Доступность ссылок

«Деструктивный контент» — повод для ограничения Интернета?


Карикатура Ансы Мустафы на тему ограничения доступа к интернет-сайтам в Казахстане.

Карикатура Ансы Мустафы на тему ограничения доступа к интернет-сайтам в Казахстане.

В Казахстане ежегодно закрываются десятки сайтов с «деструктивным контентом». Правозащитники выражают обеспокоенность по поводу частого использования этого термина.

В последние годы власти Казахстана часто делают заявления о закрытии «деструктивных сайтов». Как сообщил 13 мая в Астане директор международного центра культур и религий Ертас Муратбеков, в Казахстане «в текущем году закрыли 55 деструктивных интернет-сайтов». Термин «деструктивный», который изначально использовался лишь по отношению к веб-сайтам некоторых религиозных течений, в последнее время применяется и по отношению к казахстанскому интернет-пространству в целом.

Директор Бюро Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ Андрей Рихтер затруднился дать определение понятию «деструктивный контент». По его словам, это понятие противоречит международному праву.

«НЕОПРЕДЕЛЕННАЯ ФРАЗА»

— Право не знает такого сочетания — «деструктивный контент». Я могу лишь догадываться, что речь идет: видимо, о том контенте, который что-то разрушает. Но что он разрушает, я не очень понимаю. Юридически абсолютно неопределенная фраза. Под ней может скрываться всё что угодно, — считает Андрей Рихтер.

Директор Бюро Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ с осторожностью относится к идее «сохранения баланса между свободой мнения и борьбой с деструктивным контентом», о котором так часто говорят казахстанские эксперты.

Андрей Рихтер, директор Бюро Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ.

Андрей Рихтер, директор Бюро Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ.

— Я бы предостерег от чрезмерно широкого использования слова «баланс», потому что в международном праве, международных соглашениях говорят только о балансе одних прав человека по отношению к другим правам человека. Нельзя балансировать, ставить в зависимость от некоего баланса права человека, другие интересы. Нельзя говорить о балансе, на мой взгляд, основываясь на точке зрения. В международном праве нельзя говорить о балансе свободы выражения, мнения и защиты национальной безопасности. Есть ли за словом «национальная безопасность» защита прав человека? Могут быть такого рода мотивы, но, говоря о балансе, прежде всего, нужно видеть эти мотивы, — говорит Андрей Рихтер.

По мнению депутата казахстанского парламента Михаила Чиркова, «любой деструктивный контент идет на разрушение». На форуме InternetCA-2016, который состоялся на прошлой неделе в Алматы, депутат мажилиса Чирков был одним из тех, кто выразил опасения по поводу того, что чрезмерное увлечение казахстанцев социальными сетями может отрицательно сказаться на внутренней ситуации.

— Буквально на днях у нас были плановые встречи с избирателями, трудовыми коллективами. На одной из таких встреч ко мне подходит мужчина и рассказывает о случае с родительским чатом, где они ведут переписку. Он говорит: «В нашем чате вдруг появляется информация о земельной реформе, примерно такого содержания — если вам дорого будущее наших детей, не отдадим казахскую землю Китаю». Это можно назвать деструктивным элементом, — говорит Михаил Чирков.

«ДЕСТРУКТИВНЫЕ» — «ТЕ, КТО ВЫСТУПАЕТ С КРИТИКОЙ»

По словам президента Интернет-ассоциации Казахстана Шавката Сабирова, понятия «деструктивный контент» в законодательстве Казахстана нет.

Шавкат Сабиров, президент Интернет-ассоциации Казахстана.

Шавкат Сабиров, президент Интернет-ассоциации Казахстана.

Сабиров предполагает, что «генеральная прокуратура, возможно, под этим термином подразумевает противоправный контент, пропагандирующий терроризм, экстремизм, разжигание социальной розни».

По мнению правозащитника Галыма Агелеуова, в международном праве понятие «деструктивный контент» никак не связано с защитой прав человека. Используя это понятие, считает правозащитник, власти стремятся ограничить гражданские права.

— Деструктивный контент для нашей власти — это те, кто выступает с критикой этой власти, или ресурсы, направленные на активизацию гражданского общества. Для властей аксиома, что весь «деструктивный» контент подрывает основы нынешнего режима, — говорит Галым Агелеуов.

Галым Агелеуов, правозащитник.

Галым Агелеуов, правозащитник.

С точки зрения Агелеуова, власти используют этот термин чаще с целью негативной оценки гражданского общества и активности, нежели в целях защиты от экстремизма и терроризма.

Шавкат Сабиров не согласен с позицией правозащитников, которые видят политическую подоплеку в понятии «деструктивный контент» в Казахстане. По его словам, в стране, в соответствии с решением суда, может быть закрыт любой сайт, но иногда встречаются «непонятные вещи», связанные с блокированием сайтов с общественно-политической информацией.

— Не знаю, используют во власти это понятие («деструктивный контент». — Ред.) или нет. У нас есть непонятные вещи, когда по каким-то причинам блокируют ресурс, затем через некоторое время разблокируют. В этом году с этим столкнулись сайты Ratel.kz и Zonakz.net, — говорит Азаттыку Шавкат Сабиров.

Осенью 2015 года сайты Ratel.kz и Zonakz.net, публикующие статьи общественно-политического содержания, подверглись блокировке, которая продолжалась в течение нескольких месяцев. На запрос Азаттыка о блокировках в министерстве по инвестициям и развитию сообщили, что с 1 января 2016 года материалы в Интернете, противоречащие закону, блокируются без решения суда.

По данным министерства, поправки, внесенные в закон «О связи» в прошлом году, позволяют блокировать «противоправный контент» без решения суда. Согласно пункту 1 статьи 41 закона «О связи», операторы связи и государственная техническая служба обязаны незамедлительно принять меры по ограничению доступа к запрещенной информации при получении предписания генерального прокурора и его заместителей или при обращении министерства по инвестициям и развитию.

По официальным данным, в Казахстане на домене «kz» зарегистрировано 123 968 сайтов.

  • 16x9 Image

    Макпал МУКАНКЫЗЫ

    Родилась в феврале 1985 года в Алматинской области. В 2006 году закончила КазУМО и МЯ имени Абылай хана. С 2007 года работает корреспондентом Азаттыка.

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG