вероисповедания. Их главная задача — составить и сдать отчетность.

— Изменилась ли ситуация в сфере свободы вероисповедания в Казахстане после того, как заработал закон о религиозных объединениях?

— Думаю, ситуация такая же, как была до принятия документа. Мы последние четыре-пять лет стремительно скатывались к нынешнему состоянию. У нас появились сотни осужденных за преступления, так или иначе связанные с религиозными мотивами. СМИ передают информацию о судебных процессах в отношении салафитов по обвинению в экстремизме, и обязательно указывается их религиозная принадлежность. Возможно, откровенных инсценировок таких дел стало меньше. Однако никто не гарантирует, что кому-нибудь не придет на ум спланировать и осуществить подобное ради получения генеральской звезды.

— Спасибо, госпожа Фокина.
  • 16x9 Image

    Айнур АЛИМОВА

    Айнур Алимова - веб-редактор русскоязычной страницы Азаттыка. Работает в Алматинском бюро. Выпускница Казахского национального университета имени аль-Фараби. Начинала карьеру в новостной службе телеканала «Южная столица», в редакции программы «Информбюро» «31 канала», была сценаристом финансового ток-шоу «Ваш выход!», работала заместителем редактора «Юридической газеты».

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG