Доступность ссылок

К чему пришло дело Бокаева и Аяна за неделю до начала суда.

12 октября в Атырау состоится первое заседание громкого судебного процесса над Максом Бокаевым и Талгатом Аяном. Комитетом национальной безопасности напечатан обвинительный акт, и главным обвинением в нем является то, что Макс Бокаев и Талгат Аян реализовали своё право на мирное собрание, гарантированное Конституцией РК.

Из обвинительного акта следует, что теперь каждый из нас может быть привлечен к уголовной ответственности только на основании подачи заявки на проведение мирного митинга. Цитирую: «…реализуя общий умысел, Бокаев, действуя по предварительному сговору с Аяновым, ДОПУСКАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ путём разжигания социальной розни ДЕСТАБИЛИЗАЦИИ общественно-политической обстановки, НАРУШЕНИЯ общественного порядка, ПРИЧИНЕНИЯ существенного ВРЕДА правам и законным интересам граждан, организаций, охраняемым законом интересам общества и государства, 14 апреля 2016 года, подал заявку в акимат г. Атырау о проведении 24 апреля 2016 года митинга на площади Исатая-Махамбета с заявленной целью «ПРИВЛЕЧЕНИЕ ВНИМАНИЯ общественности к недостаткам и противоречиям, заложенным… в земельное законодательство…»

Судят активистов за мысли, за высказанную гражданскую позицию, за несогласие с проводимой политикой в отношении земли.

К слову, на стихийном митинге 24 апреля ни одна из угроз, перечисленных в обвинении, не имела места. А вот внимание общественности, в том числе госчиновников и депутатов парламента, журналистов и деятелей культуры, к «недостаткам и противоречиям, заложенным… в земельное законодательство» состоялось, что, кстати, и привело к созданию земельной комиссии и наложению моратория. Или все они тоже будут привлечены к уголовной ответственности за содействие в обсуждении, продвижении на самом высоком уровне (с трансляцией по ТВ!) поднятого обвиняемыми вопроса?

Полностью прочитав обвинительный акт, составленный КНБ, невольно начинаешь думать, что в Казахстане надо вводить министерство по выявлению мыслепреступлений. Ни о каких правах на свободу выражения своего мнения, на свободу ассоциаций и мирные собрания речи быть не может.

Красной, если не сказать «зловеще угрожающей», нитью обвинительного акта проходит мысль о том, что мы не имеем права без особого на то разрешения задавать представителям власти неудобные вопросы, требовать разъяснения их действий, ожидать ответов на волнующие и наболевшие социальные вопросы на митингах, на площадях городов и аулов.

Даже размещение Бокаевым своей заявки на митинг в социальной сети Facebook КНБ расценил как искусственное подогревание интереса к теме земельного кодекса и спекуляцию на патриотических чувствах. Но разве патриотизм и защита родной землиТектонический процесс не есть долг любого гражданина страны и первейшая обязанность того же КНБ, а еще армии, госслужащих, депутатов? Так можно договориться до многого. Завтра, при угрозе территории страны, и призывы встать на защиту Родины вполне могут стать уголовно наказуемы.

Гражданский активист Талгат Аян в зале суда. Атырау, 3 июня 2016 года.

Гражданский активист Талгат Аян в зале суда. Атырау, 3 июня 2016 года.

Обратите внимание и на то, что главными доказательствами в уголовном деле также предъявляются личные страницы с социальной сети Facebook Бокаева и Аяна. Зыбкость обвинительного акта «подкреплена» 40 судебными психолого-филологическими экспертизами. Что это значит? Только одно: судят ребят не за организацию митинга, который на самом деле оказался стихийным, поскольку 24 апреля Макс Бокаев вышел на одиночный пикет. Судят за мысли, за высказанную гражданскую позицию, за несогласие с проводимой политикой в отношении земли.

Дело усугубляется состоянием здоровья одного из обвиняемых — Макса Бокаева, — который с двухлетнего возраста болен гепатитом С и все годы принимает необходимое лечение. Сейчас, в условиях тюремного заключения, вирус активизировался. Болезнь без должного оказания полного пакета медицинской помощи грозит превратиться в цирроз печени. Даже анализы, результаты которых были опубликованы следствием спустя месяц после забора, говорят о том, что Макс Бокаев нуждается в лечении. Минздрав также рекомендует лечение, но в плановом порядке, а это значит — не ранее 2018 года.

Прочитав обвинительный акт, составленный КНБ, невольно начинаешь думать, что в Казахстане надо вводить министерство по выявлению мыслепреступлений.

В таких условиях правозащитников волнует вопрос о том, как 12 октября будет проходить суд в Атырау? Можем ли мы рассчитывать на справедливый судебный процесс? Будет ли суд открытым? Будет ли выделен большой зал для всех желающих присутствовать на судебном процессе? Следует ли ожидать от судьи корректного ведения в полном соответствии с прописанными нормами судопроизводства? Будет ли выражено равное уважение всем участникам судебного процесса? Есть ли гарантия того, что Максу Бокаеву и Талгату Аяну будет предоставлено достаточно времени на подготовку к судебным заседаниям и полноценную защиту, то есть не более двух-трех заседаний в неделю? Какова вероятность того, что будут выслушаны все эксперты и свидетели, внимательно рассмотрено каждое заявленное ходатайство? Не ограничат ли право участников процесса, особенно адвокатов, пользоваться телефонами, гаджетами, компьютерами и т. д.?

Вопросы удивительные и даже нелепые для любого правового государства с независимой судебной властью. В наших реалиях, однако, вопросы, увы, актуальны как никогда.

Казахстан позиционирует себя как демократическое, светское и правовое государство, и процессу в Атырау выпадает возможность это продемонстрировать в предстоящем громком политическом процессе обществу, наблюдателям, а также казахстанским и международным правозащитникам.

В блогах на сайте радио Азаттык авторы высказывают свое мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG