Доступность ссылок

Америка запустила на Марс супераппарат, Казахстан запустил астрономию

  • Асель ТУЛЕГЕНОВА

12 августа американское космическое агентство НАСА наконец то смогло запустить космический аппарат "Марс орбитер" - самый крупный и совершенный космический аппарат, когда-либо посылавшийся к "красной планете".

Аппарат должен выйти на орбиту Марса в марте будущего года, находиться на ней по меньшей мере четыре года, посылая на Землю разнообразную информацию о планете. Стоимость аппарата "Марс орбитер" - 720 миллионов долларов. Ну, а казахстанские астрономы жалуются, что правительство не может выделить им всего лишь несколько десятков тысяч долларов для научных работ. Оказывается, за Марсом наблюдать с территории Казахстана куда удобнее. Об удивительном звездочете – профессоре Викторе Тейфеле наш репортаж.

Астрономы живут в космическом ритме: словно питаясь энергией планет, они замедляют бег времени и остаются молодыми дольше обычных людей. Казахстанский астроном Виктор Тейфель – яркое тому подтверждение. Вряд ли случайный знакомый догадается, что ему уже 72 года. Виктор Германович своему возрасту не верит, и надеется прожить такую же долгую звездную жизнь, как и его учителя – великие астрофизики Василий Фесенков и Гавриил Тихов. Долгую жизнь Виктору Германовичу предсказали еще в юности, когда он только поступал на астрономию. Своими воспоминаниями профессор поделился с корреспондентом радио «Азаттык»:

- В 1950-м году я окончил школу и подался в Московский университет на астрономию. А мне говорят: «Вам еще нет 17 лет, нужно разрешение управления образования!». Ну разрешение мне дали, а чиновник, который там сидел, говорит: «Зачем вы идете на эту астрономию? Столько астрономов развелось, а умирать не хотят!»

Виктор Германович Тейфель попал в Алматы благодаря своему наставнику – Гавриилу Тихову. Поселился на Каменском плато, недалеко от обсерватории – работа и дом в двух шагах, в буквальном смысле. Профессор рад, что судьба привела его именно в этот город. Вот как Виктор Германович объясняет «особенность» Алматы:

- Наша обсерватория занимает особое место географически. Между Европой и Америкой есть большой долготно-временной разрыв, где почти нет обсерваторий. Мы как раз в середине этого разрыва, поэтому можем наблюдать те астрономические явления, которые недоступны европейским или американским обсерваториям. Например, мы наблюдали Марс в период Великого противостояния в 2003 году. Мы могли снимать те области Марса, которые недоступны американцам. Потому что Марс вращается вокруг свой оси как и Земля, но на 37 минут дольше. Поэтому к нам Марс поворачивается одной стороной, а через 12 часов к американцам он обращен другим полушарием.

За годы работы Виктор Германович становился свидетелем самых уникальных космических явлений: он видел полное затмение Солнца, кольца Сатурна, серебристые облака и полеты комет. Одно из самых запоминающихся явлений он описал в интервью радио «Азаттык»:

- В 1994 году произошло совершенно уникальное явление: комета Шумейкера -Леви столкнулась с Юпитером. Она уже приближалась к Юпитеру и развалилась на 22 куска. И они такой цепочкой один за другим шли. Это действительно была потрясающая картина.

Однако все чаще Тейфелю приходится говорить не о чудесах, что несет в себе космос, а о делах земных. Увы, зачастую эти разговоры не дарят ему приятных ощущений, ведь речь идет о забвении, в которое, по мнению Виктора Германовича, медленно, но верно погружается казахстанская фундаментальная наука. Профессор с сожалением рассказывает об уникальной обсерватории на Ассы-Тургеньском плато, которая сейчас просто перестала работать – на ее обслуживание нет денег. Современные казахстанские астрономы ведут свои наблюдения на приборах позавчерашнего дня, огорчается Виктор Германович:

- К телескопам нужна современная аппаратура – вы не глазом смотрите, ставите электронные приемники…. Эта аппаратура стоит дорого - десятки тысяч долларов. Но если бы государство не скупилось, то мы были бы на мировом уровне.

Только половину своего времени астрономы могут тратить на свою непосредственную работу – наблюдение за небом. После дел небесных нужно возвращаться к земным – написанию отчетов, заполнению и оформлению бумаг:

- Вся беда в том, что те, от кого зависит состояние науки – это чиновники, которые совершенно не понимают сущность науки. Науку нельзя делать реформами. Наука делается в лабораториях и институтах, а не в министерствах!

Но больше всего Виктора Германовича огорчает то, что в науку, которой он отдал полвека своей жизни, не хочет идти молодежь. Основная масса сотрудников Лаборатории физики Луны и планет, которой заведует профессор – энтузиасты, которые пришли в астрономию чуть позже, чем сам Тейфель. Неужели свои знания профессору будет некому передать? Виктор Германович старается смотреть на проблему объективно:

- Кто пойдет на нашу зарплату? Тем более - молодежь. Мой внук, который окончил географический факультет – еще в университете его зацапала какая-то фирма и он в несколько раз больше чем дедушка-профессор получает.

Виктор Тейфель не скрывает огорчения, что никто из его детей и внуков не пожелал продолжить дело его жизни. Впрочем, успокаивает себя он, надежда еще есть – у профессора подрастает правнук, который, возможно, предпочтет обычной, земной жизни - звездную…

Как истинный ученый, Виктор Германович рационален – он не верит астрологам, считая, что те спекулируют на общественном интересе к загадочной магии звезд. Он часто иронизирует над фантазией голливудских режиссеров, хотя всегда серьезно обсуждает астероидную опасность. Есть ли в жизни астронома место романтике, что видится обывателю? Вот как Виктор Германович отвечает на этот вопрос:

- Работа как любая работа, кстати не всегда легкая физически. Ночные наблюдения, особенно в зимнее время – тут особой романтикой не пахнет…

И все-таки, признается профессор, он часто поднимает глаза к звездному небу – без телескопических установок оно кажется ему особенно привлекательным…
XS
SM
MD
LG