Доступность ссылок

Эмиграция в Америку: ограниченные возможности


Мириам, эмигрантка из Израиля, родившаяся в СССР. Нью-Йорк, 13 октября 2012 года.

Мириам, эмигрантка из Израиля, родившаяся в СССР. Нью-Йорк, 13 октября 2012 года.

Азаттык продолжает рассказ о нелегальных иммигрантах в США. Среди них – выходцы из бывших советских республик.


МИРИАМ И ЕЕ НАДЕЖДЫ

Мириам – бухарская еврейка с таджикскими корнями – родилась в Израиле, куда незадолго до распада СССР эмигрировала ее семья, спасаясь от дискриминации. Когда Мириам было восемь лет, она с матерью, братиком и сестренкой переехала в район нью-йоркского Квинса — Риго-Парк, где живут в основном бухарские евреи.

Мириам и ее семья живут в США без необходимых документов. Несмотря на все усилия, они долгое время не могли получить вид на жительство.

— Всё так, как есть, — говорит она. — Десять лет без грин-карты, и мы выжили.

Она в процессе получения грин-карты (иммиграционного удостоверения, подтверждающего наличие вида на жительство), но отсутствие правового статуса обернулось неизбежными издержками. Мириам не могла обратиться за финансовой помощью, чтобы поступить в колледж и осуществить свою мечту стать физиотерапевтом.
Бруклинский мост в Нью-Йорке.

Бруклинский мост в Нью-Йорке.


- Мама очень хочет, чтобы я пошла в колледж. Сейчас у меня нет возможности пойти. Надеюсь, в следующем году — это то, по поводу чего я скрещиваю пальцы. Это то, чего я действительно хочу, — говорит Мириам.

19-летняя Мириам, несмотря на юный возраст и нелегальный статус, основной кормилец в семье. Она работает официанткой. Ее заработок - 800 или 900 долларов в неделю благодаря чаевым, он позволяет оплачивать счета и платить за аренду. Ее мама ухаживает за престарелыми людьми на дому и работает в маникюрном салоне.

— Я думаю, что у нас всё хорошо. Моя сестра помогает настолько, насколько она может; все помогают нам настолько, насколько они могут. Мы неплохо живем. Мы не богаты, но мы и не бедные. Я думаю, что мы где-то в середине, — размышляет Мириам.

Статус нелегального иммигранта сказывается и на личных отношениях Мириам. По ее словам, потенциальные женихи не хотят вступать в брак, возможно опасаясь, что их хотят использовать для получения американского гражданства.

Тем временем от Мириам, как от члена консервативной общины бухарских евреев, ожидают, что она рано выйдет замуж. Несоблюдение этой традиции может привести к сильному давлению на нее.

— В американской культуре, если тебе 30 и ты девушка, а ты не замужем, всё в порядке. Это нормально. В нашей культуре, если тебе 30, ты стара, — говорит Мириам.

ЧУЖАЯ В АМЕРИКЕ

Рикжина (имя изменено) не планировала жить в Америке — у нее всё прекрасно складывалось в ее родной Албании. Хорошая работа и видный жених, их фотографиями постоянно пестрили местные СМИ, у нее было всё, что она могла пожелать. Все говорили, что ей, девушке из простой семьи, — мама медсестра и отец авиаконструктор — просто несказанно повезло. Казалось, судьба ее уже была предопределена.
Дети, играющие на крыше бункера в пригороде Шкодера в Албании. 29 января 2013 года. Иллюстративное фото.

Дети, играющие на крыше бункера в пригороде Шкодера в Албании. 29 января 2013 года. Иллюстративное фото.

Когда родители Рикжины выиграли грин-карту, ей, единственной из четверых детей, было больше 21 года. Самостоятельно она не подавала заявку на получение иммиграционной карты. Рикжина осталась в Албании, а ее родители ради будущего своих несовершеннолетних детей перебрались в Америку.

— Я очень скучала по своей семье и осенью 2010 года поехала их навестить. Там я познакомилась с друзьями моей семьи и влюбилась в одного албанца. Ради него я решила бросить всё и переехать в Америку. Несмотря на консервативные взгляды моей семьи, — говорит Рикжина.

Она жила во Флориде, затем последовала за своим молодым человеком в Нью-Йорк. В Бруклине она сняла жилье, состоящее из одной комнаты и кухни в подвальном помещении огромного дома. В доме проживала многодетная семья ортодоксальных евреев, у которых она и стала работать, одновременно занимаясь в школе английского языка.

— Теперь я на коленях натираю полы в их доме, чищу, мою, глажу, присматриваю за маленькими детьми — и так шесть дней в неделю с восьми утра до пяти вечера, фактически без перерыва. Потом еду в школу, где учусь с шести до полдесятого, — и так уже второй год. Это очень непросто, но мне не стыдно за мою работу и за деньги, которые я зарабатываю. Я горжусь тем, что я не выбираю легких путей, — говорит Рикжина.

Ее молодой человек оказался незрелым для серьезных отношений, он их прервал. У Рикжины долгое время была депрессия. Говорит, что тогда потеряла смысл жизни.

В Америке она ощущает себя чужой, потерянной и не видит никаких перспектив. Вернуться в Албанию женщина тоже не может: все дороги для нее там закрыты, да и родных никого не осталось. Рикжина подала документы на воссоединение с родными, но процесс получения гражданства занимает более семи лет.

— Чтобы поддерживать свой легальный статус, я всегда должна учиться. И это непросто — совмещать работу и учебу. Поступить учиться в колледж я позволить себе не могу: для иностранцев оплата в два раза дороже. Всё, что я хочу сейчас, — так это создать свою семью, чтобы обрести новый смысл жизни в воспитании моих детей, — говорит она.

Статья написана с использованием материала, который подготовила журналист Радио «Свободная Европа»/Радио «Свобода» Кортни Брукс.

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG