Доступность ссылок

История солдата, который выжил назло и немецкому плену, и сталинскому ГУЛАГу


Бадириш Смагулов, советский солдат.

Бадириш Смагулов, советский солдат.

В Казахстане все еще вспоминают день 23 февраля, когда в 1918 году была создана Советская армия. Мы расскажем о судьбе человека, который уцелел в немецких концлагерях, но был искалечен в советском ГУЛАГе.


22 июня 1941 года он одним из первых испытал на себе всю военную мощь нацистской Германии. Был дважды пленен и прошел лагеря смерти, один раз арестован и сослан. Мог по крайней мере трижды погибнуть: дважды от пуль врага и один раз от мощного взрыва.

Еще больше раз мог... умереть. Например, от голода, холода или какой-либо заразной болезни в немецких концентрационных лагерях смерти, а также застрелиться, повеситься или, на худой конец, броситься на охрану немецкого лагеря или советского ГУЛАГа от отчаяния, бессилия или в истерике....

Родные, особенно юная жена, с которой он расстался вскоре после свадьбы, ведать не ведали: жив ли, без вести пропал или погиб. От него не было ни одной весточки ни с первых дней войны и до ее конца, ни после в течение долгих и томительных десяти лет.

Вот краткая суть рассказа, услышанного мной лет восемь назад от одного моего коллеги. Но рассказ о необычной судьбе этого обычного парня из казахского аула отрывочный и сбивчивый. Поскольку сам он крайне редко кому мог излить душу. Как известно, людям, побывавшим в плену у немцев, рассказывать о своем прошлом не приходилось под страхом репрессий.

Единственным человеком, кому он все же доверился, оказался ныне покойный отец моего коллеги, журналист и писатель Тохтархан Шарипжанов, с кем он не единожды уединялся, чтобы рассказать о своих хождениях по мукам. И позже отец поведает об этом сыну Мерхату, а сын – автору этих строк.

Подчеркну, это не вымышленный персонаж, а настоящий, как говорится, из крови и плоти. И имя этого обычного человека с необычной судьбой – Бадириш Смагулов. Имя его жены – Ляззатбану, которую родные и близкие, а затем и весь аул называли почему-то Шокек. Но далее будем называть ее по настоящему звучному имени.

СВАДЬБА ПЕРЕД ВОЙНОЙ

Он был простым аульным парнем, трактористом. Как и подобает казаху-кочевнику, хорошо разбирался в тонкостях животноводства, даже умел доить, что не раз спасало его от голодной смерти вдали от родной земли.

Он родился в ауле Жанажол тогда еще Самарского, а ныне Кокпектинского района Восточно-Казахстанской области в 1918 году, когда в Степном крае, и особенно в Семипалатинской области, шла неравная борьба между вооруженными формированиями Алаш-Орды и уже регулярной Красной армией Советов.

Советский солдат Бадириш Смагулов с супругой Ляззатбану.
Кроме него, в семье были еще старшие сестры, одна из которых, Багида-апай, буквально недавно скончалась в Алматы.

Ляззатбану вместе с братом остались сиротами в раннем детстве, их затем взяли на воспитание близкие родственники покойных родителей – Айша и Нигметулла Катиевы. Причем, по рассказам одного из внуков Айши и Нигметуллы, они полюбили приемных детей даже больше, чем родных.

По этим же рассказам, Бадириша призвали в армию в возрасте то ли 20 лет, то ли 21 года, примерно за полтора-два года до начала Второй мировой войны, называемой официальной пропагандой Великой Отечественной.

Даже по старым пожелтевшим фотографиям нельзя не заметить, что Бадириш в юности был симпатичным и видным парнем – завидным женихом. Ляззатбану, в чем можно убедиться по фотографии, даже в преклонном возрасте мало что потеряла от былой девичьей красоты.

Бадириш и Ляззатбану поженились то ли в 1939-м, то ли в 1940 году, когда ему уже было за 20, ей – едва ли 18 лет. Он ушел в армию буквально на следующий день после свадьбы. Причем родители с обеих сторон свадьбу ускорили именно потому, что жениха призывали в армию.

И тем более, как обычно бывает в аулах, все давно знали, что они давно дружат и любят друг друга. И чтобы никто не увел ее, тем более в то время (да и сейчас на юге Казахстана) красивую невестку могли и похитить, они решили пожениться, а родители не возражали, были только рады.

В предвоенные годы казахи еще хранили верность обычаям и традициям, тем более в аулах, особенно когда дело касалось создания новой семьи. Аул Жанажол не был исключением. И естественно, свадьба Бадириша и Ляззатбану состоялась при строгом соблюдении национального обряда бракосочетания.

Именно из-за особенностей казахских свадебных обрядов, продолжающихся три дня и более, Бадириш ушел в армию, так и не испробовав вкус первой брачной ночи. Невеста осталась с его родителями.

В ЯМЕ ПОД ТРУПАМИ

До начала войны, по эпизодическим воспоминаниям моего коллеги и родных Бадириша Смагулова, он успеет проучиться на курсах по ускоренной подготовке то ли младших командиров – сержантов, то ли младших офицеров.

Июнь 1941 года, Брестская крепость, Беларусь. Ранним утром 22 июня 1941 года первые массированные воздушные и наземные удары нацистских войск Германии, напавшей на страну Советов без объявления войны, приняла на себя легендарная Брестская крепость, где как раз таки служил младшим командиром Бадириш Смагулов.

После беспрерывных ожесточенных боев их подразделение отступает в лес. Передовые части «непобедимой» Красной армии деморализованы, дух подавлен. От рядовых бойцов до высшего командования.

Доказательство тому: командир части, где служил Бадириш Смагулов, собрав в лесу жалкие остатки бойцов, приказал (или объявил?) всем разбиться на небольшие отряды и пробиваться из окружения к своим самостоятельно. Кто как может. Иначе говоря, как в известной сказке: «Спасайся кто может!»

В итоге все попали в плен, за исключением, может быть, считанных солдат и офицеров. И тут же евреи и все, надо полагать, похожие на них, весь командный состав, а также коммунисты были отобраны от основной массы военнопленных.

К несчастью, лицо у этнического казаха и к тому же младшего командира Бадириша Смагулова оказалось не типично казахским. Со смуглым лицом да еще обрезанный по мусульманскому обряду, Бадириш немцам больше напоминал еврея или, на худой конец, цыгана, что видно по его фотографии.

Словом, он оказался среди тех евреев, офицеров и коммунистов, кого немцы выстроили на краю свежевырытого глубокого рва и... расстреляли в упор. И здесь Бадириша в первый раз спасает его природная смекалка или инстинкт. Он одним из первых спрыгивает в яму, не дожидаясь, пока прогремит автоматная очередь.

Он оказался в глубокой яме под телами своих однополчан, которые упали в нее сраженные насмерть, сам при этом не получил даже царапины. Другим чудом оказалось то, что немцы ушли, так и не засыпав трупы и не сравняв яму с землей.

Бадириш помнит еще и то, что не все расстрелянные были убиты сразу. Многие стонали еще до полуночи, звали на помощь. Один украинец, увидев его живым, просил добить себя.

Но Бадириш не стал этого делать: то ли рука не поднялась – пожалел, – то ли посчитал за грех. Сам выкарабкался из ямы и очень долго, несколько дней, сам не помня сколько, бродил по белорусским лесам. Когда уже совсем обессилил от голода и усталости, постучался в дверь одной деревенской хаты.

Пожилая женщина, открывшая дверь, накормив и напоив его, устроила ему ночлег в бане. Однако, проснувшись утром, он увидел над собой немецкого офицера.

В ТУРКЕСТАНСКОМ ЛЕГИОНЕ

Он не утверждал, что это старушка сообщила нацистам о беглом советском воине. Но впоследствии он узнал, что за помощь в поимке беглых военных полагались премиальные в виде оккупационных рейхсмарок или продуктов.

Советский солдат Бадириш Смагулов (слева).
В любом случае Бадириш ничего плохого об этой старушке не говорил. Несмотря на то, что именно в ее доме он вторично попал в плен – и теперь уже, видимо, надолго. Но во второй раз ему удалось убедить немцев в том, что он не еврей и не коммунист. Но признался, что был младшим командиром.

Его тут же отправляют вглубь Германии, где до конца войны Бадириш побывал и в лагере для перемещенных лиц, и в нескольких концентрационных лагерях. В лагерях смерти ему как раз пригодились навыки кочевника-скотовода и, как ни странно, умение доить.

Потом Бадириш не раз и не без юмора расскажет родственнику Тохтархану Шарипжанову о том, как в самом начале ему удалось объяснить немцам и убедить их в своем умении содержать и доить скот. В итоге везде он непременно оказывался в подсобном хозяйстве и всегда имел свежее молоко, что помогло ему выжить в лагерях смерти.

Неудивительно, что он однажды попал в Туркестанский легион, где опять же отвечал за подсобное хозяйство...

В рассказе Бадириша Смагулова о Туркестанском легионе примечательным моментом является тот эпизод, как он дважды видел Мустафу Шокая в концлагере. Как известно, лидер казахской эмиграции Мустафа Шокай посещал в немецких концлагерях советских военнопленных центральноазиатского происхождения. Его воспоминания о Шокае были переполнены эмоциями и искренним восхищением его личностью, идеями, харизмой и ораторским талантом.

Когда Мустафа Шокай выступал перед военнопленными, люди слушали его затаив дыхание, рассказывал Бадириш Смагулов, бывший член Туркестанского легиона. Правда, чтобы как-то полнее и точнее передать свое впечатление о Шокае, он сравнивал его с Лениным. «Это человек уровня Ленина», – говорил Бадириш Смагулов, что было вполне объяснимо.

С кем же еще мог сравнивать человек, выросший в эпоху, когда религия была объявлена «опиумом для народа» и запрещена, а большевистско-коммунистический режим навязывал подневольным народам Ленина вместо бога, а его бальзамированное тело было выставлено на всеобщее обозрение?!

БОЧКА ПЕРЕД СТРОЕМ

Далее, по рассказу Бадириша Смагулова, в составе группы Туркестанского легиона он, отвечавший за подсобное хозяйство, находился в Италии, где в 1945 году был освобожден войсками союзников.

Не менее захватывающе дальнейшее развитие событий. Однажды к бывшим легионерам из Туркестанского легиона, оказавшимся теперь уже в плену войск США, подошел человек, одетый в форму американского офицера. Построив их, он начал свободно говорить на... казахском языке.

Но перед этим по его приказу в центре поля перед строем была поставлена бочка. И далее этот офицер сказал, что все, кто желает вернуться в Советский Союз, должны перейти по одну сторону от бочки.

«По соглашению с СССР, как с союзническим государством, мы должны всех вас передать советским войскам. Но мы знаем, что вас там ждет ГУЛАГ, – сказал он. – Поэтому именно сейчас у вас есть еще возможность выбора. Если желаете просить убежище в США, то встаньте по другую сторону».

Многие пожелали вернуться на родину, в Советский Союз, говорит Бадириш Смагулов. Но он не перешел ни на ту сторону, ни на другую, а остался на месте. Это означало, что он останется в Европе.

Еще человек в форме американского офицера строго предупредил, что тем, кто останется в Европе, не будет оказано никакой помощи. К тому же если они попадут к англичанам, то они непременно будут выданы Советам в соответствии с соглашением.

Чем занимался, где и на какие средства жил или существовал наш герой? Об этом он, возможно, подробно рассказывал своему собеседнику, Тохтархану Шарипжанову. Но моему коллеге, его сыну, стало известно лишь, что Бадириш Смагулов побывал во многих странах Западной Европы – Западная Германия, Италия, Австрия. Видимо, в поисках лучшей доли.

В ГУЛАГЕ

Начиная с весны 1953 года, после смерти Сталина, руководство СССР вело в Европе усиленную пропаганду, убеждая бывших своих граждан, не только бывших узников немецких концлагерей и военнопленных, но и угнанных в годы войны в Германию, и белых эмигрантов вернуться в страну, клятвенно обещая им полную амнистию.

Как и многие, Бадириш Смагулов также поверил в это. Или, может быть, заставил себя поверить, потому что, видимо, ностальгия по родному аулу, по степям и родным не давала покоя. И он решил вернуться.

Однако, как только пересек западную границу СССР, ему на руки были надеты наручники и он был немедленно отправлен в ГУЛАГ, на полуостров Сахалин, где узники трудились в подземной шахте.

Бадириш проработал в этой шахте не более чем полтора-два года, примерно до середине 1955 года, пока там не произошел роковой взрыв. В результате человек, который из самой кровопролитной в истории человечества войны и ряда нацистских лагерей смерти вышел без царапинки, стал полным инвалидом в советском ГУЛАГе. В мирное время.

Ляззатбану ни в годы войны, начиная с первых ее дней, ни почти десять лет после нее не получила ни одной весточки от мужа, ни «похоронки», ни сообщения о том, что «пропал без вести», но не теряла надежду, оставалась преданной и верной своему суженому. И ждала его.

Хотя подруги, не говоря уже о родных, убеждали ее забыть о нем, подумать о себе и выйти в замуж за другого и народить детей.

БЕЗ РУКИ И ГЛАЗА

Но вот однажды, спустя более пятнадцати лет, где-то после лета 1955 года, Ляззатбану услышала с улицы необычный шум. Когда выбежала, увидела здорового мужчину славянской внешности, который в сопровождении толпы зевак шел прямо к ней домой, неся в руках какой-то предмет непонятной формы.

Этим предметом оказался ее долгожданный и... нежданный муж, все тело которого было местами забинтовано, местами завернуто в грязное тряпье. Стоит ли говорить, почему его донесли на руках, – он не мог стоять на ногах.

Еще родные хорошо помнят, что, когда Ляззатбану стала снимать бинты и тряпье, посыпались деньги, причем «живые», которых послевоенный аул не видел вообще. В то время в селе вместо зарплаты записывали так называемые трудодни, по которым аульчане получали продукты и все остальное.

Как супруги, расставшиеся еще молодыми и красивыми, а встретившиеся уже людьми среднего возраста, узнали друг друга, – это нам неведомо. Наверное, это было нелегко. И вот почему. Бадириш был без одной руки почти до самого плеча и без одного глаза. Искусственный глаз не закрывался даже во сне и не моргал. Второй – почти не видел.

Мало того, все лицо Бадириша было изуродовано черной угольной пылью, впитавшейся, видимо, в кожу при взрыве в шахте. Дети в ауле пугались его внешности, некоторые сравнивали его с Фантомасом – главным персонажем популярного в 1970-х годах французского кинофильма.

И как бы там ни было, супруги Бадириш и Ляззатбану Смагуловы стали жить и не тужить. Ляззатбану родила ему трех сыновей и столько же дочерей. Бадиришу удается слегка восстановить зрение, наловчиться пользоваться протезом руки, что ему позволило работать, даже управлять комбайном и трактором, держать черенок и косить сено. И содержать свою семью безбедно.

ПОД КОНТРОЛЕМ КГБ

Воспитав шестерых детей, Бадириш Смагулов скончался в 70-летнем возрасте в 1988 году.

Тохтархан Шарипжанов, возможно, единственный из всех родственников, кому Бадириш осмеливался рассказывать о своей жизни, несмотря на контроль со стороны КГ. Он вспоминал после похорон Бадириша, что несколько молодых людей в штатском приехали то ли из Алматы, то ли из Семея, то ли из Усть-Каменогорска в Жанажол и с самого начала до конца похорон находились в ауле.

Никто не знал, кто эти люди и почему приехали «отдать последний долг» простому казаху Бадиришу Смагулову из затерянного в степях маленького казахского аула.

И только Тохтархан понимал, что люди эти из комитета государственной безопасности (КГБ), которые, видимо, своими глазами должны были убедиться, что многие годы стоявший на специальном учете, «попавший в годы войны в плен человек» действительно умер и похоронен.

И еще хорошо помнил Тохтархан слова Бадириша, что КГБ тщательно отслеживал любые возможные взаимоотношения между бывшими военнопленными времен Второй мировой войны. Поэтому, полагал Тохтархан, главным заданием нежданных гостей, скорее всего, было составить список приехавших на похороны Бадириша.

Шел третий год горбачевской перестройки, Бадириш закончил свой тяжелый земной путь достойно. Но даже в свое последнее пристанище на маленьком аульном кладбище уходил под пристальным взглядом КГБ.

Ляззатбану (Шокек-апай) Смагулова, его верная жена, подруга и опора в его нелегкой битве за звание остаться человеком, покинула этот мир в 2004 году, на 83-м году жизни.

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG