Доступность ссылок

Шымкентцы, любящие активный отдых на природе, то бишь туристы, всегда завидовали алматинцам. Сел на городской автобус – и ты уже на Медео: и горный воздух, и чистая речка, и ели-великаны…


Если же проехать на другом автобусе, вот и Капшагай: купание, рыбалка, сплав по Или. У нас всё это посложнее – до гор больше 50 километров, и добираться на двух автобусах. До Сырдарьи без своего авто и вовсе не доехать. Однако до поры с развитием активного туризма в городе всё было нормально…

ТЫ ПОМНИШЬ, КАК ВСЁ НАЧИНАЛОСЬ?

Год 1979 или 1983 – это не важно, поскольку ничего не менялось. Пятница, может май, а может, август – это тоже не важно. Автовокзал Шымкента, ленгерское направление, вторая половина дня. Бренчат гитары, поется что-нибудь из Визбора или просто не известно кем сочиненное, но обязательно про горы, дружбу и любовь, и никакого тебе БАМа и комсомола.

Две или три группы парней и девушек – человек пять или семь – сидят на рюкзаках и ждут автобус. Через 35 километров им предстоит пересесть на другой, который ходит крайне нерегулярно, а может, повезет с попуткой… Потом еще семь километров пешком, и вот он перед ними – хребет Каржантау, крайний западный хребет Тянь-Шаня.

Там уже выбирай себе ущелье по вкусу и топай, куда вздумается. Ты совершенно свободен, и никто не знает, где ты находишься. И нет здесь КПСС, и нет КГБ, а есть восхитительное чувство свободы и единения с природой.

Так в тоталитарном государстве мы были свободны. Скольких ребят моего поколения массовое увлечение горным туризмом спасло от наркоты, алкоголя, тюрем.

В нашем дворе молодежь четко делилась на две группы: «городские» и «горные». Все, кто входил в первую, впоследствии пересидели в местах, не столь отдаленных. Все вторые вышли в люди. Но сейчас не об этом.

СНАЧАЛА – ВОЕННЫЕ

Прошли годы, так и просится пошлая рифма «стало много свободы»… И мы начали терять наши горы.

Первым пало ущелье Бадамсай, где некогда располагалась знаменитая на весь СССР турбаза «Южная», впоследствии переименованная в «Кырыккыз». Название осталось, однако принадлежит оно теперь не турбазе, а пограничной заставе, под которую ее попросту конфисковали.

В 1990-е годы это, вероятно, было оправдано и нищетой силовиков, и обстановкой на наших южных границах. А сейчас?

Все знакомые офицеры на вопрос о расположении этой заставы смеются в голос:

– Ее любая бандгруппа в момент накроет. Она же внизу, вдоль речки, вокруг господствующие высоты…

Но главное даже не в этом: уж очень от этой заставы до границы с братским Узбекистаном далеко. Больше 40 километров. Когда в 1990-х здесь на готовом месте размещали заставу, это можно было понять: не было у пограничников ни денег, ни времени на выбор мест, вот и занимали детские лагеря да турбазы. Но теперь пора бы реальные места для дислокации подбирать…

Но нет. Никто турбазу освобождать не собирается, и ущелье, где она расположена, без всяких на то юридических оснований заперто для граждан страны, которую пограничники и защищают. Заперто так, что снизу туристов не пропустят, а вот со стороны сопредельной в верховья ущелья пробраться не сложно, и не узнают об этом господа-пограничники.

Кстати, никакой погранзоны дальше 50 метров от столбов в области нет (сам в акимате узнавал), а потому в ущелье пропускать обязаны… Но для кого у нас законы писаны?

ПРИШЕСТВИЕ АРАБОВ

Сайрамское ущелье – самое красивое в Южно-Казахстанской области, окружено горами, высота которых переваливает за четыре тысячи метров, со склонами, покрытыми арчовыми лесами. Оно всегда притягивало к себе любителей природы. Здесь же еще со времен СССР проводились масштабные альпиниады.

И сейчас сюда едут любители гор не только со всего Казахстана, но и из России. Только поездка эта теперь может закончиться ничем…

40 гектаров земли посреди ущелья взяли в аренду некие арабские шейхи, обнесли их оградой, которая могла бы сделать честь любому объекту ГУЛАГа. Построили внутри этой ограды несколько безвкусных на вид, но, по слухам, исключительно роскошных внутри коттеджей и объявили, что пропускать через эту территорию никого не будут.

Над входом в Сайрам-Угамский национальный парк висит вывеска с надписью: "Въезд строго запрещен". Южно-Казахстанская область, июнь 2011 года.
Парадокс в том, что всё это – земля Сайрам-Угамского национального парка, за пребывание на территории которого мы, граждане Казахстана, платим. Идет эта оплата – в теории – на содержание в порядке туристических троп и переправ через речки, а также на уборку мусора…

Но по тропам пройти не получается. Арабы обязаны были сделать вокруг своего кемпинга обходную тропу, но делать они этого, похоже, и не собираются. Ущелье перекрыто. В среде шымкентских туристов циркулируют упорные слухи, что 40 гектаров арабам мало и они упорно стремятся взять в аренду всё ущелье, а это еще 30 тысяч гектаров.

Так для кого же в этом случае национальный парк? Шымкентские туристы обрывают телефоны журналистов, с одной просьбой: сделайте что-нибудь! Журналисты запрашивают акимат и руководство национального парка, но вразумительного ответа не получают.

В этом году в ущелье с большим трудом удалось провести международную альпиниаду. Только вот пропустили на нее далеко не всех. В списке не оказалось даже одного из спонсоров этого мероприятия.

Под угрозой проведение традиционного бардовского фестиваля «Я сердце оставил в горах».

Кто сможет повлиять на иностранных захватчиков? По-другому этих людей назвать сложно. Вопрос открыт. Власть молчит. Туристы готовятся к проведению акций протеста.

На сегодняшний день свободный доступ сохранился только в два из пяти популярных у шымкентских туристов ущелий хребта Каржантау. Не буду их называть, а то, глядишь, и там кто-нибудь вход в горы перекроет.
  • 16x9 Image

    Алексей ГОНЧАРОВ

    Блогер Азаттыка. Живет и работает в Шымкенте. Является сотрудником пресс-службы Форума предпринимателей Южно-Казахстанской области.

В других СМИ

Loading...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG